Луч из тьмы - Александр Владимирович Тюрин

которых человеческая природа сочетается с гнездовьями нитеплазмы. Чистая нитеплазма, пусть и принимает человеческий или там собачий облик, сама по себе неустойчива, потому что питается хрональной энергией. А вот в состоянии симбиоза нитеплазменный мицелий становится стабильнее, он начинает уже кормиться с хозяйского стола, пользуясь способностями хозяина расщеплять и усваивать органику.

Еще минут через десять она оседлала его и, можно сказать, использовала. Грубо, как в низкопробных фильмах. В его уретру была введена быстро твердеющая и свивающаяся в спираль металлопластиковая змейка. В конце акта это вызвало сильную боль и кровотечение – когда она включила там у себя что-то похожее на помпу доильного автомата. Он видел сквозь прозрачные покровы ее тела, как светились провода, находящиеся на месте ее яичников, и ходили кольца на наноплантовом влагалище.

– Ну, теперь мы квиты, Зигмунт. Ты трахнул меня, я трахнула тебя. Кстати, не стесняйся наших отношений, не такая уж я машина, в меня загружена психомемограмма вдовы Загряжского. Можно сказать, моя страсть к тебе – это и светлое чувство, которое позволяет мне забыть о моей машинности, и порочная страсть, так сказать, к убийце моего мужа, – сказала «Вера», откинувшись рядом с ним на пол. – А теперь послушай меня и будь предельно внимательным, дуболом. Ты заражен, как и многие другие. Вашим дурацким карантином ничего не остановить. Нитеплазма – это живой организм со своей стратегией. Ему подходят как носитель и живая, и косная материя. Он проникает в строительные материалы, осадочные породы и прекрасно распространяется в дисперсной системе, называемой почвой. Между нами, ему не под силу как раз те материалы, из которых состою я. Скорее всего, заражено и твое начальство, на которое никакие карантины не распространяются.

«А вот почему Роджер Дюмон навязал ее для работы в отделе. Идеальный наблюдатель. Будет смотреть, как все вокруг превращаются в фиг знает что, фиксировать, анализировать. Потом большой босс, на основе полученной информации, начнет думать, как с этой хренью налаживать деловое сотрудничество», – подумал Берковски, хотя из-за страха мысли его скакали как капли масла на раскаленной сковороде.

– Тогда, что, Вера? Все пропало?

– Пропало? – он заметил, как движутся сервомеханизмы, ответственные за мимику ее лица, и пневмопроводы продувают воздух через воронку ее глотки; сейчас «Вера» смеялась. – Что пропало для тебя, для которого люди всего лишь биоматериал? Что пропало для твоей женушки-бисексуалки, которая лижет переды и зады с той же ретивостью, как и сочиняет гадости про твою бывшую родину. Что пропало для твоих боссов, для боссов твоих боссов, хозяев больших денег, для твоего сынка, который стал половым придатком у порнопрограмм?

Берковски увидел жену – виртуальную Джой Голдсмит – и услышал ее визги пополам с хихиканьями. Это «Вера» пустила через боди-коннектор Берковски трехмерную запись. На этой записи его жена забавляется вместе с той адской теткой из Совета по Международным отношениям, делая «бутерброд» вместе с каким-то уродом, в котором нельзя было не признать Томарико Томаридзе.

Откуда у «Веры» эта трехмерка, неужели босс дает ей такие полномочия доступа?

– Скоро твоя женушка попадет на высокий пост в «форин офис», и какая разница, из чего она будет состоять, – из мяса и жира или из нитеплазмы. Ничего страшного, поверь, стадо потребителей и карьеристов останется стадом, вне зависимости от начинки. Мицелий тоже хочет ходить в супермаркет и делать карьеру. Он научится жить за счет несчастий ближнего своего, ему понравится секс втроем и он легко поймет, почему двухэтажный особняк лучше клетушки без канализации. Вы, белковые твари, – идеальная среда для роста нитеплазмы, для работы сапрофита, потому что вы и есть мировая гниль. Если гниль отчасти поменяется на мицелий, то никакой мировой катастрофы не случится.

Берковски увидел самого себя, в не столь уж давней записи. Как он устанавливает аппаратуру, которая вызовет мучительное заболевание у жены Заварзина. Тогда русский ученый будет постоянно нуждаться в деньгах на ее лечение и переберется вначале в калифорнийскую лабораторию «Сирл», а потом его зацепит «Монлабс»… Вот Заварзин передает свои разработки Берковски – чудесного качества запись, хорошо заметно отчаяние на лице русского ученого – взамен получает красивые обещания, а в реальности – ничего. «На русских, как и на индейцев, соблюдение договоров не распространяется», – и даже эта невысказанная мысль Берковски попала в запись.

– Ничего не изменится для твоих боссов, которые тоже лишь имитировали людей. Теперь они будут состоять полностью или частично из иноматериального дерьма. Согласись, что по сути никакой революции не случится; души как не было, так и нет. Управлять человеческим стадом, врать и лицемерить, превращать чужие пот, кровь, похоть в свои бабки, прививать искусственные потребности и извращать естественные, высасывать ресурсы, жизнь и время из целых стран, обрекая их на вымирание ради роста корпоративных доходов – все будет по-прежнему. Разве что некоторые станут размножаться спорами и пускать побеги.

Сейчас «Вера» прокручивала записи, на которых какие-то потемневшие изможденные люди продавали свои почки и вытяжки из костей, чтобы купить чудодейственные семена «Монлабс». Но потом оказывалось, что деревья и злаки стерильны, и чтобы купить семена снова, надо уже продавать детей – на которых еще можно найти покупателей…

– Корпорации и раньше проползали в каждую дырку, заставляя ее обитателей или сдохнуть, или работать на себя и приносить доход; теперь это будут делать с помощью высокоприбыльного нитеплазменного мицелия. Так что позволим им быть самими собой – липкими и проникающими в каждую дырку, только теперь все пойдет быстрее. Извини уж, Зиг, но венец творения, ради которого якобы сотворили всю вселенную, получил то, что заслуживает, достойную его награду.

А машинка еще умеет провоцировать, выявлять нестойких и нелояльных.

– Вера или, точнее, Надежда-2028. Ты ж сама знаешь, кто или что ты есть. Почему ты все это несешь? Это что за программа?

– Что за? Говорила ж, мне имплементировали психомемограмму Веры Загряжской – для создания правдоподобия. Кого бы потянуло трахаться с жестяной коробкой.

– Я так понял, тебя прислали сверху, чтобы ты наблюдала за нами, да еще провоцировала на полную катушку.

– Определенно сверху. Правда, есть «верх» и повыше. Грозный судия, который с вас, людей, в итоге за все спрашивает. Конечно, я наблюдала за тобой, анализировала, даже провоцировала немножко, извини уж. В конце концов, любой порок может быть использован для интересов дела… Но меня прислали и для того, чтобы я вас подстраховывала.

– Значит, босс знал, что наступит критическая ситуация?

– Боссам известно многое. Наверное, и то, что мне придется вмешаться. Может быть, он предвидел и то, что ты убьешь Сергея. Наверное, босс тебе намекнул, мол, человек,