Овертайм для чемпиона - Дмитрий Валерьевич Иванов

И то верно. Поворчав (в основном про себя), поплёлся в ресторан. Но там оказалось накурено, шумно и суетливо. Оркестр гремел грузинские мотивы, явно по заказу кого-то из посетителей — что-то вроде «Читы-Маргариты». Потолкавшись и так и не решившись поужинать, иду обратно и вижу знакомую спину — Маша, пошатываясь, спешно покидает гостиницу. Походка её была ну очень нетвёрдой: или приняла лишнего, или Костян у нас и вправду зверь.

— Не, не, — бодро заверил меня Цзю, — мы просто посидели на твоей кровати. Видишь, даже не смято толком.

Поймал его благодушный взгляд и вижу — правда, койка почти цела, только покрывало чуть в гармошку.

— Слышь, китаец! Рискуешь не дожить даже до начала чемпионата, — серьезно пригрозил я.

На этот раз Цзю поправлять, что он не китаец, не стал и только молча полез поправлять покрывало.

— Ну и как, хороша Маша? — уже добродушнее спросил я.

— Хороша Маша, да не наша, — вздохнул Цзю. — Замуж она выходит. Но обещала: если финал вытащу — то я ещё раз её в кровать затащу. Простая работящая девчонка.

— Угу, — усмехнулся я. — Скажи ещё — повезёт её мужу.

На следующий день на тренировке я чуть было не спалился с травмой: опытный Копцев все же заметил, что руку я берегу. Второй раз врать, что, мол, другую «разрабатываю», смысла не было. Но, как обычно, выручил дядя Владлен:

— Штыба, иди-ка сюда, покажи, как ты на уклонах работаешь, да на отходе.

Вот и до конца треньки гонял увороты да нырки — легкотня, чисто физкультура. А вот Цзю, бедолагу, всю тренировку разносили: «Огня мало!», «Работаешь по шаблону!» А вот нечего нервную энергию на женщин тратить было.

Кстати, Спартак с Аталантой сыграл так как я помнил — нулевая ничья. Узнать да поставить, что ли? А смысл? Денег и так девать некуда. Передо мной встала та же проблема что и перед Остапом Бендером, который, получив вожделенный миллион, с удивлением обнаружил, что потратить-то в молодой советской республике его и негде.

После тренировки — собрание по тактике, разбор первых соперников. Меня проскочили за минуту. Датчанин… что датчанин? Я его одной левой, пардон, одной правой раскатаю.

А после собрания меня нашёл знакомый моей будущей тещи — суховатый дедок лет под семьдесят, который неплохо говорил по-немецки. Я не стал спрашивать, не в концлагере ли он его выучил. Дед долго тряс мою руку, а потом задал неожиданный вопрос:

— У тебя первый бой будет с датчаниным?

— Да, а что?

— Это внук моего знакомого.

— Да ладно! Учтите, жалеть я его не буду, — сразу предупредил я.

— Да и не надо! — усмехнулся дед. — Наоборот, если сможешь победить его быстро — с меня подарок.

— Быстро не обещаю, это чемпионат мира, тут нет проходных соперников.

— Молодец, скромный парень. Ладно, давай прощаться, буду болеть за тебя. И это… Марта — отличная девушка, хоть временами и взбалмошная. Смотри, не обижай её.

Последняя его фраза лязгнула сталью. Ути, какие мы грозные!

Глава 4

Глава 4

Ближе к первому бою меня начал пробивать нервяк. Нет, Нильса Мадсена я не боялся — чего его бояться? — а вот растяжение не отпускало. Обычно такие болячки за три недели проходят, максимум за месяц. А у меня, хрен поймёшь почему, рука не просто не прошла — наоборот, тянет ещё сильнее, будто назло.

Сегодня первые бои в нашей категории — и всё ожидаемо. Немец Генри Маске тупо размазал филиппинца: счёт 23:1! Американец Терри Макгрум — тот и вовсе не стал тянуть резину, и уже в первом раунде уложил мароканца в нокаут. И только что, на моих глазах, венгр Хранек взял верх техническим нокаутом.

Завтрашние победители, по сути, тоже понятны заранее: кубинец Пабло Ромеро порвёт шведа на британский флаг, болгарин Агов вынесет иракца без особых усилий, а русский Штыба… ну, тут вы в курсе.

— Ну чё, готов к подсрачникам? — подкалываю я Цзю, который сегодняшний бой выиграл. Но я-то знаю — Цюлову он продует.

— 23:3, победил же, — злится друг. — И заметь — соперник приличный был, англичанин…

— Угу, сейчас ещё датчанин в четвертушке. Прёт тебе…, но дальше — Цюлов, а после Гонсалес. Впрочем, ты и Цюлова не пройдёшь, — дразню я.

— Поспорили же уже! Чего опять-то? — ворчит Костя.

— А вот нефиг Машек на моей кровати валять!

— Да не было там ничего! Тьфу, умеешь же ты завести…

Вечером — собрание, разбор полётов. Все наши победили, хотя в весе до 54 кг Саша Банин еле-еле вытянул бой. Молодой ещё, всего на год старше меня.

— Чё, может, опять в кафе? — подначиваю я Костю, когда мы подошли к гостинице.

— Толя, можно тебя на минутку? — вдруг раздалось откуда-то сбоку.

Ба! Вот уж кого не ожидал увидеть. Аюкасова Светка! Или уже не Аюкасова? На пальце кольцо… Интересно, для красоты носит или всё-таки по делу? Камешек вроде настоящий, хотя мелковат, может и стекляшка. Впрочем, зная Светку…

— Привет, Свет! Может, ко мне в номер заглянем? Щас мелкого на пару часиков спроважу, — отпустил я шуточку в адрес Кости.

Тот тут же закатил глаза: мол, ну что с тебя, придурка, взять. Светка тоже закатила глаза. Ясно же, моё спортивное тело её не интересовало, а уж душа — тем более. Так чего ей надо-то?

— Может, тогда в ресторан? — предлагаю я и киваю другу. — Иди, Костян, я скоро… ну, или не скоро. Как карта ляжет.

— Нет, поговорить надо. Лучше там, где людей поменьше. Пошли прогуляемся вон туда, — махнула рукой в сторону остановки бывшая любовница, окончательно сбив меня с толку.

Идем не спеша вдоль дороги. Мимо шуршат машины, автобусы, и даже невесть как попавший в столицу мотороллер «Муравей». Едет рядом, ровно с нашей скоростью. Водила — молодой парень, не отрывает глаз от Светки: она в короткой юбочке, надо признать, смотрится эффектно.

— Давай тут постоим, — нарочно резко тормознул я,