Фантастика 2026-133 - Хелена Руэлли

Веззт не смог сдержать дрожь. Он знал, о чём речь. В клане Опавшего Листа был древний алтарь, у которого даже отчаянные жрицы Паучьей Королевы Ллотх молились редко. Говорили, что если окропить его кровью, прочесть нужные заклинания, а после разбить, из Бездны выберутся такие создания, с которыми никто и никогда не совладает.

– Ты хочешь призвать их? – прошептал он. – Детей Ллотх?

Спорить Веззт не осмелился. Он коротко склонил голову, пряча взгляд, и тихо ушёл по тёмным коридорам, будто тень, что не оставляет следа. Его путь лежал к границам клана Подземных Пещер, где камни словно шептали проклятия прошлого, и воздух был густ от древней ненависти.

А мать Талисия приказала своим служанкам привести детей.

Они вошли вместе, такие разные и такие похожие. Старший, Томори, уже начинал учиться у боевых наставников, в его глазах светилась готовность к битве. А младший, Келеах, всё ещё держался за край плаща брата, не понимая, зачем его вызвали ночью.

– Вы уходите, – сказала Талисия. – Прямо сейчас.

Томори напрягся:

– Куда?

– В Глубинные Храмы. Там вы будете в безопасности.

– Я не хочу в Храмы! – воскликнул Келеах. – Я хочу остаться с тобой!

Мать опустилась перед ним на колени, взяла его лицо в ладони. Он был так похож на Веззта! Спутанные русые волосы падали на детское лицо, зелёные глаза смотрели прямо в душу матери. Он был слишком мал, чтобы понимать смысл этих войн, слишком чист, чтобы видеть надвигающийся мрак.

– Я скоро приду за вами, – сказала она. – Но сейчас вам нельзя быть рядом со мной.

– Почему? – спросил Келеах, хмурясь.

– Потому что там, куда я пойду, не место для мужчин.

“И для детей”, – мысленно добавила Талисия.

Мальчиков увели. Талисия подошла к каменному столбу посреди зала и достала нож. На этот раз она услышала тихий, настойчивый шёпот.

– Придёт время, – прошептала она, – когда наша богиня получит ту жертву, которой так долго ждала. А я получу непобедимых слуг и защитников моего клана.

Веззт ступил в земли Подземных Пещер, как иные ступают на погребальный костёр. Каждый шаг эхом отзывался в скалах. Веззт шёл без оружия – этого требовали стражники, встретившие его на границе. Они скрутили ему руки ремнями из чёрной кожи и повели куда-то вглубь каменного лабиринта.

Клан Подземных Пещер отличался от того, что привык видеть Веззт в клане Опавшего Листа. Дома царили тени, свечи и колдовские сигиллы. Здесь же громко топали сапоги по каменным плитам, раздавались команды и крики юнцов, обучающихся владеть мечом. Магии почти не было. Эти дроу были воинами до самой глубины сердца.

Их глаза – темнее ночи, почти чёрные – не знали милосердия. Пышные волосы, похожие на облака цвета угля, были заплетены в боевые косы или собраны в высокие “волчьи” хвосты. Женщины этого клана вместо украшений носил шрамы от ран, полученных в поединках. Из-за отсутствия магии власть уходила от женщин. В клане правила мать Ульвирит, но не благодаря жертвам и молитвам богине Ллотх, а потому что её сыновья были сильнее всех остальных.

Веззта привели в зал, высеченный в самой глубине. Там, на троне из окаменелого морского дерева, восседала она. Ульвирит была высокой и тонкой как клинок. Её лицо казалось высеченным из пыльного серого мрамора, покрытого трещинами времени. Глаза, словно два бездонных колодца, смотрели холодно, без интереса. Рядом с ней стояли её сыновья – четверо молодых воинов, каждый красивее предыдущего. Широкоплечие, с мускулистыми спинами, покрытыми шрамами. Одетые в кожаные доспехи, они смотрели на Веззта так, как будто решали, каким именно способом принести его в жертву.

– Кого я вижу! Веззт, – произнесла Ульвирит голосом, сухим, как пересохший источник. – Я удивлена, что ты вообще осмелился ступить сюда.

– Я пришёл, госпожа, – ответил Веззт, опускаясь на колено, – чтобы передать слова матери Талисии.

– Неужели? – она чуть наклонилась вперёд. – Что же ей нужно от меня?

– Союз, – сказал он. – Против общего врага.

Сыновья Ульвирит переглянулись. Один из них, самый высокий, фыркнул:

– Она думает, мы забыли, как её клан лишил нас источника? Как отнял нашу силу?

– Нет, – ответила Веззт. – Но сейчас не время вспоминать друг другу причинённую боль. Эльфы забирают у нас воду и землю. Они уводят зверьё и птиц. Они хотят видеть всех нас мёртвыми.

Тишина повисла в зале. Даже пламя факелов в бронзовых кольцах казалось замершим.

Ульвирит медленно встала. С каждым шагом, который она делала в сторону Веззта, его сердце билось, словно птица, пойманная в силки. Веззт умел прятать страх, и сейчас это умение ему пригодилось.

– Передай Талисии, – прошептала она, склонившись к нему, – что если она действительно хочет мира, пусть принесёт мне голову одного из своих сыновей. И тогда я решу, достоин ли клан Опавшего Листа быть нашим союзником.

Веззт вернулся домой с опустошённым сердцем. Его лицо стало серым, как камень, а зелёные глаза казались выцветшими и потемневшими, словно осенние листья в Великом Лесу. Он шёл знакомыми коридорами, там, где ходил много раз, когда мать Талисия призывала его к себе. Тогда его провожали завистливые взгляды, а сейчас каждый взгляд был наполнен осуждением. В последнее время Веззту доводилось приносить только дурные вести.

Мать Талисия ждала его в своих покоях. Она жгла свечи, калила в их пламени чёрный кинжал, а дым от пламени свечей поднимался к потолку, распространяя запах горьких трав.

– Ну? – спросила она, не оборачиваясь.

– Они согласятся… если ты принесёшь голову одного из своих сыновей, – голос Веззта дрожал. – Они хотят доказательства решимости. Крови.

Талисия замерла. Потом медленно поднялась. Она сжала кулаки с такой силой, что ногти оставили глубокие вмятины на ладонях.

– Умно, ничего не скажешь, – прошипела она. – Ульвирит всегда была хитрой. Но знай, Веззт, если бы мы не разрушили их источник, они потребовали бы то же самое. Это не месть. Это проверка.

Она встала. Глаза её горели, словно у разъярённой горной кошки.

– Я предложу ей кое-что другое.

Веззт вопросительно поднял взгляд.

– Ты отправишься к ней снова. Привезёшь одного из наших сыновей. Не в качестве жертвы. А в качестве… подарка. Пленника. Как она захочет.

– Кого ты хочешь отправить, Талисия?

Сердце Веззта истекало кровью. Дроу сочли бы это слабостью, но оба сына