Леди озера - Майк Омер

Возвращаюсь в нишу и беру четвертую папку. На ней – более ранняя дата. А пятая папка сформирована десять лет назад. Беру последнюю серую папку и проверяю дату на первой странице.

Семнадцать лет назад.

Они работали над этим семнадцать лет?

Фейри вторглись пятнадцать лет назад. Европе не грозила опасность, когда Райт и его сообщники начали этот проект.

Замечаю засунутый среди папок тонкий блокнот и достаю его. Это что-то вроде дневника. Листаю и вижу множество заметок: гипотезы, достижения, неудачи. Я слишком устала, чтобы вчитываться внимательно, но отдельные предложения бросаются в глаза, врезаясь в сетчатку:

Летальный исход в течение нескольких минут: непригодно для использования, потому что слишком быстро перестанет распространяться.

Летальный исход для людей и фейри: непригодно для использования.

Летальный исход только для фейри, ослабляет людей: продолжить исследования.

Вирус в ослабленной форме, воздействует на магию, ослабляет испытуемых: продолжить исследования.

Эфир-X26 внедрен: первоначальные результаты многообещающие. Предполагаемое распространение по всей территории – несколько месяцев. Воздействует на магическую флору и фауну.

Инфекция Фейбана: передается от чистокровных фейри. Полуфейри могут заражаться, но не являются переносчиками.

Внедрен. Распространение по всей территории.

Какой территории? Я перечитываю эти фразы и смотрю на дату.

Шестнадцать лет назад. Как раз перед вторжением фейри. Вторжением, начатым Обероном из-за эпидемии в Броселианде. Сгнившие посевы.

Вот черт…

– Увлекательное чтение, не правда ли?

От голоса за спиной кровь стынет в жилах.

Я оборачиваюсь. Сердце бешено колотится. За железной кольчужной сеткой стоит Райт. Его длинный черный плащ ниспадает до пола, глаза поблескивают как тусклые монеты. За ним маячат Тарквин, Джиневра и двое здоровенных громил, каких я в жизни не видела.

– Взять ее, – приказывает Райт.

Я выхватываю нож, но мои движения медленные и неуклюжие. Со мной что-то не так. Пытаюсь призвать тройственную силу, но больше не чувствую присутствия Морганы и Нимуэ.

Один из громил хватает меня за запястье. Его прикосновение холодное и грубое. Я напрягаю все силы, чтобы взять под контроль его разум, но это все равно что черпать воду из пустого колодца. Пусто. Моя магия исчезла, иссякла. Я опустошена.

Приспешник Райта выкручивает мне руку. Я вскрикиваю и роняю нож, тот со звоном падает на пол. Другой громила хватает меня за левую руку. Тарквин и Джиневра не отходят от Райта ни на шаг и сияют от радости из-за того, как я вляпалась. Просто светятся злорадством.

– Что? – Я чувствую, как мои губы немеют. – Что вы со мной сделали?

– Я ничего не делал, – сухо отвечает Райт. – Но ты находишься в комнате, где проводилось множество экспериментов, создавалось биологическое оружие. Оружие против магии. Некоторые вещества растворены в воздухе. Разумеется, для нормальных людей они безвредны. Но ты ведь не нормальный человек, не так ли? Ты порченая. Полукровка.

Я смотрю на него, кипя от злости.

– Зачем вы это делаете?

– Потому что, как я неоднократно говорил, фейри опасны и с ними необходимо покончить. Навсегда.

– Это из-за вас в Броселианде начался голод. Они напали в первую очередь из-за ваших действий.

Райт вздыхает.

– Мне бы хотелось, чтобы так и было. Но это все мой отец. Воистину выдающийся человек. Я просто заканчиваю начатое им. И я не справился бы в одиночку. Сэр Кей тоже был в курсе и поддерживал наш проект. В некоторой степени.

– Вранье.

– Ты его не знала, – хрипло произносит Райт. – Он был прагматиком. Фейри представляли угрозу, а на угрозы нужно реагировать.

– Надо обыскать ее. У нее есть спрятанные ножи, – встревает Тарквин и нетерпеливо делает шаг вперед. – Давайте я.

– Нет, – Райт прищуривается. – Пускай Джиневра. Ты уже попадался на ее удочку.

Тарквин краснеет, но отступает.

Джиневра с насмешливой улыбкой приближается ко мне, ощупывает и находит нож в рукаве, лезвие в сапоге и отмычки.

– Я так и знал, что ты недостойна торка из Авалонской Стали, – говорит Райт. – Опытный агент никогда не зашел бы в хорошо охраняемое помещение, не проверив все как следует. Ты включила сигнализацию, когда открыла портрет в зале.

Тарквин хихикает.

– Думала, мы не знаем, что ты вернулась? Мы засекли тебя, как только ты появилась в Камелоте. Так мило, что ты отправила своих дружков сторожить внизу и даже не заподозрила, что есть еще один вход – через покои Пендрагонов…

– Довольно, Тарквин, – ворчит Райт. – Необязательно рассказывать ей все.

Но Тарквин ощетинивается, скривив губы:

– Думала, самая умная? А мы всегда были на шаг впереди.

– Довольно! – рявкает Райт, и это слово разрывает воздух, словно выстрел.

Я цепенею, холод пронизывает до костей. Я все поняла. Мне следовало догадаться.

Это место – не просто академия. Это ловушка для полуфейри. Они заманивали нас, предлагали поступать, чтобы использовать, а потом схватить.

Пендрагоны не помогали нам в Броселианде. Им всегда было плевать на войну. Все их усилия направлены на Башню Авалона, на полуфейри. На то, чтобы шпионить за нами. Чтобы выяснить, как захватить власть и сокрушить «внутреннего врага».

– Что это? – Голос Джиневры прорезает тишину, когда она извлекает из голенища моего сапога что-то серебристое, поблескивающее в лунном свете. Неподвижного мотылька с потускневшими крылышками.

– Дай-ка мне… – В глазах Райта голодный блеск, от которого меня едва не выворачивает.

Он берет мотылька и с интересом вертит в руках. Я смотрю на Райта и содрогаюсь от резко нахлынувшего страха.

Мотылек такой легкий и плоский, что я даже не почувствовала, как Мордред уронил его мне в сапог. И не заметила его, когда опять обувалась.

Мордред всегда говорил, что никому нельзя доверять.

– Что ж, – продолжает Райт, – любопытно. Похоже, пора предъявить твою новую подружку, дорогой племянник…

Тарквин хмурится.

– Я думал, мы отведем ее в Башню Пендрагонов для допроса.

Райт улыбается.

– Нет. Лучше по парадной лестнице. Пусть все увидят, кто здесь на самом деле главный и что бывает, когда нам бросают вызов.

Джиневра колеблется.

– Но, сэр, наши агенты сообщили, что Рафаэль и его приспешники собрались сегодня утром. Если они нас увидят…

– Я как раз и хочу, чтобы увидели. – Улыбка Райта холодна как лед. – Скоро они поймут, в чьих руках власть.

Глава 46

Я еле держусь на ногах. Голова кружится, тело слабеет, пока подручные Райта волокут меня по лестнице. И еще начинается приступ астмы. Меня тащат вниз, крепко сжимая бицепсы.

– Мне нужен ингалятор, – хриплю я.

Райт усмехается:

– Переживешь.

Стоило вдохнуть чуть-чуть биологических препаратов – и начался приступ астмы. А что будет с фейри от концентрированной дозы?

– Я заразилась? – Мой голос слабеет. – Это Фейбан?

– Надеюсь, что так, – отвечает Райт. –