Сто жизней Сузуки Хаято 2 - Сора Наумова

Она снова повернулась лицом к бесконечному водному простору, Хаято встал рядом и заметил, как вдалеке небо медленно начало окрашиваться красным. Приближался час заката. И не сразу глаз выхватил на линии горизонта крохотную точку – корабль!

Фумино указала на нее рукой.

– Я буду петь для вас, чтобы море стелилось шелком и ветер обнимал паруса, – улыбнулась она. – Море сказало мне, что вас ждет большое испытание, и оно изменит все.

Едва ли она понимала, насколько масштабно это – «все». Хаято смотрел на девушку и думал о том, что станет с ней, с ее семьей, деревней, когда они с Ишинори разобьют созданный Рюноске мир? Исчезнут? Почувствуют ли они это, или в мгновение ока растворятся в вечности?

Должен ли Хаято переживать об этом, если сердце верит, что поступает по совести?

– Спасибо, – в итоге сказал он. – Спасибо тебе за все, Фумино-тян.

Девушка отвернулась и тихо затянула мелодию без слов.

Корабль приблизился к берегу через пару часов. День сменился вечером, промозглым и неуютным, как все вечера на пороге зимы. Ветер поумерил пыл, и волны мягко покачивали палубу под ногами. С потемневшего неба сыпалась мелкая снежная крупа. Голос Фумино будто застыл в воздухе, и хоть песня уже отзвучала, Хаято продолжал ощущать ее магию.

Из каюты вышел седовласый Ёкура, старший среди вокоу, сейчас, наверное, именно он возглавляет команду. За ним вышла Сэй, а к ним присоединился здоровяк Тацуоми. Хаято не рассчитывал снова увидеть этих людей и не смог скрыть удивления, потому что Сэй криво, не по-женски, усмехнулась.

– Я уж думала, ты струсишь, – сказала она.

– Еще чего, – буркнул он. – А ты заделалась морской разбойницей?

Сэй пожала плечами, на лице – ни тени эмоций, будто это застывшая маска.

– Ну что, колдун, – бросил ему Ёкура, – знаешь теперь, кто убил Итагами? Если нет, мигом пойдешь на дно.

Другие вокоу молчали, но смотрели кровожадно, будто только и мечтали отправить чужака за борт. Вода была слишком холодной для купания, поэтому Хаято постарался встать поувереннее, прежде чем сказать:

– Да, знаю. И если вы меня туда доставите, я заставлю их ответить за все преступления.

Он почти произнес «убить их», но не смог. К счастью, заминку заметила только Сэй, и уголки ее губ дрогнули.

– Чем поклянешься? – набычился Великий Тацуоми, с которым у Хаято с самого начала не заладилось.

– Своими будущими жизнями, – не задумываясь ответил он. – Пойдет?

Вокоу переглянулись, а потом посмотрели на капитана.

– Пойдет, колдун, – кивнул Ёкура.

– Но чтоб без обмана, – пригрозил тяжеленным кулаком Великий Тацуоми. – Иначе…

Хаято надеялся, что проверять это «иначе» ему не придется.

Корабль – а скорее просто большая лодка с крытым шатром-каютой и трюмом под палубой – заскользил по волнам прочь от берега, подгоняемый ветром и звенящим в ночной тишине девичьим пением. Фумино сдержала слово, и совпадение это или нет, но все благоприятствовало плаванию: ветер оставался попутным, а море притихло, лишь чуть раскачивая судно на седых волнах. Хаято не спешил укладываться спать – он один мог указать направление, он один ощущал не слышимый зов Ишинори, который испускала его душа, связанная с его душой. Казалось, расстояние между ними разрушило последние преграды, и из груди Хаято будто вырвалась алая нить, уходящая в темноту за бортом. И если бы она могла передавать чувства, Ишинори наверняка ощутил бы, как сильно Хаято за него боится…

– Ты можешь умереть там, – сказала Сэй, неслышно подкравшись со спины. Хаято вздрогнул и обернулся.

– Наверное, – ответил он задумчиво. – Мне не привыкать.

– Когда найдешь его, передай от меня кое-что.

Тут Хаято заинтересовался. Куноичи не отличалась откровенностью, собственно, он ничего не знал ни о ней, ни о ее целях, кроме того, что она сама им сказала. Отомстить Фудзимикё за подставу и вернуть Ишинори долг за спасение жизни – звучало вроде логично, но Хаято постоянно чудилось, что здесь дело нечисто.

Сэй посмотрела ему в глаза.

– Передай Ишинори, что мне жаль. Жаль, что я дала ему выбраться из сундука и струсила пойти следом. Что… – она вдруг сбилась, впервые показав что-то похожее на настоящие эмоции, – никому не сказала.

– Сундук? – не понял Хаято.

– Он знает.

– Хорошо. Я ему обязательно передам.

Сэй кивнула и устремила взгляд вдаль. Теперь Хаято терзался любопытством, но оно отошло на второй план, когда девушка спросила:

– А если спасти Ишинори будет означать убить его, ты справишься?

Хаято помотал головой, словно мог таким образом сбросить яд ее слов.

– Никто больше не умрет! – заявил он и поверил в это. – Теперь все точно должно закончиться.

Леденящий соленый ветер подхватил клятву и унес с собой в бескрайние океанские просторы. Да, так и будет. Хаято уже давно вышел за пределы сценария их прошлой жизни и следовать новому, написанному Рюноске, не собирался. Было страшно, было тревожно и волнительно. Может, за границей этого мирка нет ничего, может, они все просто перестанут существовать, но Хаято верил, что куда бы ни занесло дальше их несчастные души, они найдут способ снова отыскать друг друга – не для того, чтобы поквитаться, а чтобы понять и наконец простить.

Он не спал всю ночь и лишь под утро задремал, укутанный теплой шкурой, прямо на палубе, привалившись к борту. Наверное, кто-то укрыл его из жалости, и на суровых вокоу Хаято подумал в последнюю очередь.

Занимался рассвет, и хмурое серое небо медленно светлело и наливалось робким румянцем будущего ясного дня. Лодка придерживалась заданного курса, и впереди уже угадывался берег, поросший плотной стеной деревьев. Легкий морозец покусывал щеки, Хаято потянулся, чихнул и, кряхтя, поднялся на ноги. Несмотря на мрачные ночные разговоры и мысли, вместе с новым утром в нем крепла уверенность. Ишинори совсем близко, он почти ощущает его присутствие, и Ишинори, должно быть, чувствует то же самое.

– Я скоро, – тихо пообещал Хаято, широко расставив ноги для равновесия.

С ним никто не пошел, он высадился в одиночестве и напоследок оглянулся, прежде чем скрыться за деревьями. Благодаря Сэй наверняка удалось сократить отставание от Ишинори до минимума, возможно, Хаято даже успеет перехватить его раньше, чем тот доберется до цели. Углубляясь в застывший, мрачный лес, Хаято не мог не думать, что именно Ишинори собирался сделать. Никто не срывается с места просто так, не прощаясь, не объясняя ничего, если только не планирует никогда не вернуться.

Связь душ крепла с каждым шагом. Казалось, что такой сильной она не была