Бескрайний архипелаг. Книга VII - Артем Сластин

И всё же Земляне стали самой многочисленной фракцией в Легиане. Первая волна исследователей пережила стартовые испытания Архипелага. Вторая — апокалипсис собственного мира. Люди ворвались в новую реальность не жалкими беженцами, а теми, кто знает цену потере и потому ничего не боится. Выжили самые прыткие и удачливые. Они заслужили звание старожилов.

Земляне по-прежнему сталкивались с вызовами и лишениями. Архипелаг редко давал выдохнуть. Но появился тот, кто менял правила игры под себя. Макс методично выполнял задания арбитра, зарабатывая лояльность системы, и каждый полученный пункт вкладывал во фракцию. Почва на островах становилась плодороднее, шторма огибали флотилии стороной, алые ночи собирали всё меньший урожай смертей. С помощью ткани мироздания Макс буквально творил чудеса.

Слухи о новом арбитре расходились по Архипелагу быстро. Лидеры могущественных фракций и гильдий из ближайших океанидов потянулись в Оплот. Все как один желали того же, чего и Ашари: удержать позиции, не потерять то, что строилось столетиями. Парадигма не жаловала монополий. Она помогала слабым, питала малые центры силы и отворачивалась от тех, кто набрал слишком много веса.

Большинство гостей уплывали ни с чем. Макс выслушивал, кивал и вежливо отказывал. Везло немногим. Лишь тем, кто пришёл не за властью над соседями, а с запросом на развитие, кто строил, а не давил. Именно они уходили с договорами и становились союзниками Землян.

Со временем столичный остров фракции превратился в сердце торговли во всём регионе.

* * *

В этот самый день, пятого ревня, когда прошёл ровно один зод с момента появления людей в Архипелаге, фракция праздновала начало новой эпохи. На каждом подконтрольном острове столы ломились от еды, кубки опустошались быстрее, чем успевали наполниться, а смех летел над крышами вперемешку с дымом костров. Макс проводил время в компании близких на базе отдыха близ Оплота. Первые тосты давно отзвучали, и теперь каждый развлекался по-своему.

Праздновали все, от мала до велика. Лишь один человек не разделял всеобщую радость.

Такеши после возвращения из Штира стал затворником. Он построил лачугу на одинокой горе вдали от всех. Гостям был не рад, потому со временем его перестали посещать даже друзья. Единственными собеседниками оказывались монстры в алые ночи, которые по неосторожности прерывали его созерцание Вортаны. Впрочем, беседы их длились недолго и заканчивались предсказуемо.

За последние полгода Такеши постарел лет на десять. Засаленная рубаха, густая борода, отросшая клочьями в разные стороны, тяжёлая коса, давно не знавшая гребня. Он не замечал этого или не считал нужным замечать.

Сейчас якудза сидел на растрескавшейся лавке у каменной стены. В ладони поблёскивал глиф последнего шанса. Пальцы сжимались, разжимались, снова сжимались. Губы едва шевелились.

Когда пришло системное сообщение, веки дрогнули и распахнулись.

Вы получили отказ миллион раз, но продолжили настаивать на своём.

Парадигма ценит ваше упорство и готова предоставить шанс.

Получено новое задание: Любишь — докажи.

Зачистите сто героических подземелий в одиночку.

Награда: душа Су Ин обретёт телесную оболочку высшего приоритета с сохранением внешности, возраста и памяти.

Прогресс: 0 из 100.

Несколько секунд Такеши смотрел в пустоту перед собой. Потом из горла вырвалось одно-единственное:

— У И!..

Голос надломился на середине. Глаза налились влагой, нижняя губа пошла мелкой дрожью. Он резко отвернулся, точно стыдясь горы, неба и камней вокруг, провёл тыльной стороной ладони по щеке и потянулся к нодачи у стены.

Губы сжались в твёрдую линию. Брови сошлись над переносицей.

Силуэт сорвался вниз по склону. За ним потянулось пыльное облако. Кончик клинка оставлял на земле ровную линию, время от времени высекая искры из камней.

* * *

Я закинул поплавок подальше в ожидании карасика. Рядом на бревне расположился Холодов. Он напряжёнными руками держал удилище.

— Одна мелочь, — проворчал глава фракции, вытащив очередную рыбёшку. В полсотне метров от нас Хрум с внуками плескался в воде. — Весь крупняк, блин, распугали! Может, лучше в наше место пойдём?

— В другой раз, — ответил я. — Хочется быть поближе к друзьям сегодня.

— Тоже верно.

Рыбалка продолжалась: в ведёрко один за другим плюхались караси с ладошку. Детворе поиграть — самое то.

Я услышал тихое жужжание назойливого комара.

Огляделся. Вроде ничего рядом не летает. С моим восприятием насекомое издалека увижу.

Звук стал чуть громче, и я понял, что он идёт изнутри моего сознания. Сквозь жужжание стали угадываться едва различимые слова.

— Демон, ты что ли?

— Ну наконец-то я оказался услышан! Братишка! Как же давно мы с тобой не общались. Совсем ты забыл про старину Драксуса!

Мы и вправду не общались с тех самых пор, как он меня предал. С новыми возможностями арбитра я справлялся с невзгодами без его силы.

— Чой-то у тебя голос стал тоньше?

— Меня вероломно низвергли, — шмыгая носом, завыл он. — Всем островом нас отмудохали. Морту забрали в дом удовольствий, а меня заставили соскребать слизь с ползунов в шахтах. Да как они посмели! Меня, Драксуса, братишку самого арбитра!

Отвечать не стал, но подумал про себя: «Чего и следовало ожидать».

— Много дерьма было между нами, — сказал он. — Не стану делать вид, будто иначе. Но братские узы — не верёвка, которую можно перерезать и забыть. Ты и сам это знаешь. Помоги мне. Клянусь, на этот раз всё будет иначе. Я стану покорным.

Голос его стал тише, тяжелее.

— Только представь, на что способен арбитр с верным архидемоном. Рука об руку. Весь Архипелаг падёт на колени. Вернее… мы спасём его. Ты впереди, я за твоим плечом. Как и должно быть.

— Мда уж…

— Ты ведь прощаешь меня?

— Я всё прощаю, — послышался его выдох облегчения. — И ты прощай навсегда.

Усилил волю прикосновением к жемчужине подчинения. Демон теперь на первой ступени и не скоро вырастет, потому не сможет сопротивляться.

— Не-е-е-ет…

Крик постепенно стихал, пока не стал похож на жужжание насекомого, потом и вовсе исчез.

— Чего лыбишься? — хмыкнул Холодов, покосившись на поплавок. — Клевать совсем перестало. Пойду я за стол, там вот-вот шашлыки принесут.

В ноздри и вправду врывался запах жареного мяса. Фирменного, от шефа Лекса. Сам не понял, как наперегонки с Холодовым помчался к столу.

Вскоре подтянулись и остальные.

К слову, я обогнал Александра.

Ширайя в голубых пляжных шортах выглядел так, что хотелось протереть глаза. Он поднялся с кресла, звонко ударил вилкой по бокалу два раза и дождался тишины.

— Друзья, у меня прекрасная новость!

Улыбка на его лице не гасла. Для Ширайи это само по себе было событием. К его плечу прижалась Тлишка, закутанная в мантию