Фантастика 2026-168 - Светлана Волкова

стал спешно изыскивать себе благородных предков. А прямо заявил: ну да, я крестьянин. Был крестьянином. Зато теперь у меня под рукой пятьдесят тысяч копий и контроль над стратегическими крепостями и перевалами. Ну и что вы со мной будете делать?

И пока остальные чесали в затылках, решая, что делать с наглым выскочкой, Луй Шан, основатель нынешней династии императоров, предок Тайрена, взял и послал самозваному князю в жёны одну из своих дочерей, хотя и не от главной жены — в обмен на признание вассалитета. С тех пор горное княжество Цзяран стало щитом империи от воинственных западных горцев, а также частично — от южного соседа, который уже и сам был бы не прочь получить такого вассала, но нужно было суетиться раньше.

И всё же Цзяран был хоть и вассальным, но отдельным княжеством, и потому заложники из него стали если не обычной практикой, то и не чем-то, из ряда вон выходящим.

Прошу прощения у вашего высочества, — в дверях, отрывая меня от воспоминаний, возникла одна из приставленных к малышке нянек. — Госпожа Соньши, маленькая госпожа снова плачет и никак не успокаивается.

— Уже иду! — я вскочила. — Прошу прощения, ваше высочество!

Ну, что ты хочешь, мать… — услышала я за спиной философское замечание Кея.

Глава 7

Взгляну ли на солнце, взгляну ли на месяц,

Все думы мои лишь о нём, лишь о нём!..

Но в путь он собрался, я знаю, далёкий.

Когда же он снова вернётся в свой дом?

Ши Цзин (I, III, 8)

— А, правда, что эти дикари ходят в звериных шкурах?

— Неправда, — сказала я. — Они носят платья или халаты, хоть и отделанные мехом. Ни одной звериной шкуры я не видела. Да вы и сами сможете посмотреть, если Мудрая Цагацэл всё-таки придёт.

— Надеюсь, почтение к её высочеству всё же возобладает, и она соизволит явиться, — поджала губы Кадж.

— Я уверена, что если Мудрая задерживается, то на это есть причина. Она не из тех женщин, что заставляет ждать понапрасну, — уверенно сказала я.

Наложницы согласно закивали, словно я была высшим авторитетом. Гости из степи жили в Таюне уже несколько дней, и принцесса Мекси-Цу, не то желая угодить мужу, не то из любопытства, захотела познакомиться с ними поближе — с теми из них, кого можно было принять на женской половине, конечно же. Супруга вождя Рэнгэна уже побывала в Восточном дворце, и сегодня мы ждали Мудрую. А она отчего-то всё не шла. Когда все сроки приличия вышли, её высочество велела отправить евнуха узнать, что случилось, и в ожидании известий мы всем кагалом сидели в приёмной, развлекая себя болтовнёй. Только её высочество скрылась в своих покоях, велев известить, как только что-нибудь станет известно.

— А она только целительница или шаманка? — несколько опасливо уточнила Нуичжи.

— Шаманка.

— А… Старшая сестра Соньши видела… как она взывает к духам?

В памяти немедленно всплыло Большое гадание и удивительно яркий сон, приснившийся мне в ту ночь. Странно, обычно детали снов, даже ярких, очень быстро забываются, и сны превращаются в набор картинок. Но этот сон я помнила во всех подробностях.

— Нет, — твёрдо сказала я. — Ничего такого я не видела. Полагаю, её обряды требуют секретности, их не будут проводить просто так.

Наложницы снова закивали. И в это время в двери проскользнула одна из служанок её высочества:

— Докладываю госпоже, — с поклоном сообщила она от двери. — Квартал Небесной чистоты оцеплен солдатами. Говорят, что у кого-то из торговцев, везущих товары на рынок, обнаружили среди поклажи несколько мечей и арбалетов. Теперь выясняют, кому был предназначен этот груз, и пока не выяснят, никто из квартала не войдёт и не выйдет.

А этот груз незаконен? — уточнила я. В квартале Небесной Чистоты у Врат Великого Храма находилась одна из гостиниц, специально предназначавшихся для послов. И хотя на этот раз вождь чжаэнов прибыл частным порядком, поселиться в другом месте ему было бы неуместно.

— Только армия и гвардия его величества, городские гарнизоны и дружины вельмож вправе иметь свои арсеналы, — объяснила Кадж. — Конечно, бывают ещё всякие охранники и телохранители, но у них оружия немного, и чтобы его носить, нужно разрешение. За хранение больше чем двух арбалетов или мечей или полного доспеха полагается ссылка. А уж если целый склад оружия…

— Понятно, — пробормотала я. — Доложите её высочеству. Полагаю, сегодня визит не состоится, и мы можем быть свободны.

Моё предположение полностью оправдалось. Спустя пять минут из покоев принцессы нам передали, что её высочество более нас не задерживает. Длинной вереницей — впереди я с неизменным евнухом с зонтиком и моей прислугой, рядом Кадж на правах ближайшей подруги, затем остальные наложницы со служанками — мы двинулись через сад к Хризантемовому павильону. Собственно, я могла бы просто уйти к себе, но мне не хотелось. Тайрен куда-то ушёл с самого утра, не сказав, когда вернётся, вполне возможно, как раз к чжаэнам. Читать или упражняться в каллиграфии желания не было, вязание застопорилось — я попыталась связать шаль, но сделала ошибку, и часть узора пришлось распустить. А больше никаких занятий я бы найти и не смогла. Так что я отправилась вместе со всеми через красно-жёлто-зелёный парк. В осенние месяцы становилась очевидней его продуманность — деревья и кустарники были рассажены так, чтобы цвета плавно и живописно переходили один в другой, иногда взрываясь контрастными пятнами. И цвели почти на всех клумбах цветы, которым обиталище наложниц было обязано своим названием. Я сорвала лиловато-розовый цветок и рассеянно крутила его в пальцах. Скоро пора будет идти кормить Ксишеньку, но когда я уходила, она опять сладко спала. Так сладко, что захотелось прилечь рядом с ней и тоже уснуть, хотя как раз в эту ночь она вела себя прилично, и я вполне выспалась.

— А всё-таки жаль, что шаманка не пришла, — сказала Кадж. — Я никогда не видела варваров.

— Думаю, её высочество пригласит её ещё раз.

— Тоже верно. Выпьешь со мной чаю, сестра Соньши?

— С удовольствием.

Мы расположились на веранде над цветником и некоторое время болтали о погоде и цветах, — Кадж увлекалась их выращиванием и пыталась придумать новый порядок рассадки на клумбах, — о вновь вошедшем в моду стихотворном жанре «цы», что подражал народным песням и допускал вольности, непозволительные «дворцовому стилю», об «Историях о прославленных женщинах», которые я всё пыталась домучить, но большинство рассказов там оказались однообразными и довольно скучными.

— Возьми у меня «Жизнеописание императрицы Од», —