Сказание о второстепенном злодее - SWFan

— Это… люди? — прошептала она.

Я кивнул.

Между двумя высокими камнями у меня над головой торчал третий, представляющий собой ровную поверхность, на которой были нарисованы плоские человечки в подобии древнегреческого или египетского стиля. Половина фрески была спрятана. Та часть, которую мы могли увидеть, представляла собой изображение нескольких человек, стоявших на берегу моря. В руках одного из них был посох с набалдашником из кристалла, который переливался ярким светом (художник изобразил его расходящимися линиями, как дети, когда рисуют солнце).

Чуть дальше, прямо в океане, возвышались одноглазые титаны — точь-в-точь как тот, живую версию которого мы несколько часов назад видели собственными глазами.

— Вот почему… — услышал я шёпот Тани, повернулся и увидел, что девочка смотрит в сторону посоха, валявшегося на земле и испускавшего тусклый свет.

— Что «почему»?

— Я думала, почему учитель выбрал именно эту форму. Наверное, он увидел эту картину, когда был здесь в первый раз вместе… — Таня осеклась и прикусила язык.

— Вместе с твоим отцом?

Она повесила голову.

— Может быть, — сказал я, снова переводя взгляд на фреску. Правая её часть была закрыта, но, если присмотреться, напротив титанов можно было рассмотреть очертания огромного когтя.

— Забудь о том, что ты здесь увидела, — сказал я ровным голосом.

Таня посмотрела на меня с недоумением.

— По крайней мере, никому об этом не говори. Это опасно.

— Почему? — с наивным удивлением спросила девочка.

Я приоткрыл рот, стараясь собраться с мыслями, и вдруг услышал грохот прямо у себя за спиной, за которым последовал сильный трепет, от которого у меня застучали зубы. Таня сразу повернулась, как маленький зверёк, который заподозрил хищника. На секунду мы оба застыли на месте. Я приподнялся, опираясь на локоть, и посмотрел на стену. Грохот больше не повторялся, но когда я прислушался, то заметил, что вибрация время от времени возобновляется.

— Копают… — сказал я.

Глаза Тани загорелись. Девочка попыталась встать, забыв о низком потолке, и с глухим стуком ударилась головой; на глазах у неё навернулись слёзы. Потирая макушку, она подползла к стене и приникла к ней ухом. Вскоре её лицо просияло:

— Они… они копают сюда!

— Хорошо… — я выдохнул, и вместе с этим выдохом меня будто покинули последние силы. Я снова опустил голову на пол и уставился на фреску. Если они копают в нашу сторону и мы это слышим, значит, барьера больше нет, и наше спасение — лишь вопрос времени.

Одной проблемой меньше, но что делать с остальными? Таня, скорее всего, будет держать язык за зубами, если её как следует запугать, но в процессе раскопок они неизбежно наткнутся на великана. В данный момент я не мог добраться до кабинета Гаспара и уничтожить его записи, а значит, все мои опасения относительно того, как это повлияет на развитие истории и мировую политику, никуда не исчезли.

Пытаясь собраться с мыслями, я прокашлялся, затем сделал глубокий вдох, стараясь насытить голову кислородом, и вдруг едва не поперхнулся. Воздух, который и раньше казался спёртым и неприятным, теперь стал ещё тяжелее — словно в бутылку с водой подсыпали ещё немного песка.

— Какой дряной воздух… кх… становится всё хуже и хуже.

— Хуже и… — вдруг Таня округлила глаза, а затем стремительно побледнела.

— Что такое? — спросил я.

— … Они обрушили туннель.

— Какой ту… кх… нель?..

— Туннель, через который сю… сюда поступал воздух. Они обрушили его, — пролепетала девочка.

— Что?

Я перестал кашлять и прищурился. Таня ещё крепче, до белизны, прижала ухо к стене, пытаясь определить, как далеко от нас находится источник вибрации. Если раньше на её лице читалась надежда, то теперь её сменила испуганная напряжённость.

— Сколько у нас времени? Ты можешь это рассчитать, верно?

— Час… или сорок минут.

— А они сюда когда доберутся?

— Не… не раньше, чем через два часа.

— Значит, у нас больше нет выбора, — произнёс я мрачным голосом.

Девочка вздрогнула и покосилась на посох.

— Нет, я…

— Либо так, либо придётся избавиться от одного из тех, кто потребляет кислород, — сказал я, приподнимая руку, в которой у меня лежал пистоль.

«Застрелить Таню — награда: +40 баллов»

Глава 59

Все идет по плану

Ага, конечно. Разбежались.

Можно было сделать вид, что я выстрелил, а пистоль дал осечку — но нет. Неудачная попытка убийства окончательно испортит мои отношения с Таней, а мне ещё нужна была её помощь в некоторых вопросах. Прямо сейчас я просто хотел её немного запугать.

Получилось не очень. Девочка шагнула назад, побледнела, её большие глаза наполнились испуганным блеском, но при этом в них не было ни намёка на готовность подчиниться — скорее желание сбежать, спрятаться, забиться в угол, как испуганный зверёк.

— Если… если я попробую это сделать, потолок может обрушиться. Лучше… лучше найти место для подкопа, и тогда…

— Посох. Живо.

Таня прикусила губу и взялась за посох, кристальный набалдашник которого осветил её пыльное лицо и дрожащие ресницы зажмуренных глаз.

— Скорее.

— С-сейчас…

Сперва я почувствовал вибрацию, пронзившую всё помещение. Затем раздался оглушительный треск, как раскат грома прямо у меня над головой. Я сразу посмотрел на потолок и увидел, как по нему побежали мелкие трещины — из них посыпался песок, а затем на голову Тани свалился обломок камня.

Таня вскрикнула, посох выскользнул из её рук, ударился о землю и покатился в сторону. Вибрация продолжалась ещё несколько секунд, затем прекратилась, но сердце девочки продолжало греметь так сильно, что я слышал его биение, даже стоя в метре от неё:

— Я не могу, не могу, не могу! — прокричала Таня.

Она зажмурилась и присела на корточки, обхватив колени обеими руками.

— Можешь.

— …

— Можешь, — повторил я и выпрямился.

Таня молчала. Я приподнял руку… и отвесил ей щелбан. Удивлённая, она приоткрыла веки и рассеянно посмотрела на меня своими большими голубыми глазами.

— Я не говорю тебе верить в себя, — проговорил я, чувствуя, что дышать становится всё труднее, словно в горле неумолимо разбухала невидимая тряпка.

— Я говорю тебе верить в меня, который верит в тебя.

— Ч-что это значит? — растерялась Таня.

Честно? Без понятия. Просто ситуация была похожая.

Я прокашлялся:

— Это значит, что тебе не нужно верить в себя. Я приказываю тебе верить в моё умение судить о твоих способностях, ясно? Если я говорю, что ты справишься — значит, ты справишься. А если не согласна, то даже если мы выживем, я всё равно отправлю тебя на плаху за то, что ты посмела сомневаться в словах