Сожги Еще Что-Нибудь - Вова Бо

Может, позвать Седрика? Это вообще-то его работа. С другой стороны, у дворецкого сейчас хватает хлопот. Прислушался к внутренним ощущениям. Да вроде бы справлюсь. Должно быть просто.

Я открыл дверь и шагнул внутрь.

Богатая комната в мягких тонах. Очень много бежевого и кремового. Сразу в глаза бросается огромная кровать, укрытая тонким тюлем. Перед ней, на пушистом ковре, на коленях стоит Сильда и смотрит на меня. В глазах странный коктейль из ненависти, отчаяния, обреченности и даже Четверг не разберет чего еще.

Руки и рот покрыты чем-то вроде чёрной смолы, она же нитями тянется к костяным кольям, вбитым в пол. Какая-то сложная ловушка? Нет, скорее сковывающая клетка — для ловушки слишком очевидно. За её спиной стоит довольная Линда.

Стоит, улыбается и держит старинный массивный револьвер. Дуло приставлено к затылку Сильды.

Довольна-а-ая… Тварь белобрысая. Я улыбаюсь в ответ.

— А вот и наш герой пожаловал, — улыбается Линда, но в её голосе сочится яд.

Я разжимаю кулак, и все присутствующие видят крохотный шарик света, искрящийся жёлтыми молниями. Миниатюрное Солнечное Копьё. Но этого вполне хватит.

Легким движением бросаю шарик за спину. Оттуда раздаётся хрип и стон, следом на пол выпадает из маскировки Люпен. Ублюдок бьётся в конвульсиях и когтями скребёт по полу, оставляя в камне глубокие борозды.

— Не смей его трогать! — кричит Линда. — Иначе я…

Взмах. Голова Люпена отделяется от тела. Что-то он не такой крутой, если не может напасть на спящего из засады.

— Что, прости? Не расслышал.

— Люпи… — в ужасе шепчет Линда.

Я же молча подкатываю голову твари остриём тесака. Примеряюсь, размахиваюсь.

— Что ты делаешь? — Линда окончательно перестаёт понимать, что происходит.

Удар плашмя — и голова монстра улетает в окно, как снаряд из пушки. Слышу щелчок взводимого курка.

— Брось оружие, иначе ей конец!

Выбрасываю тесак.

— И кинжал.

Не слушаю. Мне просто руки нужны были. Хватаю тело Люпена за ноги и тащу. Тот наполовину обратился в вампира, наполовину остался человеком, и выглядит это всё как-то странно и даже немного мерзко. Линда что-то орёт, я же спокойно подтягиваю тело и одним рывком выбрасываю его в окно.

Отряхиваю руки, смотрю на Линду. Ни слезинки. Только ярость и непонимание. Наши взгляды встречаются, и она тут же наводит на меня револьвер.

— Ну брось, — усмехаюсь я и развожу руки в стороны. — Ты серьёзно?

Она моментально понимает, что идея была глупой. После того, что она видела на площади… Я не знаю, чем нужно зарядить барабан, чтобы убить меня сейчас. Уж точно не освящённым серебром. Запретным металлом в доме Реборн.

Линда тут же упирает дуло в затылок Сильды.

— Дернешься, и я выстрелю.

— Ага.

— Это освящённое серебро. Одна пуля, и её даже сам Бездушный не воскресит.

— Ага, — киваю я, разглядывая свою ладонь. — А что дальше?

— Ты… — она недовольно посмотрела на тёмную лужу, оставшуюся от Люпена. — Ты пойдёшь со мной в Церковь Форсайта. И сдашься им.

— Ага, а дальше?

— И тогда моя ненаглядная сестрица останется в живых.

— Эта? — кивнул я на Сильду. — Которая меня вынудила драться с чудовищем четвёртой ступени? Которая мне угрожала, манипулировала, высосала из меня все соки — это твои слова, кстати.

На ладони зажёгся крохотный шарик, который начал постепенно разрастаться. Я сделал шаг.

— Не подходи! — завопила Линда. — Я разнесу ей башку!

— Ага. А дальше?

— Я… Я…

Девушка посмотрела на окно. На дверь. На меня. На искру в моей руке. Я покачал головой, прочитав её мысли. Не успеешь.

— Я убью её! — по щекам Линды покатились слёзы.

— Да, ты говорила, — спокойно произнёс я. — А дальше?

— Ты, ты чудовище!

— Не надо лести, — улыбнулся я, делая ещё шаг.

— Пожалуйста, — голос девушки сорвался. Она тут же отбросила револьвер к моим ногам. — Пожалуйста, дай мне уйти.

— Нет, — спокойно произнёс я, а огонёк на ладони засиял ярче.

Линда упала на колени и посмотрела на меня, заливаясь слезами.

— Ты этого хотел? Чтобы я умоляла? Я умоляю тебя, Рейн!

— Не-а, — покачал я головой.

— Прошу тебя, — её голос сорвался. — Я всё сделаю. Хочешь, я буду служить тебе? Вот, смотри.

Она вытянула руку, и из её ладони потекла кровь. Сама по себе, без всяких ран. Кровь начала закручиваться по спирали, пока не стала похожа на изящный цветок.

— Кровавый пакт, — с придыханием произнесла Линда. — Клятва верности.

— Нет, — покачал я головой. — Я чужак. Никто. Твои клятвы на меня не распространяются.

Я стоял уже вплотную, глядя на Линду сверху вниз. Ей хватило ума не пытаться напасть на меня. Но обмануть, обвести вокруг пальца — это у неё в крови.

Она вырывает один из костяных колышков. Тут же вся конструкция рушится, и Сильда вырывает руку. Тут же начинает отрывать путы из чёрной смолы один за другим.

— Она Реборн, — протягивает цветок Сильде. — Я могу поклясться ей.

— Хватит прятаться за юбку сестры, Линда, — возвращаю я ее же слова. — Если решила играть во взрослые игры, то и играй по взрослому.

— Я проиграла, я признаю, — Линда заливается слезами ещё сильнее и протягивает кровавый цветок.

И внезапно Сильда подносит руку, и кровавый цветок сестры буквально втягивается в ладонь госпожи Бланшт.

— Всё? — спрашиваю я.

— Да, — говорит Сильда абсолютно спокойным голосом. Встаёт, начинает отряхиваться и поправлять платье. — Она больше не опасна. Полностью в моей власти.

— Хорошо, — киваю я и кидаю энергетический сгусток прямо в лицо Линды.

Та вскрикивает, жмурится, но ничего не происходит. Это же не Солнечное Копьё. Обычный светлячок, который при столкновении просто рассыпался.

Девушка медленно открывает глаза, ощупывает лицо, с ужасом смотрит на меня, а затем переводит взгляд на улыбающуюся сестру. И тут её прорывает:

— Вы! Вы всё подстроили, твари! — орёт она. — Вы сговорились! Это заговор! Ублюдки, вы меня использовали! Подставили!

Я улыбаюсь, наслаждаясь зрелищем. Не то же самое, что на площади, но как вишенка на торте — просто идеально.

— Я вас ненавижу! Всех! Чтоб вы все…

— Линда, — голос Сильды становится ниже, более глубинным, пробирающим. — Заткнись!

Это было