Путь Строителя 13 - Алексей Ковтунов

А ведь удивительно вышло, я-то был уверен, что как раз Кейн и станет главной преградой к тому, чтобы задержаться здесь на пару дней, а он взял да согласился, даже уговаривать толком не пришлось. По дороге от улья я прикидывал, что одним медом для подкупа не обойтись, и придется пускать в ход медовуху. Спаивать охотника, чтобы он двое суток проспал и не путался под ногами — дело, конечно, насквозь нецелевое, но на войне с осами хороши все средства, не одни только дихлофосы.

— А они же еще меда дадут? — Кейн поскреб ложкой по стенке.

— Наверное… Честно, не знаю, — королева на этот счет действительно ничего мне не говорила. Хотя, может, и говорила, а я не понял. Вообще странно, что они меня хоть как-то понимают, но и это не наверняка, пчелы ведь откликаются только на мои поступки, а в остальном щелкают жвалами да наклоняют голову туда-сюда. Переводчика бы сюда, цены бы ему не было.

Тут на самом деле напрашивается мыслишка, что подарили мне вроде как малую матку, а отдавать не спешат. Презентовали, начали выносить из улья пожитки, мед упаковали удобно для переноски, и весь сбор идет прямо сейчас, пока мы сидим внизу и уминаем ее же приданое. Впрочем, на наши расходы я отложил всего пять кубиков, чтобы и мужиков порадовать, пусть съедят по ложке, больше им все равно нельзя, иначе Основа из ушей закапает, а остаток пусть достается Кейну, сладкое он любит, да и кекс его мы, если по совести, тоже приговорили.

Стало быть, принцессу мне показали, но пока придержали у себя. Сидит теперь в главном зале, ждет, а вокруг помаленьку собираются те, кого отправят вместе с ней, и складывают поклажу для похода и переселения. Корзина, выходит, тоже для нее, не пешком же наследнице добираться, а кубики с медом, чтобы на новом месте было чем перекусить поначалу. Хотя зима на носу, так что, может, это и вовсе запасы на зимовку, поди у них разбери.

— А, кстати! — я хлопнул себя по лбу, но Кейн и бровью не повел, знай себе черпал ложкой.

— М? — отозвался он только спустя несколько секунд.

— Забыл сказать, надо одну телегу освободить целиком.

— Так освободи, — ложка заскребла по восковому дну. — А зачем, кстати?

— Да вот, отписали нам маааленький такой подарочек, — я развел ладони на пару миллихоргов. — Маленький рой пчел, с маткой, строителями и прочим хозяйством, — обронил я как бы между делом, но ложка царапать дно перестала. Действительно ведь забыл об этом сообщить, всё как-то о другом общались.

— В смысле? — Кейн замер.

— Ну вот так. Но сразу говорю, если ты вздумаешь возражать, то…

— Да в смысле возражать⁈ — он чуть не подскочил. — Это такие же особые пчелы, как здесь? Ты хоть понимаешь, что их никто не разводит! А знаешь почему?

— Понимаю, конечно, опасные они, — я кивнул. — Но ты не кипятись, селить их будем не в самой деревне, а чуть поодаль… — про то, что это «поодаль» отмерено шагов на сто от главных ворот, я благоразумно промолчал. — Ну и если что, договоримся, чтобы своих не жалили.

— Да срать на своих, пусть жалят, это не смертельно! — Кейн замотал головой. — Не разводят их не за это! Они сами не плодятся и с людьми не селятся, только если королева прикажет, а она умная тварь, такого приказывать не станет!

— А, ну эта как раз приказала, — я даже удивился. — Сама предложила, я и не просил вовсе, так, обмолвился, что неплохо бы переселиться… — Кейн уставился на меня квадратными глазами, и я на всякий случай выдержал паузу. — Так ты не против?

— Конечно нет! — кубик едва не выпал у него из рук. — Это ж сколько кексов я теперь напеку… И Вельта в баню пускать не придется!

— А баранов пустишь? — не удержался я.

Ответа на это не последовало, а по лицу Кейна ясно читалось, что послать меня подальше ему хочется до скрипа в зубах и зуда в руках, вот только нельзя, медок-то тоже нужен.

В общем, доволен я остался не зря, Кейн задержаться согласился, да и сам загорелся, а значит, можно браться за оборону. Пчелы тем временем гостинцы всё несли и несли, вон какая горка выросла у выхода из улья, пока мы точили лясы.

Первым делом я наладил доставку от улья к телегам, разом такую гору вниз не спустишь, скала-то отвесная. Забрался наверх, вбил в трещину между камнями жердь, перекинул через нее веревку и закрепил, а дальше проще некуда, ведро уходит вверх пустым, наверху его загружают, на веревке спускают, а внизу перекладывают на телеги. Устроил все так, чтобы и самим пчелам ехать было удобно, корзину с принцессой решили поставить поверх остальной поклажи.

Следом мы с Кейном полезли наверх, и, пока работяги таскали да грузили, а опухший Больд отсиживался внизу в своей лунке и отходил после утренней разминки, взялись за планирование обороны.

А дано нам, прямо скажем, негусто, арсенал скудный, мешочек негашеной извести из корзины Больда да смола, за которой еще топать к роще. Осиных нор я насчитал штук пять, каждая уходит в породу метра на два-три и тянется в сторону расщелины, вход узкий, так что после и воском заделать недолго. Есть еще пара леток, но что тут выточено, а что появилось само, теперь уже не разберешь, улей стоит давно.

Прошлись, осмотрели, куда уходят норы и сколько осам еще ковырять, если надумают вернуться, а они, судя по настроениям в улье, вернутся непременно. Тешить себя надеждой, будто королева расчувствовалась и просто подарила мне наследницу, глупо, наследниц у нее наверняка припрятано еще с десяток где-то в глубине скалы, просто сама она понимает, что следующий налет может оказаться последним, вот и выводит часть рода в надежное место.

— Много мы тут за два дня не наделаем, — обронил Кейн, оглядывая раскопы.

— Да, но кое-что успеем, — я пожал плечами. — Смотри, из самого простого. Пригоним пару бочонков смолы из рощи, обмажем готовые норы, осы ведь первым делом туда и полезут. Возьмем волосяночную веревку, распустим на волоски, их тоже в смолу да налепим на стенки, чтоб свисали вниз. Осы полезут