Фантастика 2026-147 - Максим Шаравин

Вот тут я сказала честно:

— Я не помню, что он делал. Совсем. Возможно, я потеряла сознание, потому что в себя пришла уже дома, в столичном особняке, в своей спальне. На руке был закреплен браслет, — я взмахнула левой рукой. — Ну а потом меня умыли, одели, объявили волю императора, посадили в дилижанс и привезли сюда. Всё.

— Как любопытно… — Говоря это, Дэймос не выглядел злым или раздосадованным. Скорее сосредоточенным. Как ученый, перед которым поставили задачу, и надо было её решить. — В остальном есть пробелы?

— Сложно сказать, — я постаралась как можно небрежнее пожать плечами. — Может и есть, но я просто об этом не помню. В целом не ощущаю себя в чем-то ущербной. Всё элементарное помню, ну а остальное, если брать масштабно, то не так уж и важно.

Сначала Дэймос недоверчиво вскинул брови, словно был удивлен моим заявлением, но потом явно прокрутил мои слова в голове и усмехнулся.

— Ты права. Что ж, я рад, что ты настроена позитивно и решительно. Это главное.

Я тоже улыбнулась, радуясь, что мы с ним на одной волне, после чего мы уделили внимание обеду, а после него супруг снова поднял вопрос с моими украшениями:

— Покажи, что за кружева с жемчугом ты себе наплела. Мне интересно.

Немного волнуясь (вдруг запретит их сегодня надевать?), я прошла в свою гардеробную и вынула украшения из шкатулки, причем Дэймос взял в руки сначала браслет, а затем и чокер, внимательно их изучил, загадочно хмыкнул и протянул мне.

— Надень.

Выполнила его скорее приказ, чем просьбу, и немного настороженно замерла под его пристальным немигающим взглядом с вновь резко расширившимися зрачками.

Какая интересная реакция…

— Поразительно, — пробормотал супруг вполголоса, причем сначала кашлянул, прогоняя подозрительную хрипотцу, и только потом повторил: — Поразительно, как тебе идут такие вещи. Особенно… — Он снова кашлянул и шагнул ближе, поднимая руку, чтобы коснуться пальцами чокера. Легко, едва заметно. — Знаешь, если бы только что сам не убедился в обратном, сказал бы, что ты под особыми чарами повышенной привлекательности. Но это всего лишь мягкая женская магия… Очарования, да, но…

Он хмыкнул и посмотрел мне в глаза, отчего я без труда распознала в них тот самый мужской голод, который мне безумно польстил.

— Всего лишь очарование, — повторил он, словно вел беседу с самим собой, а может пытался уговорить. Или объяснить. Или возразить… — Но почему так шибает?

— Потому что я тебе нравлюсь сама по себе, мой лорд, — улыбнулась широко и капельку провокационно, прекрасно понимая, что определенные вещи действительно выглядят эротично и нет этому никакого объяснения.

На самом деле, конечно, есть, но это уже надо вдаваться в дебри психологии и прочего, а муж у меня ученый немного в иной сфере. И нет, я не дам ему ни единой подсказки. Наоборот, буду бессовестно пользоваться всеми своими преимуществами, включая когда-то давно полученное медицинское образование в области психиатрии.

Возражать, кстати, Дэймос не спешил, продолжая рассматривать меня так, словно впервые видел, но потом прикрыл глаза, усмехнулся уголками губ и кивнул.

— В чем-то ты определённо права, моя леди. Что ж, украшения одобряю, но даже не вздумай принимать знаки чужого внимания. Уничтожу. Это понятно?

На меня глянули так остро и так пронзительно, что не надо было иметь семь пядей во лбу, чтобы догадаться — в мужья мне достался ну очень ревнивый собственник, который явно в этом плане уже успел обжечься. И мне нужно быть предельно аккуратной, чтобы он действительно не пустился во все тяжкие.

И пускай я сама никогда не считала ревность тем чувством, которое стоило иметь моему мужчине, это не стало поводом для скандала. Наоборот, мне стало даже отчасти приятно, ведь тем самым он давал понять, что я в его глазах действительно красива и желанна (и может быть даже кем-то другим?), поэтому я качнулась вперед, встала на цыпочки и доверительно шепнула прямо в губы супруга:

— Мне никто не нужен кроме тебя, мой лорд. Я сделала свой выбор и ни о чем не жалею.

Янтарные глаза напротив вспыхнули обжигающим пламенем, а по мужским губам скользнула улыбка нескрываемого самодовольства. Улыбайся, котик, мне не жалко. Тебе это безумно идет!

— Не скажу, что у тебя безупречный вкус, но… — на мою талию легли сильные руки мужа и окончательно притянули к себе, позволяя ощутить жар и крепость его тела, — мне нравится.

После чего меня поцеловали с та-а-аким многообещающим намеком, что я была искренне не готова услышать от него следующие слова, когда он отстранился:

— Начинай собираться, через час выезжаем.

Точно знаю, ему пришлось приложить немало усилий, чтобы просто меня отпустить и стремительно уйти из гардеробной, но он всё-таки сделал это, оставив меня одну, после чего я смогла сделать лишь пару неуверенных шагов до софы и тяжело на неё опуститься.

Чертов бургомистр со своим приёмом! Ну вот совершенно не вовремя!

Естественно, я так не думала. Просто… Ворчала. Мысленно. Моя б воля, я бы умотала с мужем вдвоём на край света куда-нибудь в теплые страны, заперлась в спальне и не выпускала бы из постели как минимум до конца медового месяца, но…

Чего нет, того нет.

А что есть, так это старый неблагоустроенный замок, обязательства и прочие факторы, мешающие моему счастливому замужеству.

Хм. Кажется, у меня появился ещё один весомый стимул помочь супругу изобрести чудо-артефакт!

Очень и очень весомый!

Коротко хмыкнув, перевела взгляд на дверной проём, где показалась Берта, спешащая помочь мне со сборами, и весь следующий час мне было не до пространных размышлений о том, что будет, когда мы решим проблему с разломами. Это ведь и гарнизоны будут больше не нужны, и место ссылки Дэймоса больше не будет актуально… Кстати, он не сказал