Леди озера - Майк Омер

Величественный король фейри, весь в черном, пронзает мечом обнаженное женское тело. У его ног гора человеческих трупов. Губы кривятся в усмешке.

Мордред, мой отец.

– Так глупо, – продолжает мама. – Я сказала юному Тарквину, что этот мужчина на картине просто копия того, с кем я когда-то давно познакомились в Корнуолле. На самом деле тот мужчина-фейри был весьма симпатичным. Не таким грозным, как этот на картине, но сходство невероятное.

– И сколько же лет назад вы встретились, можешь сказать? – поторапливает Тарквин.

– Мам, – пытаюсь я остановить ее, – не надо…

Кинжал впивается мне в спину.

– Очень давно, молодой человек. Ты, скорее всего, еще не родился. Кажется, лет двадцать пять… нет, двадцать семь.

Повисает гнетущая тишина. Воодушевленная всеобщим изумлением от ее слов, мама продолжает:

– Действительно странно. Просто одно лицо. Такое невероятное совпадение…

– И что с того? – вставляет Рафаэль. – Она встретила похожего на Мордреда мужчину. Черт возьми, при чем тут вообще это? Мордред погиб на Авалонской войне.

– Да неужели? – отвечает Райт. – Как я уже говорил, недавно мы обнаружили в башне Мерлина магического мотылька. И, как многим известно, мотыльки служили шпионами Морганы и ее сына Мордреда. А вот что мы нашли у Нии Мелисенды…

Он вскидывает руку, демонстрируя мотылька.

– Да ты постоянно лжешь! – кричит Рафаэль. – Ты мог подбросить его Ние.

– Давайте спросим саму Нию, – предлагает Райт, по-прежнему упираясь мне в спину острием. – Скажи, девочка, это твой мотылек?

Едва я открываю рот для ответа, как чувствую резкую боль в ладони – там, где остался шрам от Клятвы Болиголова. Я не могу никому рассказать правду, иначе клятва вступит в силу. И меня ждет судьба страшнее, чем смерть от кинжала.

Значит, Райт догадался. Наверное, заметил шрам на руке и, как Тана, понял, что это древний связующий ритуал. И сопоставил все факты.

– Ну так что? – повторяет Райт. – Этот мотылек? Не хочешь нам что-нибудь рассказать? Или твое молчание следует понимать как согласие? Ты заключила договор с Мордредом, своим отцом. Да?

Я скрежещу зубами от досады.

– Тогда будем считать молчание за подтверждение, – торжествующе заявляет Райт.

– В башне Мерлина есть тайная комната, – быстро вставляю я. – И Пендрагоны разработали…

– Нам ни к чему россказни о заговоре! – заглушает меня Райт. – Ты отрицаешь, что явилась сюда, чтобы подбросить этого мотылька?

Кинжал протыкает мою одежду.

– Эпидемия, которая способна убить…

– Давай попробуем иначе! Ты дочь Мордреда Цареубийцы или нет? Ты заодно с ним?

В отчаянии я обливаюсь холодным по́том.

Колени подкашиваются, меня трясет. Не знаю, в чем причина – ярость, горечь или действие токсинов в тайной комнате, – но в груди такая сумятица, словно там сплелись колючки шиповника.

– Фейри и полуфейри, они хотят убить всех магических…

– Почему ты не отвечаешь на вопросы? Хватило бы простого «нет». Ты можешь опровергнуть обвинения?

– Они собираются уничтожить все…

В толпе уже перешептываются, громкий гул разносится по вестибюлю. Мой ослабленный вирусом голос едва слышен из-за шума. Райт запросто перекрикивает меня:

– Как только вы узнаете правду, все станет совершенно ясным. Ния Мелисенда и Мордред Цареубийца поразительно похожи. Она способна проходить сквозь завесы. Она способна отыскать фейри, исчезнувшего сотни лет назад, и она это сделала – нашла своего отца. Их сходство заметно и по ее лицу, и по ее диаметральной магии. Все знают, что Мордред тоже был проклят диаметральной магией. Она и сделала его безумным, не так ли? Магия привела его в эту самую башню и побудила устроить кровавую бойню. Цареубийца… И что неудивительно, именно из-за его жалкого мерзкого отродья сорвалось покушение на Оберона и Талана. Мы потерпели неудачу из-за Нии, и наши солдаты продолжают гибнуть из-за нее. Наша агент действовала заодно с Мордредом Цареубийцей, своим сородичем!

Шум усиливается, крики эхом отражаются от потолка. Я встречаюсь взглядом с Рафаэлем. В его серебристых глазах шок: теперь он знает правду. Знает, что я действительно дочь Мордреда и скрывала это от него.

Рафаэль поклялся уничтожить род Морганы. Он поклялся убить меня.

– Я вновь и вновь повторял, что Ние Мелисенде нельзя доверять! – вопит Райт. – И теперь вы наконец убедились, что я прав. Она готова на любую ложь, чтобы защитить себя. Она будет манипулировать, обманывать, вводить в заблуждение, используя те средства, которым научили ее мы. И все ради того, чтобы мы не узнали правду. Она дочь Мордреда и идет по стопам отца.

После этих слов подручные Райта волокут меня прочь. Кто-то из толпы выходит вперед, чтобы помешать, другие оттаскивают их назад. Начинается свара, в ход идут кулаки.

Меня захлестывает отчаяние. Одним ударом Райт расколол лагерь противника, посеяв раздор. А в качестве бонуса превратил меня в изгоя.

Так вот как все закончилось… Не боевыми барабанами, не смертельной битвой, а улыбкой моей матери перед толпой и моим стихающим голосом.

Глава 47

Как я ни отбиваюсь от конвоиров, это бесполезно. Я уже одной ногой в могиле. Отчаянно и прерывисто дыша, я еще пытаюсь сопротивляться людям Райта, как будто у меня есть шанс.

Один из них, молодой прыщавый новобранец, снова бьет меня под дых. Второй мучитель – курсант с зачесанными назад каштановыми волосами и аристократическим произношением (только у него, в отличие от прыщавого, оно явно фальшивое). Этот напыщенный придурок с такой силой выкручивает мне руку, что плечо вот-вот разорвет. Лучше подождать, когда ко мне вернутся силы… Если я вообще продержусь так долго. Я совсем не могу дышать. Меня сотрясает дикий кашель, из сжатых легких с хрипом выходит воздух.

Теперь маршрут предельно ясен – это кратчайший путь в подземелья Башни Авалона. Райт остался наверху среди нарастающего беспорядка, который сам же и спровоцировал, чтобы взять ситуацию под контроль. Здесь только я и «Железный легион».

– Подождите! – окликает кто-то сзади.

«Легионеры» резко останавливаются и оборачиваются.

– Что такое? – спрашивает прыщавый.

Нас догоняет Джиневра. Ее щеки раскраснелись, светлые волосы аккуратно зачесаны назад.

– Сюда, – зовет она за собой в узкий коридор.

– Зачем? – агрессивно спрашивает прыщавый. – Нам не туда.

– Потому что я так сказала, – жестко отвечает Джиневра. – У нас мало времени.

Нехотя подчинившись, они тащат меня по коридору; мои ноги безвольно скользят по каменным плитам. Во рту пересохло, живот сводит от тошноты.

Меня волокут по древнему извилистому коридору.

– Достаточно, – командует Джиневра за очередным поворотом и вынимает из ножен кинжал.

– Что вы делаете? – спрашивает тот, кто притворяется аристократом.

– Она хочет прикончить меня, идиот, – еле слышно отвечаю я.

Джиневра улыбается мне:

– Видишь?