Рунный практик - Артем Каменистый

Каххо Меннай, и что на уме у этого старого солдафона, мне неизвестно. Но короли уверены, что в случае вашего согласия смогут с ним договориться насчёт прекращения вашей вражды. Как я понял, Меннай на вас не так уж сильно злятся, их сюда какие-то ассиопские интриги привели, а не жажда мести. Много чести ради какого-то северянина целую кварту гонять. Ну и желание прибрать к рукам часть нашего побережья тоже сыграло, разумеется. Такие вот расклады.

— Вас оттёрли от командования? Соболезную, — проявил я притворное сочувствие. — Получается, амулет связи тоже отобрали?

— Ну почему же? Я ведь всё ещё старший офицер. Ох, как же сильно вас напрягают милые поделки наших тёмных артефакторов. Гедар, да вам вообще не следовало посещать юг. Здесь чем дальше, тем больше неприятного для таких, как вы.

— Вот поэтому и стою здесь, со своим войском, — спокойно сказал я. — Пытаюсь не пускать южную грязь дальше.

Генерал, разворачиваясь отсалютовал:

— Честь имею, господин Гедар! Искренне желаю вашему окту не споткнуться, когда вы будете бежать на север. Мы, конечно, не друзья, но ваша гибель меня огорчит. Слегка.

— Эй! — крикнул я Шайену в спину. — А почему вы кварту в тыл задвинули⁈

Тот обернулся и ответил с ухмылкой:

— Для того чтобы разогнать ваших забавных простолюдинов, чёрная кварта не требуется! Три короля изъявили желание победить десницу Кабула самостоятельно, без вмешательства Меннай! И Каххо предоставил им эту честь!

— Пусть все их кони ноги переломают, чтобы никто не сбежал… — пробормотал я себе под нос.

Пафос, по местным меркам — хорошо, но кричать такое вслед переговорщикам — чересчур.

Офицеры развернулись вслед за генералом, оставив Буйвола в одиночестве. Медленно к нему подъехав, я покачал головой. Не знаю, что пережил мой наёмник, но выглядел он хуже залежалого покойника. Лицо избитое даже не до синевы, а почти до черноты; правая рука неестественно вывернута и распухла так, что рукав растягивает; ладонь тронута гангреной; в прорехах одежды повсюду видны раны и запёкшаяся кровь.

— Ты как, сам ехать сможешь? — спросил я.

Буйвол с трудом приоткрыл один глаз и прошамкал почти беззубым ртом:

— Десница, я и побежать смогу, если прикажете. И даже спляшу.

— Спляшешь?

— А чего бы и не сплясать? В гостях, конечно, хорошо, но только если хозяева не южане. Так что я честно сплясать сейчас готов. Несказанно рад тому, что с ними попрощался.

— Ладно, поехали. Не знаю, как насчёт плясок, а вот лекарю тебе показаться стоит.

Глава 19

Не самое плохое начало

Глава 19

Не самое плохое начало

Ветер задул от противника, и я расслышал перестук барабанов.

Значит, всё — сейчас пойдут.

Откуда ни возьмись слева показался Гнусис. Наглейший злодей с самым невозмутимым видом восседал на пони. Грива его лошадки была украшена вплетёнными ленточками, между ушей красовалось подобие шапочки с крошечными розовыми рожками.

Несмотря на сложность момента, я не удержался от гневного вопроса:

— Ты что, пони у ребёнка украл?

— Ну почему сразу украл⁈ — возмутился Гнусис. — Что за вечные инсинуации в мой адрес? Я вообще-то спас эту лошадь. Дело в том, что эта бедняжка осталась беспризорной на улице. Наверное, хозяева бросили, когда убегали. Из этого города все нормальные люди сбежали, прям беда какая-то. Лишь те, кто тебе, десница, преданы, остались. Вроде меня. Решил вот, что моя помощь тебе тут не помешает. А то при Козьей скале без меня, как без рук, даже с катапультой разобраться не смогли.

— Не подлизывайся, аферист. Те, кто уходят из города, лошадей не бросают. Даже если это всего лишь пони. И да, я вообще-то тебя искал. Я не просто искал, я требовал, чтобы ты появился. Как ты смел от меня прятаться?

— Кто сказал, что я прятался? Тебя обманули, десница. Просто до меня дошли сведенья, что ты был недоволен из-за тех чудесных камней, которые я тебе принёс. Заметь, я нашёл их по твоей просьбе, а не по своей инициативе. Угодить тебе старался. Не мог даже подумать, что ты из-за моих стараний так взбеленишься. Но ладно, так и быть, никаких обид. Я понимаю, тебе сейчас тяжело, вот и срываешься иногда на самых преданных своих людей. Зная твою отходчивость, ждал, когда ты подобреешь.

— Так ты решил, что я уже добрым стал?

— Не то, чтобы прям решил, просто очень на это рассчитываю. А ещё до меня дошли слухи, что ты, десница, сам хотел сделать что-то дурное с тем купцом, у которого были позаимствованы нужные тебе камни.

— Позаимствованы?

— Ну вот зачем придираться к каждому моему искреннему слову⁈ Тем более придирки несправедливые. Раз тот купец вдруг оказался злодеем, какие ко мне могут быть претензии? Я, можно сказать, доброе дело авансом сделал. Давай остановимся на том, что я просто заглянул в недалёкое будущее и начал наказывать презренного негодяя заранее. В таком случае получается, мне награда за предусмотрительность полагается, а не какие-то надуманные претензии. Ну да ладно, я не претендую, достаточно перестать напраслину на меня возводить.

— Может тебе ещё нимб святого подарить?

— Если он из драгоценного металла, отказываться не стану, — скромно ответил Гнусис.

Ну да, нашёл я, с кем связываться… Этот прирождённый преступник в любой ситуации всегда всё отрицает.

И негодник тонко чувствует момент. На глаза появился именно тогда, когда мне точно не до него.

Да и надо признать, что насчёт купца он в чём-то прав.

То, что у Рухвата спёрли дорогущие алмазы, слегка согревает мою озлобленную душу. Тем более, камни пошли на хорошее дело, я сумел починить Крушитель, слегка усилив Кими. Ей очень не хватает быстродействующих и дальнобойных навыков, эффективных против большинства щитов, и столь мощный артефакт отчасти закрывает проблему. Даже с ним она мне значительно уступает в магическом плане, но всё равно теперь можно сказать, что в нашем войске есть два сильных стихийника.

Вот только в отрядах Тхата «красных кудесников», сравнимых с нами, уж точно не меньше десятка. Я, конечно, не мог видеть всех, но сужу по тем, которые попадались на глаза на переговорах. Да и донесения от агентов Аммо Раллеса кое-какую информацию предоставили.

Если подпустим несколько таких магов к нашему строю, будет очень больно.

А сколько сильных волшебников в чёрной кварте? Тридцать? Сорок?