Во главе закона - Лия Арден

– Он дал мне свой артефакт. Кольцо Танатоса. – Элион отпустил её плечи и поднял руку. На его пальце действительно, как из ниоткуда, появился перстень с зелёным камнем. Вега едва заставляла себя моргать, перебивать она даже не пыталась, боясь упустить хоть слово в рассказе. – Ты знаешь о подарках смерти?

Вега слабо кивнула, слово выдавила через силу:

– Легенды.

– Именно. Есть легенды, что можно вернуться к жизни, получив дар от Танатоса, но ничто не даруется без цены или последствий. Я… моё тело сожгли на похоронах, и сейчас этот перстень не только позволяет мне здесь быть, но и держит моё тело от распада.

– От… чего?

Элион повертел головой и схватил ножницы с комода, а затем без раздумий глубоко порезал себе руку. Вега так и застыла с предупреждением на губах.

– Не бойся и не шевелись, – велел Элион, когда она дёрнулась. Вега подчинилась. Её сердце испуганно заколотилось, пока в ладони собиралась его кровь, но раньше, чем Вега успела испугаться, та начала превращаться в хлопья, которые, разлетаясь, медленно растворялись в воздухе. Кровь исчезла, а кожа на ладони стала абсолютно ровной. Вега провела по ней пальцами, ощупала, ища хоть намёк на рану, но следов не осталось. – Сомневаюсь, что я бессмертен, скорее, мне трудно навредить. Но если снять кольцо Танатоса, то я… исчезну.

Осознание сотрясло всё её тело дрожью.

– Та пуля… у Феликса. Ты… – Она не смогла говорить. Ей не привиделось, ему попали в голову. Он лежал там на полу в крови, это было на самом деле. Все следы исчезли, и она поверила в самообман, убедила саму себя, что ей просто показалось. Что он только упал. Если подумать, увиденному не было объяснений, но она это проигнорировала, сосредоточившись на радостной мысли, что Элион жив. – Из-за меня ты… если бы не кольцо, ты бы…

– Всё хорошо, я в порядке, – успокоил Элион, но когда он попытался её обнять, Вега с силой толкнула его в грудь, вынудив отступить.

– Ты стрелял себе в голову вместо меня, уповая на что?! – рявкнула она, ясно осознав, что удача могла их обойти и Элион вынес бы себе мозги, лишь бы её обезопасить. – Что твоя голова соберётся по кускам благодаря кольцу?!

Она была в бешенстве и пихнула его ещё раз. Успокаивающая улыбка Элиона выводила из себя.

– Ты эгоистичный, самонадеянный засранец! Боги, да мне не описать, насколько я тебя ненавижу! Ты всегда был таким! С самого детства. Я же сказала, что ты мне не брат и не защитник – не лезь в мои дела!

Он ловко перехватил её запястья, не дав себя ударить, дёрнул, обвив её руки вокруг своей шеи. Вега ахнула, столкнувшись с его телом, повиснув на его плечах. Он обнял её талию, приподнял, и всего за пару шагов Вега опять оказалась прижата к стеллажам, но теперь Элион придвинулся к ней вплотную, дав ощутить своё крепкое тело. Она вздрогнула, когда его большой палец смахнул навернувшуюся слезу и погладил щёку. Прикосновение было трепетным и ласковым, сердце в груди забилось стремительнее.

– У тебя всё на лице написано, пчёлка. Я в порядке. Не бойся.

Она до боли закусила губу, чтобы сдержать её тряску и всю ту ругань, что он заслужил.

– Ты просишь не лезть в твои дела, но я не могу.

– Почему?

Элион показал ей свою руку и «Чистоту Слова».

– Я отвечу на этот, последний вопрос, и ты его снимешь, хорошо?

– Ладно.

– Потому что годами пытался привлечь твоё внимание, а я не из тех, кто, упустив первый шанс, теряет второй.

Вега издала недоверчивый смешок раньше, чем вообще поняла смысл. Или не поняла? Их глаза встретились, она недоумённо склонила голову:

– Какой шанс? Да ты всё детство был шумным, назойливым, эпицентром этого самого внимания!

– Да, был! – неожиданно порывисто согласился Элион. – Потому что только тогда ты меня замечала!

Вега растерялась, ощутив их близость и ранимость его признания. Элион хоть и улыбался, но горько, искренне, с болезненной откровенностью и тоской во взгляде. Он не глядя ткнул пальцем в сторону кофейного стола, где лежали документы и её ежедневники.

– Только так! Только будучи рядом с назойливым эпицентром внимания, ты отрывалась от своих планов на каждую минуту дня и смотрела на меня! Ты. Смотрела. На. Меня.

Элион шумно выдохнул, наконец всецело завладев её вниманием. Она не видела больше ничего, кроме глаз Элиона, впервые с головой окунувшись в их яркую зелень. Время для неё остановилось, когда детали головоломки встали на свои места, создав картину, на существование которой она даже не смела надеяться.

«Ты смотрела на меня».

Его слова продолжали звенеть в ушах, словно навеки выдолбленная в её сознании истина. Конечно, она смотрела. На Элиона было невозможно не смотреть. Всю её юность он был самой тяжёлой звездой, притяжению которой никто не мог сопротивляться, начиная вращаться вокруг него. Для Веги же существование Элиона было якорем, одним из столпов стабильности, на которую опиралась её жизнь. Может, она и избегала собравшейся вокруг него компании воздыхательниц, не желая, чтобы её размолотили в пыль кружившие вокруг Элиона астероиды и спутники, но он был всегда. Она знала, что, придя в школу, она найдёт его там, знала, что по окончании занятий, ближе к вечеру, он будет у неё дома, чтобы они вместе разобрались с домашними заданиями. Они даже не договаривались, Элион просто приходил всегда ровно в одно и то же время, стабильно, как часы.

Вега тяжело сглотнула, чувствуя сухость в горле. Оставаясь в прострации, она сняла «Чистоту Слова» с пальца Элиона, когда он взмахом руки красноречиво о нём напомнил. Эль вернул орудие пыток на цепочку, а потом себе на шею.

Он отступил от неё всего на шаг, дав наконец свободу и пространство, которых она теперь не желала.

– Я думала о тебе.

Элион вскинул взгляд и застыл. Его чертовски красивый рот приоткрылся – он понял, на какой вопрос она всё-таки дала ответ. Один удар сердца, и Элион вновь сократил расстояние. Её руки сами легли ему на плечи, пока его ладони обхватили её лицо, заставив запрокинуть голову. Когда их губы встретились, Вега не сопротивлялась, она приветствовала желанную ласку, отзываясь на поцелуй. Элион хоть и был нежен в движениях губ и языка, но прижался к ней бёдрами, не оставляя сомнений в том, что хочет её всю, что поцелуй – лишь начало. Его ладони спустились по её телу, и она застонала ему в губы от мимолётных дразнящих касаний по твердеющим соскам.