Фантастика 2026-34 - Сергей Чернов

— Вложение в собственных детей, ВанМо-сии, — Юна делает паузу, с хитренькой улыбкой ожидая возражений, которых гость, конечно, не находит.

— В их образование, развитие и… — Юна снова делает хитрую паузу.

Гость окончательно заинтригован. Разумеется, он не может спорить. Любой нормальный родитель это знает, и все это делают.

— И внешность, — победно заканчивает хозяйка дома. — Согласитесь, красивой девочке или красивому мальчику намного легче, например, пробиться в шоу-бизнесе.

— В других бизнес-сферах внешность абсолютно неважна, — гость говорит уверенно, но хозяева замечают, что их слова угодили в цель.

— Таланты в самых разных областях: бизнесе, науке, спорте — прерогатива богов, — очаровательно улыбается Юна. — Но вот на внешность своих потомков мы можем повлиять. Вы сами должны понимать, что если кто-то из ваших молодых родственников женится на девушке, обладающей природной красотой, то велика вероятность, что их дети тоже будут красивыми.

— Несомненно, это так, — соглашается гость.

— Теперь представьте, что матерью детей вашего родственника будет кто-то из этих девушек.

Юна нажимает на пульт, и на экране с трёхсекундными паузами начинают сменять друг друга кадры с обольстительными европейками.

Гость невольно отвлекается на зрелище. Вопросы у него возникают позже. И он получает на них исчерпывающие ответы. Деликатные подробности его не смущают.

— Понимаете, это всё прекрасно, но мне нужен наследник. Обязательно мальчик, — мужчина излагает свои хотелки.

— Пять миллионов сверху, — очаровательно улыбается Юна.

— И вы гарантируете? — недоверчивость и удивление в голосе сливаются воедино.

— Всего лишь повышаем вероятность с 50 до 75 процентов. Наука пока не может дать стопроцентный результат. Если всё-таки родится девочка, деньги вернём, — Юна продолжает блистать улыбкой.

Комментарии от Юны.

— У вас есть технологии планирования пола ребёнка? — удивляюсь непритворно.

— Таких технологий не существует, — потешается Юна. — Угадай, на что был расчёт?

Начинаю смеяться через секунду:

— Родится мальчик — пять миллионов ваши. Девочка — вы ничего не теряете. Бесплатная лотерея с пятидесятипроцентной вероятностью выигрыша.

— Ты быстро думаешь, Витя-кун, — Джу делает мне комплимент.

— Это был прорыв, Витя, — продолжает Юна. — Вернее, первая ласточка. Затем подтянулись остальные чеболи. Массовый прорыв случился через три года, когда моей Энни исполнилось два. У ВанМо-сии тоже родился мальчик. Оказывается, он для себя старался. Ну, он не старый совсем, ему даже пятидесяти не было. Мальчик был третьим, старшие дети — девочки, вот он и волновался. Ребёнок получился весьма хорошеньким, отец был страшно доволен.

Фан-клуб увидел её младшую дочку, вот что вызвало бешеный шторм. Тут же подоспела государственная программа поддержки. И для семей, и для мам-одиночек. СКР подскочил ещё на два пункта — до одного и двух — и продолжил расти.

— Хорошие деньги получила с семей из национального списка Форбс. До них дошло, что можно организовать своим потомкам неслабое преимущество перед остальными. Все хотели эксклюзив, и плата в пятнадцать миллионов их абсолютно не смущала. Я только на этом больше миллиарда сделала. За эти деньги отдельный генотип из моей коллекции как бы навсегда привязывается к одному клану. И будет применяться многократно. Внутри одного рода.

— На тот момент социологи прогнозировали бэби-бум, — говорит Джу. — Эйфории поддались.

— Так он впоследствии и случился, — возражает Юна. — А если мы действительно увеличим пенсии для многодетных матерей…

— Об отцах не забывайте, — вставляю в их планы свои пять копеек. — Полноценные дети бывают только в полных семьях. От отцов многое зависит.

Чета Кимов, поразмышляв, соглашается.

— Как упоминала, второй прорыв, массовый, начался, когда я показала фан-клубу третьего ребёнка, — продолжает Юна. — Не знаю, что у них в головах творилось. Решили поначалу, что я какие-то сказки им рассказываю? Может быть. И тут я показываю им свою двухлетнюю дочку, красавицу невероятную по корейским меркам…

Июнь 2026 года.

Сеул, фан-клуб Юны «Ред Алерт».

Молодёжь в зале, похожая друг на друга в силу единой национальной общности, сильно прибавляет в сходстве. Выпученные глаза и открытые в изумлении до степени потрясения рты делают их подобными близким родственникам. Всего лишь по причине облика маленькой девочки фантастической красоты, глядящей на них с экрана.

Девочка на руках матери, и зрители невольно их сравнивают. Юна, сидящая в кресле на сцене, с гордостью и лёгкой ревностью констатирует, что фаны оценивают её дочку выше.

— Вот какую возможность вы потеряли, друзья мои, — с фальшивым сожалением говорит Юна.

— А что, Юна-сии, сейчас нельзя? — раздаётся робкий голосок с первого ряда.

— Почему же? Можно. Только пока вы думали, самых красивых уже разобрали. В моём банке биоматериалов зеленоглазых и синеглазых уже нет. Как нет платиновых и золотых блондинок. Остались русые, сероглазые и голубоглазые.

Еле слышный вздох разочарования разносится по залу.

— Сильно огорчаться не советую. Только предупреждаю, если вы в массовом порядке не согласитесь, то своё предложение о субсидировании процедуры сниму. Но опять-таки вы смело сможете рассчитывать на господдержку. На общих основаниях.

Далее Юна объясняет, что по справке из её центра органы соцобеспечения назначат ежемесячное пособие в полмиллиона вон до десятилетнего возраста.

— Разумеется, друзья мои, те, кто работает в моей корпорации и аффилированных с ней компаниях, получат режим наибольшего благоприятствования.

Комментарии Юны.

— После этого в течение первой недели в мой центр пришли сорок девчонок из фан-клуба, — Юна хихикает. — Самые неказистые, у которых шансы обзавестись второй половиной стремятся в пол. Ну, и сампо, конечно (сампо — корейский феномен, когда девушки не просто отказываются от замужества, а не хотят иметь дело с мужчинами принципиально, даже в форме свободных отношений).

— Ещё через два года, — Юна приближается к победному финалу, — мой банк истратил половину от стотысячного запаса индивидуальных генотипов. Ажиотаж продолжался года три, а далее мы стали сворачивать активность до минимальной. Количество желающих снизилось на порядок.

— Но сливки с этого бизнеса вы сняли, — констатирую, восхищаясь про себя масштабами замысла.

Юна решила… ну, пусть не окончательно — но сильно смягчила демографическую проблему. СКР доведён до 1,85 на пике, сейчас стабилизировался на уровне 1,7. Кроме этого окружающие Южную Корею страны неожиданно для себя вскоре обнаружат, что самая красивая нация в Юго-Восточной Азии обитает именно там.

Моя ментальная нуна ловко сыграла на корейских представлениях о красоте. Они парадоксальным образом близки к европейскому типажу.

25