Холод, согрей - Олег Геннадьевич Фомин

– Как такое возможно?

– Солнечных алмазов много, – объясняет Эгорд. – Они порождают солнечный свет, а с ним возможен рост зеленых растений.

– Даже у нас на острове не было столько зелени! – восхитилась Леарит.

Разбрелись по джунглям.

Эгорд с улыбкой поглядывает на джунгли, но все-таки больше рассматривает эту красоту в качестве источника воды, пищи, а также компонентов для магии и алхимии. Собственно, их сбором и занялся, но не забывает наблюдать через стрекоз, что делают спутники.

Леарит и Велира, конечно же, глазеют, ахают, бегают от одного чуда природы к другому. Тиморис тоже пялится потрясенно, но его передвижение растерянное, неуклюжее, ему то и дело не везет – натыкается на всяких змей, пауков и прочую фауну, от которой шарахается. Один лишь Хафал плевать хотел на все эти красоты – побродил немного, убедился, что нет тварей, с которыми можно подраться, и убежал в какой-то туннель в поисках чего-нибудь более интересного.

Хвост водопада хлещет по валунам, рассыпается в речку, там бурлят пузыри, вздымаются белые горбы течений, плещутся рыбки, по берегам квакают цветастые лягушки.

Велира сбоку от водопада, на лиане как на качелях, кулачки держатся за канат из зеленых волокон, на нем цветочки. Зеленая дуга откидывает Велиру вверх так круто, что лицо смотрит прямо в землю, затем Велира резко набирает скорость, проносится почти вплотную к земле, распрямляется как стрела, волосы черной кометой, и девушка на лиане взлетает к вершине водопада, голова касается веток деревьев, спугивая птиц, – и опять к земле...

Вокруг Велиры порхают бабочки, мелкие и огромные, от цветка к цветку. С приглушенным радостным воплем Велира вновь пролетела над землей, оттолкнув с пути несколько воздушных орхидей. А их здесь много. Некоторые отдыхают на деревьях, обняв корешками ветки. Другие парят и захватывают брызги водопада, пыльцу. Хоровод орхидей медленно плавает в воздухе, распустив корни во все стороны, те колышутся, эти летающие островки дают приют бабочкам, мелкие птицы зависают рядом с цветками орхидей, крылышки трепещут, в чаши лепестков ныряют изящные дужки клювиков, пощелкивают, всюду гуляют птичьи мелодии...

Туловище Велиры оплела крупная светло-зеленая змея, ее голова дремлет у Велиры на плече, хвост уложен на коленях, и кажется, полет на качелях змею не тревожит, рептилия отдыхает мирно.

А девушка посмеивается, продолжая забаву, глазеет по сторонам, лицо подставляется брызгам водопада, рот хватает летучие капельки нектара.

Эгорд заметил, что по склону из замшелых валунов к водопаду спускается Хафал, прыгает с камня на камень, рожа недовольная, старается спускаться бесшумно, легко, даже носочки вытягивает, но камни под лапами все равно либо трескаются, либо вовсе раскалываются.

Велира тоже заметила, качается чуть скромнее.

Фигура демона в тенях деревьев. Ящерки, цветочные мухи и другая живность успевают исчезнуть с его пути до того, как камень опять сломается под ударом лапы, сквозь листву сияют два злых котла с зеленью, хвост за спиной узлом, извивается как змея в клубке.

Наконец, демон спрыгнул к подножию склона, еще один камень разлетелся на куски, ступня шаркнула, выметая из-под себя щебень.

– Кого я вижу! – воскликнула Велира весело.

Продолжает качаться, волосы летают туда-сюда, лицо отвернулось от демона, смотрит по сторонам.

– Дурачишься? – порыкивает Хафал. – Тоже мне, местечко... Лучше б какой-нибудь термитник жуков-людоедов в мрачной сырой пещере разорила, вот это, понимаю, веселье, а тут...

Мимо носа демона проплывает воздушная орхидея, демон косится, провожает злым взглядом.

В ноздри влетела орхидейная пыльца, демон чихнул так, что птицы с веток спорхнули, облако бабочек отбросило будто взрывной волной, а лягушки попрыгали с берега в реку.

Демон оскалился, ладонь сцапала орхидею, но цветок вывернул щупальца, и кулак сжал пустоту, а цветок поплыл дальше.

– Будь здоров! – пропела Велира.

– Ага, и тебя туда же, – пробурчал демон.

Приблизился. Девушка, пролетая над землей, перебирает по траве сапожками, замедляется. А морда Хафала медленно поворачивается туда-сюда, следя за качелями.

– Что за тварь спит у тебя на сиськах?

– А ты приглядись.

– Меня, значит, до тела не допускаешь, хотя уже столько знакомы, а первого встречного гада, у которого даже нет выдающихся концов, пригрела...

– А он не домогается, тихий, смирный.

– У него на лбу написано, что ядовитый.

Велира встала на ноги. Ладонь держится за качели, другая гладит змею по голове, чешуйки зеленого аркана ожили, сдвинулись с места. Смуглянка вытянула руку, и змея сползла по ней на лиану, спиралью уползла вверх – в царство веток, листьев и теней...

– Скорее ты меня проткнешь жалом, чем он – зубами.

Демон ухмыльнулся.

– Я бы тебя проткнул кое-чем другим.

– Не сомневаюсь.

Велира осторожно поймала летучую орхидею, корешки оплетают девичьи кисти нежно, словно ручной зверек вернулся к хозяйке. Рукоятки сабель за спиной сплошь в бабочках, гуща крылышек трепещет, слово хотят дружно поднять девушку в воздух. Велира поднесла орхидею к лицу, носик спрятался в чаше.

Вдох...

Веки, блаженно опустившись, все же приподнялись, глаза косятся на Хафала.

– Тебя что-то не было долго, – говорит Велира, – куда пропадал?

Демон рыкнул, даже стал выше, грудь выпятилась, готов встречать вражий напор. Оглядывает все с неприязнью, жвало стряхнуло попытавшуюся усесться бабочку.

– У меня на это место... аллергия.

Девушка засмеялась.

– Каких слов нахватался! Не от ледяного ли мага? Или от жреца? Так часто с ним общаешься, ревновать начну.

Демон улыбнулся, хотя постороннему показалось бы, что оскалился.

– Я бы посмотрел, как ты ревнуешь.

– Так где был-то?

– Где привычнее. Побольше мрака, сырости, уродливых камней и тварей, о которых можно клешни поточить, ха-ха!

Велира отпустила орхидею, цветок улетает вверх, девушка проводила взглядом, смотрит на Хафала.

– Вот как... А здесь тогда забыл что?

Жвалы сложились, демон опустил голову, порыкивает, злой взгляд смотрит куда-то в сторону, лапа чешет в затылке.

– Да так... Есть одно дельце... к тебе...

– Оу, как интересно.

Изящной походкой Велира приближается неспешно, бедра покачиваются, ладони парят на их уровне как крылышки, сапоги шуршат о траву.

Остановилась в шаге от демона.

– И что за дело?

Запястья уткнулись в бока, вес тела сместился на одну ногу, другая подогнута, голова чуть наклонилась в сторону, локоны покачиваются.

Демон посмотрел на нее, глаза округлились, затем опять стали злобными, голова снова опустилась, взгляд мечется по лужайке.

– Тут... в общем... это... ну...

Взгляд Велиры из заигрывающего превратился в удивленный, она приблизилась еще на полшага.

– Что?