Не по собственному желанию - Alexander Sinelnikov

Вообще то, на такие комиссии собирали всех учеников города. Ну тех, которые претендовали на переход через класс, но мой случай, по-видимому, был нестандартным, потому что на экзамены пришла даже женщина с фотоаппаратом, которая представилась, как корреспондент газеты "Советская школа". Похоже, не хилую волну поднял наш директор. На всех фронтах потрудился.

В составе комиссии было шесть преподавателей, вместе с председателем – представительной женщиной элегантного возраста, в роговых очках и прической как у Надежды Константиновны Крупской. Мои знания по русскому и украинскому языку оценивала учительница нашей школы, она же и начала опрос. Поскольку, мы общались на русском, то она перешла на украинский язык, немного поговорила и задала несколько стандартных вопросов. После этого, мы с ней написали коротенький диктант, на одну страницу. Тут же его проверив, она удовлетворенно кивнула, после чего, председатель предоставила возможность поиздеваться, тощему словно щепка, математику. Мужчина, лет тридцати и, похоже, в неплохом настроении, улыбаясь, в шутку произнес:

– А что, Сиверинский, может ты нам поведаешь, какие же штаны носил Пифагор? – усмехаясь и глядя на меня, спросил он. Я решил, что и мне дозволено немного подшутить, поэтому ответил, искоса посмотрев на историка.

- Я думаю, что в те времена, все ходили в хитонах, но вот у Пифагору, действительно, пошили штаны, и были они "во все стороны равны".

Услышав мой ответ, сидевший рядом историк, с усмешкой заметил:

– Ну вот, можно считать, что ты уже и историю почти сдал.

Между тем, математик продолжил, погоняв меня главным образом по площадям и объемам, расчетам с дробными и десятинными числами, умножением и делением десятичных дробей. Все задачки оказались настолько простыми, что для их решения я даже не воспользовался предложенной мне ручкой и бумажкой, а сразу давал ответы в устной форме. Минут через десять, председатель комиссии заявила, что этого достаточно и предложила продолжать историку. Здесь, я немного волновался, потому что в наше время знание истории - это во многом заучивание дат. А ну как перепутаю восстание Спартака с каким ни-будь сражением в Фермопилах? Но все кончилось благополучно, и меня прервали, тогда, когда я уже несколько минут увлеченно рассказывал, о том, что мне известно о младшем коллеге Пифагоре – Архимеде. Молодец, я все-таки, имею понятие не только о сборе бутылок.

Учителю биологии, я в темпе рассказал о том, как тычинки в пестики…. , а поскольку географ почему-то не явился, то свои вопросы начала задавать лично товарищ председатель.

- Неужели у нее такие скудные знания географии? Или просто опасается ненароком выскочить за границы программы пятого класса?

В общем - сколько я знаю океанов, какая самая большая река Европы и мира, кто первый совершил путешествие вокруг земли и так далее.

Как ни странно, но наиболее коварным, оказался вопрос о самой длинной реке мира. Я даже на секунду запнулся, отвечая на него, но тут мне откровенно повезло, я угадал. Оказывается, самой длинной рекой мира сейчас считается Нил, но после сооружения Асуанской плотины, а также имея на руках спутниковые снимки, большинство ученых начали склоняться к мнению, что это все же Амазонка. Так что, я едва не пролетел, ну не стану же я спорить и ссылаться на последние данные космической разведки?

И самой последней, взялась за меня преподаватель английского. Прежде всего, она поинтересовалась, как же меня зовут, хотя уже час, как об этом все узнали. На этот вопрос, я, не желая морочить занятым людям голову, сообщил, что оканчиваю Первые городские курсы иностранных языков, и не может ли товарищ учительница, порекомендовать мне недорогую бабушку, которая могла бы помочь мне с произношением. Разумеется, вся наша беседа проходила на английском. Если сказать, что комиссия была в шоке, это значило не сказать ничего. Даже "отстрелявшиеся" преподаватели, которые до сих пор тихонько переговаривались за спиной председателя, замолчали и удивленно уставились на меня. Первым, пришел в себя математик, который поинтересовался:

- Послушайте, молодой человек, а ты точно хочешь в шестой класс, может тебя сразу в одиннадцатый?

Я точно не помнил когда, но определенно знал, что вскоре, одиннадцатые классы вовсе отменят, потому как сам, заканчивал их десять, потому и ответил:

– Спасибо большое, но нет. Вот скажите, начну я учиться в одиннадцатом классе, а их возьмут и отменят и всех нас выгонят. И что, тогда мне еще год учиться или сразу в армию собираться?

Двое из членов комиссии переглянулись между собой, но промолчали, видимо, информация о возможной ликвидации одиннадцатых классов уже гуляла среди самых информированных работников Министерства образования. Но вот откуда об этом прознал этот экзаменуемый, было непонятно.

После этого, глава комиссии решила завершить наше часовое заседание. Поднявшись, она обвела присутствующих вопросительным взглядом, словно желая убедится, что возражений не имеется, и произнесла такую ​​долгожданную фразу:

- Комиссия, в составе… проверив знание учебного материала за четвертый и пятый классы средней школы, приняла решение засчитать ученику Сиверинскому Александру программу четвертого и пятого классов с оценками "отлично" и считает возможным, его перевод в шестой класс.

После этого, все ее члены, за исключением математика, загремели отодвигаемыми стульями, и попрощавшись, покинули помещение. Впрочем, тот просто хотел предложить мне подумать, и если захочу, то подготовиться к переводу в специализированную физико-математическую школу. Правда, там набирали учеников после восьмого класса, так что пока, он предложил мне посещать его математический кружок во Дворце пионеров. Мне пришлось вытащить наружу свою крайнюю занятость на секциях и курсах, с обещанием обязательно подумать.

А вот корреспондент – Ангелина Петровна, начала более подробный опрос. Минут через десять она докопалась даже до факта, что никакими особенными успехами в первом и втором классах я не выделялся, хотя и учился неплохо.

- Саша, как же так случилось? Неужели целебный воздух Печерских холмов так повлиял?

– Ангелина Петровна, родители считают, это случилось потому, что я сильно ударился неправильной стороной головы, после этого даже в больнице очутился.

– Да…? - удивилась она,- А что случилось, и когда это было? – сразу же заинтересовалась она таким необычным объяснением.

Пришлось кратко пересказать ей и директору всю ту коротенькую повесть о банке с вареньем, но рассказал я это таким образом, что у них сложилось впечатление, будто на антресолях находилась трехлитровка и мне крупно повезло, что я вообще попал сюда, а не в школу для дебилов с математическим уклоном. В заключение, по памяти зачитал и полностью устраивающий меня диагноз.

– Мне кажется,