Оправдание хаоса - Диана Ва-Шаль

Светлело. Ни единой тучки наверху. Сара молчала с пару секунд. – Крис, ты себе хуже делаешь, – вдруг тихо и надломлено повторила она. – Знаешь, когда позавчера Штеф била истерика… – Карани вдруг замолчала, словно сморозила лишнего; я посмотрел на Сару, сощуриваясь: как мне удалось упустить из виду тот момент, когда Штеф била истерика. Не дожидаясь, пока я задам наводящий (да и вообще любой) вопрос, Сара тут же продолжила, как само собой разумеющееся. – Роберт сказал ей, что тоска и скорбь ее погубит. Сожрет изнутри. И, думаю, тоже можно сказать и тебе, Крис: горе, которое ты переживаешь и не можешь отпустить, тянет тебя следом за собой.

– Штеф так убивается из-за своего коллеги?

Сара не кивнула. И не покачала головой:

– Если она ничего тебе не рассказала, значит, не посчитала нужным. А я не вправе делиться своими догадками чужой тайны.

– Значит, она что-то рассказала Роберту?

– Может быть. Они достаточно долго разговаривали, – уклончиво ответила Карани. – Только… Не спрашивай ее ни о чем. И не жалей. Жалость паршивое чувство. И не смей ковырять старые раны.

– Старые? Что-то связанное с событиями до последних недель?

– Кристофер! – одернула, сдвигая брови. – Я тебе вообще не о том говорила! Просила тебя позволить себе выговориться и, между прочим, была готова тебя выслушать!

– У всех есть переживания, Сара. Я не хочу грузить других своими.

– Разве ты думаешь, что ты кого-то загрузишь? Думаешь, что тебя не захотят выслушать?

– Я думаю, что в силах справиться самостоятельно.

Карани усмехнулась, сцепляя руки в замок на шее:

– Ты невыносим, Крис.

Губы мои расплылись в подобии улыбки:

– Значит, я возвращаюсь к своему нормальному состоянию. Роберт будет доволен.

Сара тихо, почти не наигранно посмеялась.

– Так что с Шайер? – спросил коротко.

Девушка окинула меня серьезным взглядом.

– Постарайся быть мягче, котик. Она только перестала опасаться тебя.

Я вздернул в недоумении бровь, поведя головой:

– А она опасалась? Так и не скажешь.

– Ты старательно сохраняешь образ мудака без тормозов, знаешь ли. И может горгоновцы и знают, что ты из себя представляешь, но это не отменяет факта того, что выглядишь как ходячий комок непредсказуемой ярости. А отчасти им и являешься.

– Да я самый добродушный человек из всех, кого можно встретить, – пожал плечами, на что Сара лишь цокнула и покачала головой, мягко улыбаясь. – К тому же, ты просто не видела, какой тяжелый взгляд может быть у Штефани: вот тут-то точно адское пламя.

– Тогда считай, что смотришь в отражение, и постарайся не быть слишком грубым.

Следующие часы занимались всякими мелкими, но важными делами. Сняли высохшие вещи, натянули плотную проволоку между отдаленными деревьями, которая могла стать хорошей преградой для незваных гостей. Сэм, довольный собой, заверил нас, что вскоре приёмник вновь будет в рабочем состоянии, и это скоро вполне может наступить через пару часов – Дорт действительно был кудесником по части электроприборов; он буквально по болтикам, пружинкам и прочим составным элементам разобрал станцию, полностью собрав ее заново и перепаяв отдельные микросхемы. Может, Сэм и был брюзжащим социопатом и отъявленным пацифистом (настолько отъявленным, что на нас смотрел с легкой ноткой отторжения), но свое дело знал хорошо и работал отменно. Дежуривший Стэн сменился Сарой.

Я не успел и заметить, как солнце поднялось в зенит. Становилось все жарче, воздух – раскаленнее. Затем мы с Робертом и Михой меняли на одной из машин задние шины, которые в последнее время стали спускать. Жутко ругались, фырчали и поносили все вокруг. Стояла невероятная духота, пот просто тек ручьем. Я стянул с себя мокрую футболку, думая о том, что впереди вновь ждала стирка.

И все это время, с самого рассвета и часов до двух, Шайер старательно и демонстративно меня игнорировала. Если сначала это немного забавляло, то вскоре начало раздражать. Я в душе не имел, с хера ли она на меня надулась, ведь, по большому счету, не сделал ничего предосудительного.

Поднимался ветер.

***

Норман недовольно буркнул, кидая поверх наших со Стивеном карт свои – ему еле удалось отбиться. Рядом с нами лилась бурная дискуссия Сэма и Михаэля, которые поначалу обсуждали нашу карточную партию, а потом каким-то образом переключились на политическую обстановку.

–…идеология стала официальной практически сразу же, после вступления первых Трех на трон. Может, это не было видно невооруженным взглядом, но вникающие и думающие давно уже все раскусили, с того самого момента, когда первый год монаршего правления ознаменовала международная изоляция, – проговорил Миха слегка разочаровано. – Все остальное стало вопросом времени. К чему еще могло привести разделение всей власти между Тремя правительственными созависимыми лицами? Единство Властителя, Главнокомандующего и Посла Небесного, а значит единение чиновничьего аппарата, армии и церкви. На этом круг замкнулся. И экономическая элита, марионетки в руках монархов, как база, – Сэм выдохнул носом, складывая руки на груди. Вид у него был такой, будто он сам всю эту систему строил, а теперь ему какой-то профан ее объясняет. – Очень мощная структура, не удивительно, что она стала живучей, и постепенно смогла перевернуть режим с ног на голову достаточно незаметно и сравнительно гладко для людей. Вот когда мы ощутили, что СМИ оказались под жесткой цензурой? Когда остались только желтые газетенки, жвачка для мозгов, и "официальные, государственные и единственно правдивые" издания. Так что для меня твоя позиция, будто все так внезапно произошло, как минимум удивительна.

– А я бы хотел на другом сделать акцент, – Сэм на секунду замолчал, будто обдумывая. Я оторвал взгляд от своих карт, посмотрел на Дорта, окинувшего горгоновцев взором; Норман пока перевел карты Стивену. – Слушая тебя, да и, в принципе, краем уха ловя разговоры вашей команды, можно предположить, будто бы вы против нынешнего режима. Но ведь "Горгона" служит этому режиму. Более того, является привилегированным подразделением. Разве не так? – Михаэль, опершись предплечьем о колено, усмехнулся уголком губ. – Роберт упоминал как-то, что вы выпадаете из общей структуры армии? Подчиняетесь только собственному командиру, а тому даются директивные указания от Главнокомандующего? Разве не так?

– Так, – Боур кивнул. Я переглянулся с Норманом и Стивеном. Мы немного отвлеклись от карт, и от того, что на кону стояла пачка миндаля. – Вот только то, что ты работаешь на кого-то, служишь кому-то, не гарантирует, что ты