Фантастика 2026-172 - Юрий Лермонтович Шиляев

столу кулаком, — я говорил с ними! Объяснял, уговаривал, угрожал даже! А они ни в какую! Слушать не стали. Главный у них Пузырь, помнишь же его? У него тоже забрали разрешение. Он поговорил ещё с пятью такими же дураками, вот они и решили идти в ратушу и требовать разрешения. Будут настаивать, что отобрали незаконно.

— Пузырь? И какая ему вожжа под хвост попала? — удивился я. — Или на половину прилавка вся рыба не влезет?

— Да кто ж его знает? — пожал плечами Пышка. — Может, на тебя зол, что больше не готовишь его рыбу, а может просто сам по себе злобный дуралей.

— И когда эта дружная компания собирается к ратуше идти? Я не опоздал?

— Как я слышал, они собираются у старого колодца, и минут через двадцать уже пойдут.

— Старый колодец? Это где ж такой? — я напряг мозги, чтобы вспомнить, но, как назло, ничего в памяти не всплывало.

— Помнишь, когда ярмарка проходила с конкурсом поваром, возле ратуши стела небольшая стояла? Её ещё лентами да венками украсили?

— Да, видел её. Но при чём здесь колодец?

— Так, там и был колодец, пока в него какой-то купец упал! Ушиб ногу, разбил лицо и лишился нескольких зубов. Когда вытащили, он был так зол, что велел поставить здоровенную колону, мол, чтоб никто больше не повторил его приключения.

— Спасибо, понял, — я махнул ему рукой, и мы с Беконом поспешили к нужному месту.

Но на выходе из торговых рядов наткнулся на Прохора. Он с тоской в глазах сидел в тенёчке, поглядывая на редкую толпу. Да, в этот час «рыбка» не клюёт.

— Прохор! — окликнул я, и парень вздрогнул, едва не свалившись в кусты.

— Господин Винтер! — он вскочил и состроил невинное лицо. — Слышали уже новости?

— Если про торговцев, то да. Что про них скажешь? — я вытащил из кошелька мелкую монету.

— Шестеро! — оживился пацан. — Пузырь заводила. Уже идут к ратуше, злые, как собаки. Как я понял, они считают, что вы разрешение только для своих получили, а про них и думать не стали.

— Вот же чёрт! — выдохнул я и бросил ему медяшку. — Заслужил. Только в следующий раз я такие новости хочу узнать, едва идею вслух скажут, а не от гнома.

— Не ругайтесь, кто ж знал-то, что они так быстро соберутся, — Прохор попятился. — Но я всё передам Каролине!

Я не стал больше задерживаться, спустил Бекона на мостовую и рванул к ратуше. Хорошо, что людей было мало и мне не приходилось лавировать между ними. И едва мы с котом выскочили на главной площади, я сразу нашёл глазами нужных мне людей. Удивительно, что они шли с пустыми руками, я бы обязательно прихватил вилы и факелы.

Первым шёл Пузырь, я прекрасно его запомнил ещё с первой встречи. Толстяк почти терялся среди других торговцев и одной тощей дамы. Все шли, как на войну, с напряжёнными спинами и сжатыми кулаками.

Я рванул вперёд, чтобы перегородить им дорогу. Пузырь в этот момент заливал в уши торговцам про справедливость и заметил меня, только когда моя ладонь упёрлась ему в грудь. Бекон низко зарычал в мою поддержку. Увидев меня, компания растерянно застыла на месте.

— Винтер! — Пузырь сжал кулаки. — Отойди и не стой у нас на пути! Мы идём к бургомистру, и не тебе нас останавливать!

— Я и не собираюсь вас останавливать, — мне с трудом удалось говорить спокойно. — Прежде чем туда идти, выслушайте меня. Вы разве не понимаете, что князь только и ждёт повода добить вас окончательно? Вы же последние на рынке, кто ещё не под его пяткой. И знаете, что он сделает, едва вы войдёте к бургомистру? Натравит на вас стражников и своих наёмников. Тогда вам не то что разрешение, но и место на рынке не светит, не говоря о том, что он отберёт у вас товар. Возможно, посадит в тюрьму. Как вы из неё кормить семью будете?

— А что нам остаётся⁈ — выкрикнул молодой парень с растрёпанными волосами. — Мы уже потеряли всё! Ты про нас и не вспомнил, только своим разрешение сделал. А ведь мы тебе скидки делали! И помогали!

Я узнал его, он один раз мне продал крупу. Неужели князь добрался даже до тех, у кого я был всего лишь один раз⁈

— А договориться с теми, кто получил разрешение, не смогли, что ли? Жадность глаза закрыла? — сказал я, обводя их всех тяжёлым взглядом. — К тому же никого из вас в ратуше не было, когда я там стоял и выбивал разрешения. Что вы сделали для того, чтобы исправить ситуацию? А? Ничего. Вы решили, что вправе пойти и забрать разрешения силой, в обход меня. Не узнав все обстоятельства и планы. Ваш поход к бургомистру перечеркнёт всё, над чем я работал уже не одну неделю. Переступите через порог ратуши, и князь будет довольно потирать руки. Вы этого хотите?

— А с чего вдруг мы должны тебе верить, а? — Пузырь нахмурился, и его лицо пошло красными пятнами. — Откуда мы знаем, что ты сделаешь тоже и для нас? Сейчас ты умные слова говоришь, а как до дела дойдёт, выберешь тех, кто к тебе ближе.

— Пузырь, — я шагнул к нему, и он невольно попятился. — Неужели ты думаешь, что я хочу, чтобы ты и остальные оказались без работы? С кем мне тогда торговать? У кого брать рыбу, специи, крупы? Я ведь сам ещё недавно готовил на потеху толпе, потому что у меня не было ни медяка расплатиться за твоего судака. Но при этом всё равно нашёл способ подняться. Работал, договаривался, искал пути, а не бросался на врага, — я оглядел их, — с кулаками. Что вы собирались предъявить бургомистру? Грязные фартуки и слова? Я уже почти собрал нужные бумаги против князя. Дайте мне время, и ваши разрешения будут у вас, но если вы пойдёте в ратушу, то всё испортите.

Торговцы переглянулись, и я видел, как они теряют весь боевой запал. Только Пузырь всё ещё стоял, скрестив руки на груди, и сверлил меня взглядом.

— Ты говоришь красиво, — упрямо сказал он. — А что мы будем делать, пока ты будешь ждать подходящего момента?

— Я не пойму, вы с неба, что ли, свалились? — я удивлённо поднял брови. — У вас нет запасов? Связей? Или вы уже забыли, как впервые пришли на рынок? Торгуйте с рук, через знакомых. Не мне вас учить. А если опять решите устроить бунт, то сначала подумайте: кому этот он больше на руку? Вам или князю?