Фантастика 2026-133 - Хелена Руэлли

– Я хочу сохранить Томори. Он воин. Наследник. А Келеах ещё слишком мал, чтобы понять, что с ним происходит. Его можно сделать чем угодно – заложником, слугой, даже оружием. Он будет там, среди них, пока мы готовимся к войне. И если всё пойдёт плохо… пусть хотя бы один из наших детей выживет.

Когда Келеах услышал, что его отправляют в Подземные Пещеры, он не заплакал. Просто смотрел на мать широко раскрытыми глазами, будто не понимал, что это значит.

– Я буду учиться? – спросил он.

– Да, – ответила Талисия. – Ты научишься тому, чего не умеют другие. Тому, что поможет выжить.

Она ещё не знала, что её слова станут пророческими, вот только наука выживать дорого обойдётся её зеленоглазому мальчику.

– А ты придёшь за мной?

– Очень скоро, – солгала она, проводя рукой по его русым волосам. – Обещаю.

Келеах ушёл, не сопротивляясь. За ним последовали два стражника, которых выбрал Веззт. Он сам поведёт мальчика в земли врага. Это было единственное, что он мог сделать сейчас для своего сына.

Оставшись одна, Талисия в глубокой задумчивости рассматривала старинный чёрный нож в своих руках. Были времена, когда этот нож пил вволю крови. Кажется, такие времена возвращались.

– Им меня не сломить, – прошептала Талисия. – Моя месть будет страшной. Всех, кто посмел заступить мне дорогу, настигнет кара.

Где-то в глубине, в темноте, которая даже не знает о существовании неба и солнца, зашевелились древние силы. Они чувствовали приближение крови. И радовались этому.

Веззт снова оказался в каменном зале перед матерью Ульвирит. Рядом стоял его младший сын – тёплый, живой – и с детским любопытством разглядывал стены, колонны и даже резное кресло-трон из морского дерева. Келеах был слишком мал, чтобы его лицо превратилось в бесстрастную маску, какую полагалось носить каждому дроу. Талисия ещё не начала обучать его.

– Я велела принести голову, – недовольно проговорила Ульвирит, разглядывая мальчика.

– Мать Талисия выполнила твоё желание, – склонил голову Веззт. – Ты не говорила, что голова должна быть отделена от тела. Келеах – подарок от Талисии. Он мал, но обладает умом и любознательностью. Ты сможешь обучить его…

– Я разберусь, что мне с ним делать, – резко прервала его Ульвирит. – А ты можешь убираться. Передай ей, что подарок принят.

– Но союз наших кланов…

– Убирайся! – грозно повторила мать Ульвирит, и её сыновья сделали шаг вперёд, подтверждая силу её слов.

С тяжёлым сердцем Веззт уходил прочь. Малыш Келеах долго глядел вслед отцу, и этот взгляд прожигал его затылок даже тогда, когда он уже выбрался на поверхность.

Талисия ждала его. Она снова и снова окунала кинжал в пламя факелов, чертила им руны и сигиллы на полу и стенах, а затем яростно зачёркивала их. Так она пыталась успокоить себя.

В таком дурном настроении и застал её Веззт. Не смея приблизиться, он опустился на колени поодаль.

Талисия спрятала нож и резко обернулась, одежда её шуршала, словно змея в опавших листьях.

– Что ты скажешь мне на этот раз?

Веззт начал говорить, почтительно склонив голову, но Талисия раздражённо перебила его:

– Что ты там бормочешь? Подойди ближе и доложи как следует!

Веззт не посмел встать. Ползком, на коленях, он приблизился и рассказал всё: как передал сына в клан соперников, как Келеах смотрел ему вслед, как Ульвирит приняла «подарок» без обещания союза. Талисия слушала молча. Только раздувающиеся ноздри выдавали её гнев и смятение. Мысль о ребёнке, отданном врагу, ранила её. Когда Веззт закончил, она зло бросила:

– Ты совсем раскис, как людишки, стал мягким умом и телом! Меня интересует не судьба мальчишки, а ответ Ульвирит о нашем союзе!

– Она пообещала дать ответ позже.

Талисия едва удержалась от пощёчины Веззту. Он отдал сына, а взамен получил… пустые слова? Воистину, правильно она поступила, отстранив его от себя.

Веззта отправили на дальние рубежи клана. Ему дали десяток воинов, чтобы найти новые ручьи в лесу, или, если повезёт, узнать, чем занимаются эльфы. Приказ выступать днём можно было считать наказанием: глаза дроу болезненно реагировали на солнце, а многие чувствовали себя днём беспомощными.

Сама повелительница клана Опавшего Листа не скучала без дела. Она рылась в древних свитках, водя пальцами по трепетным строчкам заклинаний. То и дело она хваталась за чёрный нож, будто он мог подсказать ей правильный путь. Под конец своих поисков, уставшая, но довольная, Талисия отбросила волосы с лица и решительно направилась вглубь своих владений. На первый взгляд казалось, что она идёт к Глубинным Храмам, где скрывали её сына Томори. Но Талисия миновала нужный поворот и свернула туда, где вечная тьма нашептывала свои извечные песни.

Дроу прекрасно видели в темноте, но Талисия замедлила шаг. Она осторожно ступала, сторонясь стен, будто боялась потревожить чей-то сон. Воздух становился влажным и холодным. Грудь сдавило невидимым обручем.

Наконец её путь завершился в круглом зале правильной формы. По стенам извивались зеленоватые нити светящегося мха, давая достаточно света для чувствительных глаз матери-повелительницы.

Посреди зала стоял каменный алтарь – простая платформа, на которой мог поместиться любой воин клана. Талисия осторожно смахнула с камня пыль, с трудом удержавшись от чихания. В углублениях по краям алтаря она заметила следы воска: когда-то здесь горели свечи. Благовония никогда не были лишними при колдовстве.

Ответ от клана Подземных Пещер так и не пришёл. Мать Ульвирит сочла, что союз им не нужен. Их воины были готовы сражаться за землю и воду против любого противника без магии и колдовства. Пусть жалкие трусы, которые боялись встретить достойного противника, разрушили их источник силы, но клан выжил. И они докажут всем, что живы и опасны!

Ульвирит оставила при себе мальчишку, которого преподнесли ей в подарок. Он действительно оказался смышлёным ребёнком, и она то и дело поручала ему мелкие дела: передать записку, принести трав из подвалов, расставить кубки на полках. Живой ум, ясный взгляд и цепкие пальцы… Она даже думала отправить его в обучение к лекарям, но вскоре заметила: её собственные сыновья не дают ему прохода.

Её старшие сыновья, воины, с презрением относились к этому юному гостю из клана Опавшего Листа. Они толкали его, мешали выполнять поручения, насмехались над его непривычно мягкой речью. Самый младший из братьев, Харвин, особенно любил издеваться – сбивал с