"Фантастика 2026-191". Компиляция. Книги 1-41 - Александр Фрост

Кабинет, в который ввели Савинкова, не отличался изысканностью обстановки. Простой стол, над которым на стене висел плакат с Лениным, подметающим Земной шар, несгораемый сейф в углу, стул для допрашиваемого. За столом сидел интеллигентный молодой человек в поношенном френче.

— Гражданин Мишанин? Я оперуполномоченный Одесского уголовного розыска Евгений Петрович Катаев. Я буду вести ваше дело.

В этом деле Савинкову не везли с самого начала. И ведь какое-то предчувствие ему нашептывало: не стоит ехать! Нет, он не сомневался, что представители «Либеральных демократов» те, за кого они себя выдают. Но вот какая-то заноза имелась. Опыт подполья не пропьешь.

Да только вот деваться было некуда. Эмигрантская организация, не имеющая связи со своей страной — это ноль без палочки. Кучка болтунов. Об этом Савинкову уже открытым текстом говорили англичане и французы. И ладно был говорили — так денег не давали! Правда, финансирование предлагали американцы, но они в качестве ответной любезности требовали поставки сведений экономического характера. Борис Викторович понимал, что прими он такое предложение — станет просто-напросто наемным шпионом. И станет работать даже не на американское государство — а на финансовых воротил. А амбиции Савинкову этого не позволяли. Да и в любом случае — агентура нужда.

А люди из ЛД настойчиво требовали прибытия Вождя. Последнее письмо, доставленное в Париж, являлось, по сути, ультиматумом. Либо он приезжает, либо они поищут кого-нибудь иного. Так что ехать пришлось.

Самым быстрым и безопасным способом нелегально проникнуть в СССР — приплыть из Румынии на судне контрабандистов. Благо этих ребят с началом нэпа развелось как собак нерезаных. Морская пограничная служба большевиков работала отвратительно. Как, впрочем, и до войны — царская. Так что риск был минимален.

17 апреля 1922 года Савинков в компании двух преданных людей, умевших хорошо стрелять и не боявшихся ни бога, ни черта, ни чекистов, погрузился в Сулине на парусную посудину — и двинулись в сторону Одессы.

Идти-то было всего ничего. Примерно 90 миль, как сказал старший из контрабандистов. Но в пути их застал шторм — и они чуть было не отправились ко дну. Так что несколько часов их мотало по волнам. Савинков и его люди были кем угодно, но не моряками, Так что впечатлений они получили гораздо больше, чем хотелось бы.

Но всё в конце концов заканчивается. Рано утром их выгрузили где-то на окраине города. Пейзаж вокруг не радовал — сплошь узкие немощеные улочки и покосившиеся домишки. И тут выяснилось, что города никто не знал. Конспиративная квартира была в центре, на Греческой улице. А пойми, как туда добраться…

Блуждания по переулкам закончились тем, что на них выскочило с десяток красноармейцев с винтовками, которые сразу дали команду «руки в гору!». Спутники Савинкова тут же открыли огонь из наганов, сам же Борис Викторович метнулся в какой-то проулок, оказавшийся тупиком. Он перепрыгнул через забор — но там был атакован каким-то очень злым барбосом, без всяких предисловий вцепившегося ему в ногу.

Собаку удалось пристрелить, после чего Савинков уже совсем не так резво перескочил ещё один забор и… оказался под прицелом двух красноармейцев. Они-то, видимо, окрестности знали куда лучше.

Как уже потом оказалось, всё вышло чисто случайно. Назначенный три месяца назад новый начальник Одесской милиции повел решительную борьбу с преступным элементом, которого в Одессе было куда больше, чем нужно. Для этой цели привлекались как армейские части, так и чоновцы. Зачистка велась жестко, в методах не стеснялись. Вот эта группа и шла, чтобы накрыть очередную «малину». Но искомый объект оказался пустым. Ребята возвращались обратно в скверном настроении — а тут увидели этих троих…. Не такой это был район, где на рассвете трое здоровых мужичин мирно дышали бы воздухом. А дальше понятно. Представители власти потеряли одного убитым и двоих ранеными, а вот обоим спутникам Савинкова уже самое место было в морге.

Что касается Бориса Викторовича, то ему перевязали ногу и пихнули в какую-то битком набитую камеру. Народ был в ней настроен, в общем, дружелюбно, но тут же все навалились с расспросами — откуда, да за что. Вопросы-то были не праздные — при массовых арестах всем хотелось знать, что в городе творится.

Савинкову же эта суета помешала собраться. К тому моменту, когда его вызвали на допрос, он оказался в странном положении. Что у него было? Фальшивый паспорт на имя Дмитрия Ивановича Мишанина и одежда, в которой обычно ходят рыбаки. А вот никакой легенды не имелось! Разумеется, Савинков, отправляясь в СССР, допускал, что его могут изловить. Но почему-то он полагал — если попадется, то в руки чекистов. А те уж разберутся. А вот то, что он окажется в руках обычной милиции — ему даже в голову не приходило. И даже подумать не дали. Что ж, придется импровизировать.

— Мишанин Дмитрий Иванович? — Спросил опер.

— Именно так.

— И какие вы можете дать объяснения?

— Так я по вашим сотрудникам не стрелял. А мои спутники… Я не знал, что они такие вот бандиты. Только вчера с ними познакомились.

— Где?

— Я города не знаю, я приехал по коммерческим делам…

Допрос длился долго. Савинков всячески темнил. Он отлично понимал, что выдать себя за мирного обывателя не удастся. Но, вроде, тут уже прямо во дворе не расстреливают. Значит — пусть считают залетным уголовником. По крайней мере, это был шанс потянуть время. Можно попытаться что-то придумать. А то вдруг и бежать случай представится. Если его взяла милиция — то, может, явочная квартира и не засвечена… Тем более, что работник милиции не производил впечатление особо опытного человека. Так что Савинков старательно путался в показаниях. Сначала сказал, что приехал из Ростова, потом — что из Киева. И старался создать впечатление, что он мелкий спекулянт, который хотел кое-что закупить у контрабандистов. Плохо было то, что Савинков совершенно не знал ни советских, ни, тем более, специфических одесских реалий. Так что он единственный выход он видел в том, чтобы заболтать следователя, вывалить ему как можно больше всяких сведений. Пусть проверяет.

Наконец, милиционер устало откинулся на стуле.

— Хорошо. Мы ещё продолжим наш разговор.

Савинкова не вернули в общую камеру, а сунули в одиночку. Это ему не понравилось сразу…

Евгений Катаев был и в самом деле не слишком опытным работником. А если точнее — то совсем неопытным. Но вот был у него талант с рождения — разбираться в людях. Тем более, что он родился и вырос в Одессе. Где было много всяких разных личностей