Фантастика 2025-168 - Сергей Леонидович Орлов

Суворов, твой куратор, Муравьева от Министерства Юстиции… — начал перечислять Чехов. — К слову, весьма неприятная особа. Но справедливая, впрочем…

Я довольно кивнул:

— Вроде бы никому из них дорогу я не переходил… Скажи, у семьи нет проблем с этими людьми?

— Не припомню такого. Хотя, моя должность многим как кость в горле. Но ты правда думаешь, что кто-то решит тебе испортить карьеру? Если бы я знал, что существует такой простой путь увести тебя с адвокатуры…

— Не смешно, — вздохнул я.

— А кто смеется? — удивился отец.

В дверь робко постучали.

— Войдите, — отозвался я.

В кабинет вошел парень лет двадцати. В руках он неуверенно мял фуражку со значком курьерской службы, в проеме за его спиной маячил мрачный Фома.

Гость с опаской взглянул на стоящего у окна Филиппа Петровича и прошел к столу.

— Павел Филиппович, вам повестка. Приглашение на разбирательство, — неуверенно произнёс он, то и дело косясь на князя.

— Не бойтесь, он не кусается, — улыбнулся я, пытаясь успокоить парня.

— Не сегодня, — подтвердил отец и криво усмехнулся.

Курьер побледнел настолько, что я забеспокоился, что он сейчас потеряет сознание.

— Давайте, где подписать? — отвлек я внимание на себя.

— Да, сейчас…

Курьер достал из сумки письмо с гербом и печатью Адвокатской палаты. К нему крепились два небольших листа. Я взял ручку, поставил подпись в месте галочки и оторвал лист от конверта, оставив себе копию уведомления о вручении.

— Спасибо, — сказал курьер. Спрятал лист в сумку и добавил: — До свидания.

Он резко развернулся и поспешно покинул кабинет, по пути едва не врезавшись в Фому.

— Видимо, у парня непорядки с прошлым, — отметил отец. — Раз он знает меня, и один мой вид вызывает у него опасения…

Я пожал плечами. Выдвинул ящик стола, вынул из него нож и вскрыл конверт. Достал письмо, пробежал взглядом по тексту. Пробормотал:

— Интересно, почему разбирательство перенесли? И почему меня уведомили только сегодня?

— Сие тайна великая есть, — загадочно ответил отец.

— Что там, вашество? — уточнил с порога Фома, переминаясь с ноги на ногу.

Я положил на стол уведомление, взглянул на висящие на стене часы. До разбирательства оставалось еще четыре часа.

— Приглашение. Так что сегодня нам придется ехать в Адвокатскую палату.

— Ну, это не страшно, вашество, — парень неуверенно улыбнулся.

— Ты сам в порядке? — спросил я.

— Конечно…

Питерский избегал взгляда князя, переживая, что тот спросит о чем-то. Но старший Чехов сделал вид, что ничего необычного на втором этаже не произошло, и обратился ко мне:

— Хотел тебя отвезти сам, но увы: мне пришлось вместе с Шуйским позаимствовать у тебя немного горячительного, чтобы снять напряжение… А вести машину в таком состоянии я не решусь.

— А как же Шуйский? — спохватился я. — Он же уехал после того, как выпил!

— У арки его ждал водитель на семейном авто. Похоже, твой новый приятель после вчерашних возлияний тоже решил не рисковать. Это хороший знак. Почему-то я считал его более дерзким, а парень неглуп.

— Прикажете подать машину? — деловито осведомился слуга, но я покачал головой:

— Не сейчас. Время еще есть. Достаточно, чтобы привести себя в порядок и отрепетировать речь перед комиссией.

Фома кивнул:

— Скажете, когда нам нужно будет ехать, и я подгоню машину…

Он вышел из кабинета, оставив нас вдвоем.

— Хороший парень этот Фома, — произнес отец, когда Питерский нас покинул.

Я понимал, что он хотел расспросить меня об особенностях происхождения слуги, который на его глазах обернулся огромным котом, но, видимо, князь решил, что время для этого разговора не самое удачное.

— Плохих не держим, — ответил я с явным облегчением оттого, что сейчас нет нужды все пояснять. — А теперь прошу меня простить, мне нужно подготовиться к заседанию…

Глава 15 Заседание

Я подошел к своей комнате и осторожно постучал в дверной косяк. Почти сразу же дверь распахнулась, и на пороге показалась бабушка.

— Скажи, что пришел извиниться за беспорядок! — заявила она, пряча улыбку.

— И не собирался, — фыркнул я. — Как холостяк, я имею право на разбросанные вещи в личных покоях.

— Вот что значит — адвокат. И не прижмешь к стеночке без возражений, — княгиня закатила глаза. — Мне хватило этого за всю долгую практику. Но Искупитель решил меня наказать внуком, которого нельзя просто так в чем-то обвинить.

— Что поделать, не повезло тебе, — усмехнулся я. — Не могла бы ты выдать мне костюм и зарядку для телефона?

— Ты решил нас покинуть? — осведомилась она, проходя вглубь комнаты.

— Слушания по моему делу перенесли на сегодня.

— Значит, вам понадобятся мои показания, — заявила Арина Родионова, которая сменила платье на домашний брючный костюм.

— К сожалению, я не могу взять вас с собой. Вы ведь понимаете… — я развел руки в стороны.

— Не переживайте, я на днях успела записать свои показания. Подумала, что ситуация может сложиться так, что я не смогу появиться в палате адвокатов.

Я понял, что девушка решила подстраховаться на случай, если наш визит в Яблоневый Сад окажется не самым благоприятным.

Нечаева вынула из саквояжа тонкую картонную папку и протянула мне:

— Тут мои показания по делу. Вам останется лишь попросить поставить подписи кого-то из свидетелей, которые подтвердят, что я сама заполнила бумаги.

— Моя подойдет? — скромно уточнила Софья Яковлевна.

— Конечно, — я протянул ей документы, и она бегло просмотрела записи.

Все же она никогда не теряла бдительности. Однако Арина Родионовна не обиделась на такое поведение княгини. Чехова подмахнула документы и отдала их мне.

— Повезло тебе с помощницей, — прокомментировала она.

Затем открыла шкаф и вынула чехол с костюмом.

— Ты должен выглядеть так, словно пришел на праздник. Потому это должен быть белый цвет.

— Как скажешь, — кивнул я, забирая одежду, обувь и зарядное устройство для телефона.

— Удачи, Павел Филиппович, — пожелала мне Арина Родионовна. — И спасибо, что предоставили свою комнату. Надеюсь, вам это не доставит неудобств.

— Не переживайте по этому поводу. Полагаю, вы сможете расположиться со всем возможным комфортом.

— Ступай, не мешай нам мыть тебе косточки, — махнула рукой бабушка и быстро мне подмигнула.