Оружие тьмы - Кел Кейд

Лицо лейтенанта стало непроницаемым, и он рассудительно ответил:

– Я думаю, что это измена – вести такие разговоры о короле. – И он бросил на молодую женщину суровый взгляд, показывая, что ей больше не следует задавать вопросов.

– Да, конечно, – прошептала Фриша, усаживаясь на свой стул.

Лейтенант снова повысил голос.

– Вот почему в надежде, что вы поможете мне доставить послание в Кайбейн, полковник согласился дать вам пару лошадей. Мой долг состоит в том, чтобы письмо добралось до своего адресата, после чего я смогу участвовать в турнире. Я рассчитывал, что мы сможем отправиться в Кайбейн вместе.

Все трое согласно кивнули.

– Конечно, лейтенант, – сказала Фриша, – вы должны поехать с нами. Рядом с вами я буду чувствовать себя гораздо лучше. Мне трудно представить, что произойдет, если на нас нападут на торговом пути.

Лейтенант посмотрел на Резкайна.

– Я полагаю, с вами все будет в порядке, – проворчал лейтенант, – но всегда лучше путешествовать большими группами.

Резкайн прислушивался к разговору, но по большей части его внимание было сосредоточено на другой молодой женщине, сидевшей за одним из соседних столиков. Она наклонилась в их сторону, и не вызывало сомнений, что подслушивала разговор. Он не видел ее лица, так как она сидела, отвернувшись от него, но заметил, что ее одежда выглядела необычно.

Фриша обратила внимание на то, что Резкайн заинтересовался девушкой за соседним столиком, почувствовала укол ревности и решила его отвлечь.

– Резкайн, а что ты думаешь? – спросила она.

Резкайн скользнул глазами по залу, чтобы проверить, ведет ли себя еще кто-то подозрительно, но не перестал наблюдать за молодой женщиной.

– Я думаю, будет выгодно для всех, если лейтенант отправится с нами. Он прав, безопаснее путешествовать большими группами. Кроме того, он поможет тренировать вас обоих в использовании нового оружия и стоять на часах по ночам. А я, в свою очередь, могу гарантировать, что он благополучно доставит свое послание. Совместное путешествие на турнир представляется мне самым эффективным, ведь за группу приходится меньше платить, а его документы позволят нам двигаться без задержек. И, что еще важнее, я предпочитаю, чтобы мои друзья находились рядом, ведь в таком случае я смогу продолжать выполнять Правило 1.

Фриша нахмурилась. Она не думала, что он слышал их разговор. Но более всего ей не нравилось, что он смотрел на другую женщину.

Лейтенант Джимсон улыбнулся.

– Благодарю вас. Я ценю ваше общество. Мы уже довольно долго путешествуем вместе, и я с радостью буду считать вас всех друзьями. Пожалуйста, называйте меня Джимсон или Джим, если вам так больше нравится.

– Да, пожалуйста, давайте избавимся от формальностей. Они становятся утомительными, – с довольным видом сказала Фриша, хотя ее продолжал беспокоить интерес, который проявлял Резкайн к женщине за соседним столиком.

Внезапно, удивив своих друзей, Резкайн встал и подошел к столу, за которым сидела женщина, подслушивающая их разговор. Все три его спутника были потрясены. Фриша с огромным трудом сдерживала ярость.

– Добрый вечер, госпожа, – сказал Резкайн без обычного обаяния. Спина женщины напряглась, руки исчезли под столом. Не дожидаясь приглашения, Резкайн сел на стул напротив, наклонился вперед и одарил незнакомку ледяным взглядом. – Раз уж вы с таким интересом слушали нашу беседу, я подумал, что вы предпочтете поговорить непосредственно с одним из нас.

Женщина оказалась молодой. Едва ли старше Фриши – золотистые волосы собраны на затылке, одета в длинную коричневую тунику, доходившую до середины бедра, поверх темных штанов, заправленных в высокие сапоги, как принято у кавалеристов.

Но самым необычным в молодой женщине было то, что она носила потертые, но вполне приличные доспехи. Они казались великоватыми для ее хрупкой фигуры – скорее всего, прежде принадлежали молодому мужчине. На поясе у нее висели кинжал и короткий меч. Кожаные ножны выглядели далеко не новыми, но оплетку на рукояти явно поменяли недавно. На каждой руке были надеты наручи с небольшим ножом. Большие карие глаза смотрели на Резкайна и удивленно моргали.

– Но я не…

– Нет, вы подслушивали. Что вы хотели? – Резкайн говорил быстро и уверенно, не допуская возражений.

Плечи молодой женщины поникли, и она сразу стала казаться моложе, чем несколько мгновений назад.

– Ну ладно. Ваша правда. Я слышала, что вы направляетесь на турнир, и собиралась подойти к вам, чтобы попросить разрешения путешествовать с вами. Я хочу принять участие в турнире.

Резкайн удивленно приподнял брови.

– Вы хотите участвовать в турнире? Я уже начал думать, что никто из женщин внешнего мира не обладает необходимыми Умениями.

Молодая женщина гордо приподняла подбородок.

– Я не знаю, что значит «внешний мир», но это точно не имеет отношения к тому, что я женщина. Я воин.

– В самом деле? – спросил Резкайн. – Значит, вы умеете пользоваться мечом? – Он кивнул в сторону ее оружия.

Она заерзала на месте.

– Да, умею. – Совсем не тот ответ, который ждешь от человека, уверенного в своих возможностях.

– Как вас зовут? – спросил Резкайн.

– Реайлин де Восс. – Она самодовольно улыбнулась, словно ему следовало знать ее фамилию.

Он ее не знал, из чего следовало, что ее семья не была особенно богатой, могущественной или влиятельной.

– Госпожа Реайлин, если вы воин, то почему не вступили в армию? – спросил он.

Реайлин фыркнула и скрестила руки – привычка, от которой ей следовало отказаться, ведь в такой позе она становилась особенно уязвимой для нападения и не могла быстро достать оружие. В ее глазах что-то сверкнуло.

– Я пыталась, – резко ответила она. – Они говорят, что я слишком маленькая… или слабая… недостаточно хороша… Но главное, что я женщина.

Реайлин совершенно определенно была женщиной, миниатюрной, с необходимыми округлостями.

Резкайн покачал головой:

– Лишь немногие женщины попадают в армию. Такие случаи редки, но известны.

– Да, но они огромные и с тем же успехом могли быть мужчинами. Но я могу сражаться. Я не такая, как рекруты, мастера меча и страйкеры. Если я смогу победить хотя бы одного из них, им придется меня принять, – прорычала она, и ее голос наполнило негодование.

Резкайн был вынужден согласиться с ней. Если она сумеет показать себя равной даже самому последнему солдату, ее должны принять.

– Значит, для того, чтобы вступить в армию, вы хотите участвовать в турнире?

Реайлин пожала плечами и снова вздернула подбородок:

– Если я хорошо выступлю на турнире, они будут вынуждены признать, что я воин, и позволят мне поступить в армию.

– И вы решили, что будет правильно путешествовать в одиночку с группой незнакомцев? А вас не тревожат приличия, которые все считают очень важными.

На мгновение он уловил неуверенность и уязвимость в ее карих глазах,