Хранители Тории: Город запретных желаний - Дарья Верескова

— Внешность всё же не главное, важнее, чтобы они понимали друг друга, — тоскливо вздохнула мама. — А я-то уже надеялась на внуков! Все твои подруги замуж выходят, детей заводят. Кроме Наоми, конечно, но она красавица, ей можно выбирать любого.

— Мама… — признаваться в следующем было очень непросто. И тётушка Чизуо, и мама принадлежали к старому поколению, они точно не поймут всей правды про открытые отношения, а тем более того, что я сама на это согласилась.

Подругам я обо всём расскажу, когда буду готова и наступит подходящий момент… Наверное. А вот родственникам — никогда.

— Он сказал, что не женится на мне, — на самом деле его слова звучали гораздо хуже, но маме не стоило об этом знать. — Он прямо подтвердил, что я просто трачу с ним годы, он унизил меня при своих родителях и обращался со мной отвратительно уже несколько месяцев.

Мама сидела напротив с серьёзным видом, жалобно сдвинув брови домиком, так, будто сама вот-вот заплачет.

— Так что нет, эта страница жизни закрыта. И это даже к лучшему, потому что теперь я перестану терять драгоценное время. Может, найду кого-то другого…

В голове тут же всплыл образ Джина, но я отбросила эти мысли усилием воли. Джин никогда не изъявлял желания получить что-то большее, чем просто сброс отката время от времени. И что бы он там себе ни думал о Хару, у них всё довольно серьёзно — окружающие давно воспринимают их как пару, и своим присутствием он очень сильно поднял её социальный статус.

Вообще искать кого-то другого совсем не хотелось, на душе по-прежнему скребла унылая тоска и было горько от всего случившегося. Но постепенно, с каждым часом, я ощущала, как ситуация понемногу отпускает и насколько сильно этот груз давил на меня в последнее время.

— Что? — я посмотрела на маму и тётушку, которые сидели, поджав губы.

Мама промолчала, а вот тётя не преминула вставить своё слово:

— Ничего, всё равно слушать не станешь. Потом сама пожалеешь, да только молодёжь совсем не ценит советы старших. Даром что столько лет уже, так и помрёшь в девицах. А меня знакомые постоянно спрашивают, когда уже Рэй выйдет замуж и обзаведётся детьми.

Очень хотелось закатить глаза, но я сдержалась. С какой стати мою тётю вообще расспрашивают о не её детях и внуках, и было ли это правдой — вопросы оставались открытыми.

* * *

— Почему не заходишь внутрь? Я выдам тебе задания. — Юсэй вышел из автодома, который выглядел как новенький, да и, скорее всего, являлся таковым. Кроме него внутри находилось всего несколько человек, потому что смена только начиналась, а меня обычно подвозили к середине.

После последнего происшествия в полевой лаборатории прошло несколько дней, судя по всему, от коллег скрыли и то, что я случайно свалилась за ворота, и то, что со мной заключили новый контракт — такие новости всегда организуются незаметными для большинства.

Юсэй действительно оставался на особом положении у начальства, раз ему позволили организовывать всё внутри для предстоящей смены. С учётом всего, что я о нём знала, это как-то не внушало доверия, но с другой стороны, готовность лаборатории обычно подписывают несколько человек.

— Я жду мистера Мидзутани, — тот как раз отошёл ко второму автодому, где мы могли подготовиться к выходу и где, как я предполагала, должен был пройти брифинг. Рядом с ним крутился Эдвард — тот, кто лично координировал Джина по рации во время подобных вылазок.

— Да, странно, что тебя привезли так рано… Хотя я читал, что тебя переводят в операционную ветку. Твоя роль изменится?

Изменится, Юсэй. А уж насколько изменится зарплата — ты не можешь даже представить.

Ещё до того, как доставить меня на место, медики провели предварительную подготовку. Действие препаратов продлится не больше шести часов, впрочем, чем выше ИЧР, тем слабее работают лекарства. Я уже поняла, что ёкаи за воротами воспринимают людей как нечто чужеродное и полностью их отрицают. Именно их волнение и ответная реакция повышают ИЧР, который служит для нас индикатором реактивности среды, и там, на той стороне, и возникают аномалии.

Этот выезд воспринимался руководством, и мной, пожалуй, как тест — как долго я продержусь и что смогу сделать на самом деле. Мне выдали целых десять индивидуальных инъекторов на случай, если я почувствую, что впадаю в панику. Не то чтобы я сама решала, когда я начну волноваться — на меня навесят целую кучу датчиков, которые сразу просигнализируют, если возникнет потребность в инъекторе.

Мне также вручили чемоданчик, заранее объяснив назначение всего его содержимого. От меня не ждали, что я пущу в ход абсолютно всё, но сегодня мы по крайней мере попробуем получить реальные значения и показатели. Сам процесс моделирования, к сожалению, оставался для меня недоступным — я буду просто передавать полученные значения в лабораторию.

Обидно.

— Рэй? — Юсэя, похоже, не слишком впечатлило, что я витаю где-то в облаках.

— Да, моя роль изменится, — улыбнулась я. — И мне кажется, ты не видел ещё новую структуру, ты не можешь отдавать мне указания.

Я специально постаралась произнести это как можно мягче, чтобы он не усмотрел здесь попытки развязать конфликт, однако по сузившимся глазам мужчины поняла, что попала прямо по больному месту. Он собирался делать вид, будто ничего не произошло, просто привычно брал на себя командование, и остальные сотрудники сами не замечали, как позволяли ему это, всё больше и больше. Многие забывали о его настоящей роли.

А ещё он никогда не брал на себя ответственность за провалы. Делал вид, что их не существует.

— Рэй, я и не знал, что ты сегодня с нами! Не видел тебя в списках… — сзади подошёл Тома, и я заметила, что его кожа выглядит ещё более раздражённой, чем обычно. Похоже, он сходил на какую-то процедуру, за которую наверняка выложил кучу денег, и я искренне надеялась, что когда всё заживёт, станет намного лучше.

Где-то за его спиной маячили остальные хемоинформатики и Аска. Она, как и Эмико, теперь стала приходить на работу более нарядной. У меня же одежды почти не осталось — нужно либо купить новую, либо заехать за вещами в квартиру, где мы жили с Оскаром. Он так ничего и не ответил на моё сообщение об оплате, поэтому я собиралась наведаться туда после смены. Забрать остатки гардероба и напомнить про штраф.

— Рэй сейчас в операционной ветке. Кто знает, чем она там будет заниматься, может, Рэй и сама без понятия, — хмыкнула Аска.

Прямо в