Королева мечей - Юлия Дмитриевна Бабчинская

Я не вижу, но знаю, как по изгороди проходит дрожь, как сохнут листья, сворачиваясь в безжизненные жгуты. Я слышу, как хрустят вмиг опустошенные ветви.

– Ирис, хватит, – одергивает меня Призрак и вытаскивает из клубка спутанных ветвей. – Мы в порядке, остановись.

Его слова возвращают меня из плена тьмы. Он обхватывает мое лицо ладонями, призывая посмотреть на него. Защитник, мой Защитник. Тот, кто, возможно, спасет меня от самой себя.

Я судорожно всхлипываю, всего на миг. Потираю шею и оборачиваюсь, глядя на куст. Точнее, на черное безжизненное пятно, которое я там оставила.

– Мой силоцвет не сработал, – тихо говорю я, – и поэтому я… я…

– Позже, – отвечает Призрак и задирает голову, глядя на то, как медленно скрывается за облаками Хильдегарда. – Нам нужно двигаться дальше. Дармонд, будь замыкающим, Ирис нужна передышка. Я пойду впереди.

Он осторожно берет меня за ладонь и тянет за собой. Несмотря на тот ужас, что мы оставили перед входом в Лабиринт, здесь сейчас повисла неестественная тишина. Будто это пространство отделено от прочего мира. Может, так оно и есть.

Мы втроем пробираемся дальше.

Глава 16

Камень Судьбы

…ты был моим разрушением…

Леда

Я еле переставляю ноги – зачем мне идти вперед, ради чего? Зубы стучат от ужасного холода, который, я уверена, сейчас охватил всех элементалей Волны. И в особенности мою семью.

Отец мертв. Не могу поверить в это. Мой могучий отец, король Морул, правитель Волны – мертв.

Я вся дрожу: от слез, страха, холода. Что мне теперь делать? Арман бросил меня, теперь отец… но он… папа пытался защитить меня. Он отдал жизнь, чтобы я попала в этот проклятый Лабиринт. Но какой в этом смысл без него?

Моя магия всегда была самой сильной среди сестер, но я не настоящий Проблеск. Все это лишь пустые названия, чтобы получить власть, не больше. Отец не верил в пророчества, но придумал способ, как мне проявить силу и показать Совету Звезд, что я могу повести армию против стратумов.

Стратумы… дети воздуха, заброшенные в мир духов, лишенные плоти. Я лишь слышала про них. Что значит для элементаля провести столько времени без тела – должно быть, они стали настоящими монстрами. Я видела это в глазах той, о ком слагали легенды. Эдна. Сильнейший силомант и провидица, впустившая в себя стратума. Она убила моего отца.

Вдруг на мои плечи ложится теплый плащ.

– Что это? – Я возмущенно скидываю накидку, понимая, что вулкан все еще плетется за мной.

Он успел забежать за мной следом прежде, чем отец запечатал входы в Лабиринт своей магией. Сквозь толщу океанской воды я все же видела его лицо. Как он смотрел на меня, в последний раз.

– Просто хотел согреть вас, – говорит вулкан, а мне лишь хочется, чтобы он замолчал и отстал от меня. – У вас посинели губы. Возможно, для вас, ундин, такое нормально, не знаю. Еще не встречал ни одной…

– Похоже, я буду и последней ундиной, которую ты видишь, вулкан, – презрительно фыркнув, говорю я.

Он даже не из знатных кровей, не принц и не дракон, а обычный вулкан – простолюдин. И такой вызвался быть моим Защитником! Но я не давала своего согласия. Даже будь у меня все время мира, я бы не согласилась.

– Нам нужно найти остальных, – говорит он. – Если доберемся до Ирис, то она сможет…

– Ничего не хочу о ней слышать! – восклицаю я слишком уж громко. – Она и так отобрала у меня все. Я не собираюсь заключать с ней никакие союзы.

– Неужели ваш отец погиб зря, принцесса? – спрашивает вулкан, и не будь он огненным элементалем, я бы заморозила его на месте.

– Нет, не зря, – сквозь зубы говорю я, и ледяные слезы бегут по моим щекам, прожигая кожу. – Я доведу до конца то, что мы начали. Не мешайся под ногами, вулкан.

– Азур. Вы можете звать меня по имени.

– Ты можешь прямо сейчас идти и искать своих драгоценных друзей, вулкан. Я справлюсь сама. Отец верил в меня, и в этом я не могу подвести его. Это мой последний долг перед ним.

Я прохожу очередной проем в бесконечной темно-изумрудной стене, думая, не пора ли мне свернуть, когда из темноты на меня бросается отвратительное существо с перепончатыми крыльями. Если это элементаль, то из низших. Не успеваю я прибегнуть к моей магии, как Азур встает передо мной.

– Здесь не получится воззвать к стихии, – говорит он. – Я пробовал. Ничего не выходит. Здесь нет магии.

Существо бросается вперед, хлопая крыльями, и Азур прыгает навстречу без капли страха или сомнения. На могучих руках проступают мускулы, когда он хватает создание, не обращая внимание на то, что оно царапает ему кожу, погружая когти все глубже. Ни единого возгласа не срывается с его губ. Он скручивает существо с такой ловкостью, будто всю жизнь только тем и занимался. А следом из проема появляется человек… нет, не человек, понимаю я, глядя в красные глаза. Это бестия в человеческом обличье, паук.

– Веревка нужна? – спрашивает он у вулкана.

– И я рад видеть тебя, Аракх. Веревка бы очень пригодилась. Эту пташку можно потом поджарить и поужинать по-нормальному. Мне не хотелось бы, чтобы Хрямка случайно откусил палец принцессе.

Я понимаю, что несносный вулкан говорит про меня, и злюсь еще сильнее.

– Не знаю, о чем вы. Но я должна явить всем Проблеск, а для этого мне нужно пройти. Не мог бы ты убрать с дороги эту… тварь, вулкан. – Я указываю на скрюченное белесое существо – полуптицу-полузверя.

– Я бы сам слопал эту принцессу-рыбку, – говорит паук, глядя на меня и облизываясь. На балу Избранных я видела этих двоих в свите Ирис. Неужели она решила мучить меня и дальше?

– Что вам от меня надо? – спрашиваю я. – Это она вас подослала? Чтобы я не стала Проблеском? Можете передать ей, что ничего не выйдет. Я явлю всем сияние Проблеска. И раз вы не пускаете меня дальше, сделаю это прямо сейчас!

Витриция

Когда вспыхивает огонь, я не сразу понимаю, какой он родной и знакомый мне. Марциан бросился к Эгирне, желая принести себя в жертву, и исчез вместе с ней в воздухе, а Эдна вдруг повернулась ко мне, когда две другие Избранные скрылись в Лабиринте. Я осталась без Защитника, одна наедине с могущественным стратумом. Но ведь маги придут мне на помощь? Или будут ждать