Леди озера - Майк Омер

Оказывается, лучший способ преодолеть эмоциональный срыв после расставания – оказаться на грани жизни и смерти…

Как только я залезаю в окно своей комнаты, ко мне подскакивает Тана и обнимает.

– Ого! – восклицает она, крепко стискивая меня. – Чаинки не шутили. Они сказали правду – ты будешь вся в грязи. Но почему ты еще и в крови?

– Кровь по большей части не моя, но у меня выдался чертовски долгий день. Вряд ли у тебя найдется перекусить…

– Погоди минутку, – отвечает Тана. – Что-нибудь принесу.

Я сбрасываю грязную одежду и иду в ванную, где с помощью теплой воды и полотенца избавляюсь от крови и грязи на своем ноющем теле.

– Так что случилось? – спрашивает Тана в полуоткрытую дверь.

– Небольшая драка. – Я снова вспоминаю Талана, и к горлу подкатывает ком. – Скажу только, что я не вернусь в Броселианд в ближайшее время. Да и вообще никогда.

Ополаскиваюсь, вытираюсь, натягиваю штаны и футболку и снова чувствую себя почти нормально, словно вернулась в прежнюю жизнь и тело.

Возвращаюсь в спальню. Тана мне протягивает чашку чая, Серана ставит на столик у моей кровати тарелку со стилтоном[11] и хлебом.

– Что случилось с сэром Кеем? – спрашиваю я, прихлебывая чай.

– Он заболел, – отвечает Тана. – Очень тяжелый грипп, потом пневмония. По крайней мере, так нам сообщили.

– Райт загнал его до смерти, – добавляет Серана, – а может, на самом деле всё еще хуже. Под конец его навещал только Райт. Никто не знает, что произошло в последние часы.

К моменту смерти сэра Кея мотылек уже пропал. Даже Мордред не знает, что с ним случилось.

Дариус пролезает в окно, напугав меня, и расплывается в широкой улыбке. Он стремглав проносится по комнате и крепко стискивает в объятиях, едва не выбив из рук чашку с чаем.

– Ты спаслась от лосося!

Он отпускает меня. Я ставлю чашку на столик и снова забираюсь на кровать.

– Я соскучилась по всем вам, но, черт возьми, что здесь творится? Почему все настолько хреново?

Дариус плюхается на кровать Таны.

– Последние недели – сплошной кошмар. Райт и его приспешники захватили власть в Башне Авалона. У новых кадетов раз в две недели проходят обязательные уроки про славное прошлое Пендрагонов. Теперь у нас жесткая цензура: запрещены критические высказывания об истории Камелота. А любого, кто предложит сотрудничать с союзниками-фейри, вышвырнут отсюда. Может, даже арестуют. Не знаю, как скоро они начнут хватать полуфейри без всякой причины…

Серана вздыхает:

– И теперь всем полуфейри необходимо пройти трехмесячную программу лояльности, прежде чем нам снова разрешат работать.

Я таращу глаза.

– Вряд ли мы сможем здесь оставаться.

– На прошлой неделе Пендрагоны заявились в архивы и уничтожили бо́льшую часть сведений о достижениях полуфейри, их подготовке и тому подобном, – добавляет Тана. – И вообще все, что Райт счел изменой или критикой Пендрагонов.

От моего лица отливает кровь. Я представляю Амона во время разгрома его любимых архивов, и горло сжимается.

– А Рафаэль и Найвен? Почему они не остановили это?

– Рафаэль здесь почти не бывает, он координирует военные действия, – резко отвечает Серана. – Но, возможно, только благодаря ему полуфейри пока остаются в Башне Авалона. И он не позволил арестовать Тану, когда ее предсказание не понравилось Пендрагонам.

– Тебя серьезно чуть не арестовали? – Я хлопаю глазами, пытаясь осознать услышанное. – И в чем обвинили?

– Они сказали, что я на стороне предателей. На стороне Оберона. Конечно, это полный бред, – говорит Тана, – но Райт заявил, что суды и формальные юридические процедуры теперь невозможны. Что мы в состоянии войны и законы не действуют. Любой из нас может исчезнуть в любой момент, если того захочет Райт.

– Он послал к черту Великую хартию вольностей[12], – вставляет Дариус.

– Найвен арестовали, – добавляет Серана, – но она сбежала.

Я пристально смотрю на подругу:

– Что случилось?

Серана морщится:

– «Железный легион» расследовал неудачную попытку покушения. Они допрашивали Найвен, не давали ей спать две ночи и, похоже, били. Она сорвалась и сломала дознавателю руку. Ей удалось вырваться, и теперь она в бегах. Ее тут же арестуют, если поймают.

К горлу у меня подкатывает тошнота.

– Вот дерьмо… Теперь понятно, почему нам пришлось лезть сюда через крышу.

– Что произошло в ночь покушения? – спрашивает меня Дариус. – Здесь всякое болтают…

Я качаю головой:

– Там был дурдом. Они выбрали крайне неудачное время для покушения на Оберона, хотя я точно знаю, что Найвен передала все необходимые сведения. Похоже, специально напортачили. Взорвали бомбу в покоях Талана, когда я была там. Причем они знали, что я там, – видели, как открывала окно. А через минуту – БУМ!

Серана кивает:

– Найвен так и говорила.

– Как же ты выжила после взрыва? – удивляется Тана.

Я откашливаюсь:

– Меня предупредили, и я успела выскочить. Вместе с Таланом.

В комнате повисает тишина.

– Зачем ты спасла его? – нарушая ее, спрашивает Серана.

Я делаю большой глоток чая, чтобы потянуть время, но наконец отвечаю:

– Он играет свою роль, как и все мы. Он тоже пытается убить Оберона и лишь притворяется злодеем. Он никого не пытает. В нем нет ненависти ни к людям, ни к полуфейри. Зато он содержит целый чертов приют для человеческих детей и детей-полуфейри, которых защищает. Он взял на себя вину отца за жестокое сожжение изменников после восстания в восемнадцатом веке. Но это сделал не Талан. Почти все время той бойни он провел в тюрьме.

Серана пристально смотрит на меня:

– Чего?

– Я совершенно серьезно.

Тана кивает:

– Это объясняет карту Дьявола в сочетании с обратной луной. Он наш союзник.

Я утыкаюсь в чашку.

– Ну, пожалуй, мог бы им стать… Но внезапно узнал, что я агент, посланная его убить, и все закончилось не слишком хорошо. – Я поднимаю взгляд. – Мы подрались – в буквальном смысле, и вот я снова здесь. Враг в обоих мирах…

– Ты – Владычица Озера, – решительно заявляет Тана. – Ты – мост между мирами. Ты относишься к обоим мирам, но тебе все равно придется спрятаться. Может, остановишься где-нибудь в городе? Затаись, а то с тобой будет то же, что и с Найвен.

– Я думала, история про Владычицу Озера – просто метафора, – говорит Серана. – Это правда?

– Чистая правда, – устало отвечаю я. Сегодняшние события накрывают меня с головой, и я чувствую тяжесть во всем теле. – Благодаря магии Морганы и Нимуэ я сумела выстоять против Ловца Снов.

Повисает еще более продолжительное молчание.

– Что ж, но Талан по-прежнему пытается захватить Великобританию, – замечает Серана. – И мы по-прежнему воюем с оккупационными силами.

– А также ведем гражданскую