Роанна. Хайланд. Книга шестая - Виктор Постоенко

Глава двадцать шестая

Герцогиня Гломская прибыла через неделю. Был жаркий день, и я пряталась в прохладе дальней деревянной беседки, увитой виноградом, которую построили по моему распоряжению только в этом году. Мы с Элорой, неторопливо отщипывая мытый виноград, слушали, как Нана читает нам главы из новой книги о приключениях сыщика Фронса. Последнее время серия этих небольших книг печаталась большими тиражами и стала очень популярна в Империи.

Микка привела Кору де Крейсен именно в эту дальнюю беседку.

— Ваше Величество, Кора де Крейсен представляется по случаю прибытия из дальней поездки, желает Вашему Вели… — она даже усердно присела в поклоне, но я прервала её:

— Хватит там приседать, иди сюда, пока на солнце не расплавилась. Микка, попроси принести ещё фруктов и холодного компота. И скажи Ферте, что герцогиня обедает со мной.

— Да у вас тут ещё рай, прохлада, а у нас на юге просто невыносимо палит. Я распорядилась, чтобы работали только с рассвета до девяти и вечером, иначе люди могут пострадать.

— Ну, давай выкладывай, ведь ты не просто сюда прискакала почти за семьсот километров.

Кора поставила на колени принесённую с собой сумку и начала доставать оттуда бумаги.

— Это письмо Императора Армана Клебера, вот это письмо…

— Стоп, как ты там сказала, Армана? Ну вот с этого места и поподробнее.

— Ну, Ваше Величество, как только меня объявили в бальном зале и все затихли, он сразу быстрым шагом ко мне, да как на крыльях. Под руку взял, повёл в сад, пока то да сё, я смотрю, а он как юноша. Ну и я решила, что недотрогой быть не буду. И не прогадала, потому что… — тут она огляделась и нагнулась к столу. Мы с Элорой машинально сделали то же самое. Нана навострила уши и делала вид, что читает книгу, сидя в сторонке. Мы не стали её отправлять.

И пошёл неспешный рассказ с уточняющими подробностями, как некая герцогиня умудрилась попасть в необыкновенное ночное приключение. Уж что, а рассказывать Кора умела, этого у неё не отнять.

— А где его супруга на тот момент была?

— Он вдовец, — коротко ответила Кора, поставила локти на стол, положила на сжатые кулачки свою умную голову и замолчала, глядя куда-то вдаль.

— Чего замолчала? Жалеешь, что не осталась?

— Кстати, он предложил мне сдать себя ему в аренду лет на семьдесят.

— И что, ты не решилась? — Элора удивлённо посмотрела на герцогиню.

— Элора, ну как я могу. Во-первых, я замужняя женщина, во-вторых, обязана дать наследника нашему роду, а самое главное — на меня работают десятки тысяч людей, которые в меня поверили. Как я могу их бросить?

— Ну в тот момент ты же не думала, что ты замужняя женщина?

— Думала, и ещё как думала, чтобы всё это обошлось без ненужных последствий. Но на тот момент я почувствовала, что я ему нужна, именно я, и именно в тот момент. А вообще мы очень полезно провели время.

— А что сказали на это его подданные?

— А мне на их мнение было всё равно, я уже утром имела на руках подписанные министром Империи Флоке финансовые договора и убыла в Лион. Хотя Император очень настаивал, чтобы я осталась хотя бы на несколько дней. Но Келли тоже не мог меня вечно ждать, да и я выполнила всё, что хотела.

Она рассмеялась своим непередаваемым смехом с лёгкой хрипотцой.

— Вот письмо от Императора к нашему Императору, вот письмо от министра финансов Флоке, вот письмо с проектом договора от их МИД, кстати, копию нужно передать господину де Бартелеми. Они не захотели отправлять его своей обычной почтой через Новый Свет, а отдали мне в руки. Флоке утром лично приезжал. Пусть приведут сюда моего слугу.

Слуга явился вместе с Холой и принёс несколько длинных свёртков, которые положил на скамейку и удалился.

— Что за таинственность?

— Ваше Величество, вот в этом свёртке нашему агенту удалось добыть франкскую винтовку мастера Шаспо, которую они уже начинают принимать на вооружение. Клебер очень серьёзно относится к тому, что происходит в соседней Алеманнской Империи — так фон Бюлов предложил назвать объединение германских государств и княжеств, которое уже провело два съезда и выбрало Парламент, который предложит стране Императора.

— Они начали её уже производить?

— Да, в Льеже, Сент-Этьене и Шабельро. А в этом свёртке — добытая винтовка Дрейзе, и есть патроны как к ней, так и к франкской винтовке. Наши посмотрели и сказали, что франкская ближе к нашему оружию, но всё равно там недостатки из-за патронов. Но это уже точно не моё.

— А что это за кожаное сооружение с лямками?

— Франки называют это саквояжем. Я привезла, так как мне очень понравилась его конструкция. И я собираюсь тут кое-что усовершенствовать и начать производить их у нас. А внутри вот что.

С этими словами она откинула два ремня, открыла саквояж и достала оттуда два свёртка.

— В этом свёртке два франкских револьвера, а в этом — штирийский. Я не знаю, но по какой-то причине наш агент не решился везти всё это в Ла-Рошель, а привёз за полчаса до моего отъезда в Льеж. Всё передал его слуга, я агента даже не видела. Тут есть и его бумаги, которых я не касалась.

— Хорошо, это всё передадим нашим инженерам, пусть сравнивают и смотрят. Как общее впечатление?

— Общее? Да тихий ужас. Роан (она назвала от волнения меня по имени, но я не стала её поправлять), ты не представляешь, какая там стоит вонь. Просто не представляешь, даже в столице. Дело вывоза отходов там на нуле. В Лютеции хоть центр теперь чистят, но когда я пришла на бал, то чуть не обмерла. Представь себе немытые тела, на которые сверху обильно полили резкими духами. Я через минуту уже собиралась оттуда сбежать, хорошо, что Император вывел меня на свежий воздух.

— Дороги, города?

— Дороги где-то мощёные камнем, что очень неудобно, так как карета постоянно прыгает на них, но в основном наезженный повозками грунт. Таких, как у нас, там нет. А уж про железные дороги… Если Император с трудом понял, о чём я ему пытаюсь рассказать, то что уж там о других говорить.

Я вызвала секретаря Хорсера и распорядилась отправить в Арлон всё, что привезла герцогиня. И не просто, а с сопровождающим.

— Ваше Величество, отправлю сегодня же с грузовым поездом.

— С каким грузовым поездом? Движение ещё же не открывали.

— Это для пассажиров ещё не открывали, а