Деньги не пахнут 10 - Константин Владимирович Ежов

Экран на стене мигнул, пробежала рябь, и вскоре появилось лицо мужчины средних лет.

— Здравствуйте. Пирс, Goldman.

Это был тот самый Пирс, который наблюдал за Сергеем Платоновым ещё с тех времён, когда тот был зелёным новичком в Goldman Sachs. Ходили слухи, что всякий раз, когда на Уолл-стрит возникала проблема, связанная с Платоновым, первым делом звонили именно ему. Якоб не стал тянуть.

— Вы, полагаю, уже в курсе происходящего. Мы хотим пережить этот кризис. Есть ли способ?

— Вы ищете способ остановить Сергея Платонова, — проговрил Пирс без лишних слов.

— Именно.

— Такого способа не существует.

На лбу Якоба пролегла глубокая складка.

— Если выхода нет, то зачем вообще было устраивать этот разговор?

— Вы меня неправильно поняли. Я не сказал, что выхода нет вовсе. А сказал, что вы не можете остановить его напрямую.

— Тогда что вы имеете в виду…

Пирс посмотрел прямо в камеру, и в его голосе появилась жёсткая уверенность.

Сергей Платонов — это стихийное бедствие. Вы всерьёз думаете, что человек способен остановить ураган или землетрясение?

Он сделал короткую паузу.

— Это невозможно. Чем яростнее сопротивление, тем разрушительнее последствия. Поэтому единственный разумный шаг — дать ему то, чего он хочет.

— Вы предлагаете… посадить Сергея Платонова в совет директоров? — в голосе Якоба прозвучало раздражение.

— Да.

По лицу Якоба пробежала тень недовольства.

— Не уверен, кому именно должно помочь такое советование".

Намёк был ясен — слишком уж тесной казалась связь Пирса с Платоновым.

Пирс нахмурился, словно поражённый этим предположением, но быстро взял себя в руки.

— Если Платонов выбрал Envid целью, бедствие уже неизбежно. И если вы начнёте метаться, пытаясь его избежать…

На мгновение в его взгляде мелькнула усталость человека, который видел подобное не раз.

— Вы только усугубите ситуацию. Чем сильнее вы будете ему противостоять, тем шире он развернёт игру — так, как вы даже представить себе не можете.

На его губах появилась горькая улыбка, знакомая лишь тем, кто пережил это на собственной шкуре. Но уже в следующую секунду он снова стал собранным и твёрдым.

— Есть лишь один способ взаимодействовать с Сергеем Платоновым — принять катастрофу.

— Инстинктивно вам захочется отвергнуть её. Это нормально. Но если вы подавите этот страх и позволите ему войти, награда может оказаться колоссальной. Вспомните, что произошло с Epicura и Allergan.

Истории Epicura и Allergan тогда гремели на весь рынок.

Обе компании когда-то оказались под ударом — таким, от которого, казалось, не оправляются. Сводки новостей звучали как приговор, цифры в отчётах пахли гарью, а переговорные комнаты наполнялись тяжёлой тишиной, будто после взрыва. Сначала всем казалось — это конец. А потом шторм ушёл.

Epicura, стряхнув с себя пепел, взмыла вверх, словно птица, расправившая крылья после долгой бури. Её начали называть «вторым Chipotle», акции росли, как на дрожжах, а генеральный директор Уитмер превратился в желанного гостя ток-шоу — его улыбка мелькала на экранах чаще, чем логотип компании.

Allergan тоже не просто выжила — она сменила кожу. Из объекта насмешек она стала «честной компанией», примером прозрачности и упорства. Для неё наступил второй золотой век — тёплый, спокойный, наполненный уверенностью.

— От тайфуна нельзя уклониться, — сказал Пирс тогда спокойно, словно читал прогноз погоды. — Но что вы увидите, когда ветер стихнет — выжженную пустыню или рассвет новой эпохи, — зависит от решения, которое вы примете сейчас.

Он улыбнулся — уверенно, почти обнадёживающе.

— И я, Пирс, помогу вам встретить эту новую эпоху во всём её блеске.

* * *

— Шон, это документы от Envid.

Николь, моя секретарь, протянула мне чёрный плотный конверт. Бумага шуршала в её руках, пахла свежей типографской краской. Внутри лежала внушительная стопка.

«Решение о назначении в совет директоров»

Вы официально назначены независимым директором Envid решением совета директоров. Просим ознакомиться, подписать и вернуть следующие документы:

1. Контракт члена совета директоров

2. Обязательство о конфликте интересов

Я невольно наклонил голову набок.

«Слишком просто».

Всего несколько дней назад Якоб Ёнг сам позвонил мне и сухо сообщил, что моя кандидатура одобрена. Тогда просто не поверил. Честно — ожидал подвоха.

«Должны быть проверки, собеседования, допросы», — мелькнуло у меня в голове.

Совет директоров, набитый технарями до мозга костей, не стал бы радушно принимать человека с Уолл-стрит. Они обязаны были устроить экзамен — с ходу засыпать меня вопросами о архитектурах, пропускной способности, узких местах. Ошибка — и повод отказать готов.

Так должно было быть.

Но крышка конверта открылась, и мне просто протянули кресло в совете — без борьбы, без торга, без сопротивления.

«Что это вообще такое?»

Какой бы вес ни имело моё имя, Envid — не та компания, которая сдаётся без боя. Значит, был скрытый расчёт.

Ответ не заставил себя ждать. Пирс пришёл ко мне в офис лично.

— GPU-бизнес… ведь это не совсем ваша специализация? — спросил он, оглядываясь, будто проверяя, нет ли лишних ушей.

— Значит, вы теперь консультант Envid.

Пирс по-прежнему возглавлял инвестиционно-банковское направление Goldman. А одна из ключевых задач таких банков — именно это. Корпоративная оборона. Щит для клиента, когда к нему приближается хищник. Иначе говоря, Envid выставила Пирса между собой и мной.

— Они так легко отдали место в совете по вашей рекомендации?

— Да.

— Ну что ж, вы избавили меня от лишней суеты.

— Я сделал это не из любезности. Я прекрасно понимал, какой ход вы сделаете, если бы вам отказали.

— И какой же?

Пирс пожал плечами.

— Тот Шон, которого я знаю, не стал бы ждать собрания акционеров. Вы бы прижали их сразу. Что-нибудь в духе: «Я выхожу из капитала прямо сейчас и ухожу к конкурентам».

Он произнёс это спокойно, почти буднично. И от этого его слова звучали особенно убедительно.

На мгновение реально потерял дар речи. Если бы Envid тогда отвергла мои условия, действовал бы именно так — без колебаний и сантиментов. Стоило Сергею Платонову вывести капитал из Envid и публично вложиться в конкурента, и картина сложилась бы сама собой. Да, результат возможно был бы чуть похуже, но кому какая разница, кто именно получил бы этот куш. Одна компания выглядела бы тонущим кораблём с кренящимися палубами, другая — ослепительным восходящим солнцем, от которого невозможно отвести взгляд.

Инвесторы, привыкшие следовать за мной, рванули бы