Мастер Трав. Том 7 - Ваня Мордорский

— Но это значит, что тот, кто им… управляет… еще сильнее? — задал я риторический вопрос.

— Может и сильнее, — ответил уже увереннее Рыхлый, — Вот только что он, что этот Целитель действуют достаточно осторожно — они не берут всё силой, а это значит…

— Что они не могут так сделать, — закончил я за него.

— Именно. Если бы могли, то сделали бы. — добавил гнилодарец. — Обходные пути ищешь только тогда, когда основной заблокирован.

Я задумался, во всем этом было зерно истины. И ярчайшим примером такой прямолинейной силы был Джарл. Ему нужно было убить Гиблых — он отправился в Глубины, нашел старого вожака, — Змееголового, — и убил его. Потому что мог, потому что был уверен в своих силах. Я вспомнил тот короткий момент, когда в глазах Целителя будто промелькнула пустота, и голос, говоривший сквозь его рот звучал… не совсем его. Хотя физически он был тот же. Тот, кто стоит за ним, пошевелился на секунду и отступил.

— Клык сказал «он не один»? Это значит, что Целитель не один? — спросил я Рыхлого. Хотя, конечно же, он не мог знать этого — он слышал ровно то же, что и я. Но в некоторых ситуациях иногда хочется просто услышать мнение другого человека.

— Не знаю, — покачал он головой, — Целителя я вижу не в первый раз. Этот точно один и тот же человек. Если есть какие-то другие, то они не здесь.

Я кивнул.

— Меня вот что беспокоит: если Целитель не живой, как говорит Гнус, то почему он ведет себя полностью как живой человек? Как такое может быть?

— Если б я знал, Элиас… И поверь, это пугает больше всего.

— А фраза про пятнадцать? — спросил я через время.

— С Шипящим и Целителем за последнюю неделю ушло именно столько, — он смотрел мне в глаза. — Пятнадцать гнилодарцев.

— И их, похоже, стало меньше. — добавил я, воспроизводя мысленно каждое услышанное от Клыка слово.

— Слова Клыка понятны… Он не бредил, — вздохнул Рыхлый, — Он говорил о том, что видел — пересказал кратко. Думаю, когда он очнется, мы узнаем много нового.

— Если ему дадут очнуться, — вдруг осенило меня.

— Думаешь, его попытаются убить? — напряженно спросил гнилодарец.

— Это ведь логично: как только не будет Клыка, рассказать о чем-либо будет уже просто некому.

Как только прозвучали мои слова, до нас обоих дошло осознание, что, скорее всего, я прав. Именно потому, что это было логично. Проблема была в том, что через управляющий контур Целитель точно не мог убить Клыка, иначе бы уже это сделал. Не мог он и лично прийти — не зря его Хельм спровадил. Значит, попытки будут какие-то другие.

Глава 3

Какое-то время мы просто сидели и молчали. Я сидел возле лежанки Клыка, и моя голова становилась всё тяжелее и тяжелее. Да, честно говоря, хотелось спать. Живы во мне почти не осталось, а значит и восстановление почти прекратилось. Да уж, давно я не был таким пустым. Я взглянул на Лорика, закрыл глаза на секунду, понял что засыпаю, и тряхнул головой. Рыхлый, тем временем, через своих червей прислушивался к тому, что происходит вокруг. Думаю, он устал не меньше моего, но держался. А вот мне становилось всё сложнее сохранять глаза открытыми.

Я пошевелил руками — те немного ныли из-за того, что я держал Клыка. Все-таки этот парень крепкий.

— Поспи немного, Элиас.

Я взглянул на Рыхлого, который сидел возле Клыка.

— Я подежурю, никуда не уйду, не волнуйся. И я не усну, поверь — мне сейчас не до сна. А ты потратил слишком много живы и сил. К такому твое тело еще не привыкло — вот и платишь. Тебе нужно восстановиться хоть немного.

— А если что-то…

— Если что-то случится, я через червей услышу раньше тебя, ты тут бесполезен. У тебя просто нет таких способностей. — ответил Рыхлый. — Да и сам ты… не боец. Ложись.

Я вздохнул. Да, конечно гнилодарец был прав.

— Ладно, только недолго. Потом разбудишь.

— Сколько надо, столько и спи.

Я сел на подстилке, где был Лорик и оперся спиной о стену землянки. Рядом с мальчиком, как верные стражи, медленно и по широкому кругу ползали его улитки. Каждая оставляла за собой едва заметный влажный след на земляном полу. Они не покинули своего хозяина даже когда их связи разорвались.

Когда я привалился к стене, то сразу стало как-то легче и спокойнее. Со сном не надо было бороться — просто дать ему прийти. Эх, а ведь еще недавно самой большой проблемой для меня был Гарт и хворь Грэма. Конечно, она по прежнему остается проблемой, но такой, решение для которой уже в принципе есть, нужно только всё довести до конца. А теперь… теперь я сижу в сырой землянке и смотрю на Клыка, у которого внутри управляющий контур от существа, которое, судя по всему, не совсем живое, как бы странно это ни звучало.

Как быстро всё изменилось. Впрочем, сегодня я снова в очередной раз увидел собственную слабость при встрече с Целителем. И это было неприятно.

Ладно, раз уж Рыхлый дежурит, то можно и поспать.

ВИА.

Лиана в корзине шевельнулась.

ОХРАНЯЙ. ЕСЛИ ЧТО — БУДИ.

Короткий всплеск отклика. Я почувствовал ее сосредоточенность она поняла мою команду. По крайней мере, мне так показалось.

Душильник тоже шевельнулся, будто обиделся, что ему не поручили ничего. Я мысленно похлопал его по одному из щупалец.

ТОЖЕ СЛУШАЙ. ЕСЛИ ЧТО — БЕЙ.

Он моментально успокоился.

Я закрыл глаза и тут же провалился куда-то в глубокое, теплое, мягкое ничто.

Наконец-то сон.

Проснулся я от странного ощущения вибрации в сознании. Тревожной вибрации.

Едва я разлепил глаза, как через связь ударил резкий, острый, почти колючий сигнал. Это была не просто настороженность, а тревога существа, почувствовавшего настояющую опасность.

Виа!

Я чувствовал, как она напряглась в корзине, готовая к бою и выпустившая шипы.

Она как будто кричала через связь: «опасность! опасность! опасность!»

Проснулся я после такого предупреждения мгновенно. Без переходного состояния «где я» и сонливой мути в голове. Открыл глаза и медленно, очень медленно огляделся, пытаясь понять в чем дело, и в чем, собственно, опасность. Через связь с Виа понять это было невозможно.

В землянке было спокойно. Привычный полумрак, который слегка рассеивали залетевшие светлячки. Клык всё так же лежал на лежанке и тихо, но непрерывно стонал, будто во сне с ним происходило что-то плохое. Лорик рядом со мной зашевелился, почувствовав, что я