Дорога на остров Рю - Кори Кагэяма

– Ух ты. Нездоровые сны. А я в них был?

– Нет. Не появлялся ни разу, но ты вообще мне не снишься. – Она взялась за второй бокал. – Видимо, мне тебя и в жизни-то многовато!

Они одновременно засмеялись. Но Хитоми снова нахмурилась. Рассказ о снах давался ей с трудом. Однако она чувствовала, что если сейчас не расскажет Кейну подробности, то не скоро решится на это еще раз.

– А недавно появился… он.

Кейн тоже перестал смеяться.

– Появился? Кто? Тот, кого все ждали?

– Да… Этот человек…

– Этот человек? Расскажи о нем.

– Перед тем как он появился, туман исчез. Неожиданно сны стали яркими и дружелюбными. Но я знала, что тут есть подвох. На самом деле черный туман не исчез, нет! Он впитался. В здания, в людей, в моих друзей… Растворился в воздухе – будто исчез, но остался. И я сразу догадалась, почему так произошло. Это означало, что тот, кого все ждали, прибыл. Все было готово, чтобы его принять. Дома, дороги, автомобили будто созрели, чтобы ему было комфортно перемещаться по моим снам. Это были уже не мои сны…

Трубочка захлюпала на дне пустого бокала Кейна. Он не заметил, как напиток кончился.

– Он показался не сразу. Через пару ночей… – продолжала рассказ Хитоми. – Я знала, что он появился на улицах города, что где-то ходит… И еще знала, что он идет за мной. Этот человек…

– Так кто он такой?! – не удержался Кейн.

Хитоми недовольно стукнула его по руке.

– Вот ты нетерпеливый! Ты дашь мне рассказать или нет?!

– Прости, прости. Я просто увидел, что ты очень нервничаешь, и подумал, что лучше эту историю поскорее завершить.

– Я не нервничаю…

Хитоми была благодарна другу за то, что тот несколько разрядил обстановку. Да и сам он, похоже, выглядел повеселее, чем в начале разговора. Рассказ о снах Хитоми отвлек его от мыслей о предстоящей поездке к отцу.

– Я вообще хладнокровная. Как крокодил. Видал крокодила когда-нибудь? Вот я такая же. Всю жизнь в холодной воде и с острыми зубами!

– Ха-ха! Отлично. Давай дальше. У тебя очень интересные кошмары.

– Интересно ему… Слушай дальше. Только не перебивай. Это случилось недавно. Неделю или две назад. Сон оживился, наполнился радостью: солнце светит, лучи повсюду, люди улыбаются. Я вышла на улицу за домом – туда, где был старый рыбный магазин, помнишь? Иду без цели, осматриваюсь и чувствую, как руки мурашками покрываются. Аж все волоски поднялись – настоящий озноб охватил…

Хитоми поежилась, ей стало холодно даже под теплой курткой.

– Я оглянулась и увидела, что люди у меня за спиной куда-то поспешно разбегаются. В подъезды, в окна запрыгивают… Соскальзывают в водостоки и подвалы. Жуткое зрелище… Хоп – и никого. А воздух такой густой, что не только двигаться, но и дышать тяжело… И тогда в конце улицы появился он…

– Этот человек?

– Да! Не знаю почему, но я как-то сразу определила его в иностранцы. Наверное, из-за роста… Но я не представляю, где могут жить такие огромные люди. Настоящий великан – намного выше двух метров… Он был очень мощный. Широкие плечи, здоровенная грудная клетка – у него словно было тело быка. Точнее, я предполагаю, что у него было такое тело, сам-то он был в черном кожаном плаще до земли… И еще на нем была широкополая шляпа – как будто плетеная амигаса, покрытая лаком. Старомодная, тоже черная.

Кейн кивнул, но промолчал.

– Человек-бык в кожаном плаще и черной шляпе… Но это все неважно. Я его тогда и не разглядела толком. Не поверишь: я испугалась!

– Ты? Да, не верю. Хитоми ничего не боится, все в Западном Токио знают это.

– Я тебе правду говорю! Испугалась! До ужаса, до дрожи в коленях! Он стоял в конце улицы – далеко от меня. Я развернулась и попыталась побежать прочь, но едва смогла сдвинуться с места…

– Да! Знаю! – воскликнул Кейн. – Тоже такое во сне было… Как в лапше застрял, не пошевелиться.

– Именно так. Я увязла в густом воздухе, с трудом оторвала ногу от асфальта и сделала шаг. Потом еле-еле сделала второй. Из последних сил… Стены вокруг странно сместились, будто хотели закрутиться вокруг. Радовало одно: в таком киселе жуткий человек тоже не сможет меня догнать! Я обернулась… Он стоял прямо за моей спиной!

Кейн сидел с раскрытым ртом.

– Вот это ужас… – прошептал он.

– Ага… Навис надо мной – как черная гора.

Хитоми помолчала.

– Широкая шея, мощный подбородок… Такой и ногой не свернешь, даже если хорошо попадешь. Я не помню его лицо, только шею и выбритый подбородок. И черную шляпу-амигасу.

– И что было потом? Он напал? Он что-то сказал тебе? Вы подрались?

– Нет, ничего такого. Я проснулась. Но теперь сон повторяется. Каждую ночь. Такая вот история. Ну, в любом случае – пусть уж лучше эти кошмары, чем сны про маму.

– Да… И почему ты мне не рассказывала раньше? Столько времени молчала!

– Думаешь, оно того стоило?

– Хм… Может, и не стоило. Чем больше думаешь о кошмарах, тем сильнее они тобой владеют. Наплюй на эти сны, и они сами исчезнут. Мозг так устроен: если набралось много проблем, он их откладывает и переваривает потом, когда мы спим. Все эти туманы и страшные незнакомцы – лишь образы. Отголоски наших дневных нерешенных конфликтов и проблем. Наплюй и забудь.

– Брат всегда то же самое говорит: «Не забивай пустяками голову». Да я и не заморачиваюсь.

– Брат? Как он?

– Нормально… Ему непросто. Живет тем, что ждет встречи. Говорит, что соскучился. Давно не звонил. Я тоже очень по нему скучаю…

* * *

Господин Кихара глубоко охнул и открыл глаза.

Что это за место? Где он? Что тут происходит?

Вопросы захлестнули его на мгновение, но память быстро вернулась.

– Ах да… – Он облегченно вздохнул и провел языком по мокрым лоскутам, в которые превратились его губы. Вместо зубов в деснах были соленые дырки, наполненные кровью. – Конечно, конечно…

Он быстро все вспомнил и улыбнулся.

Боль пылающими волнами металась по коже, каждая рана отзывалась пронзительными вспышками в одурманенном мозге.

Господин Кихара посмотрел по сторонам. Справа и слева стояли двое – в кожаных фартуках до пола с огромными карманами. Фартуки прилипли к обнаженным мускулистым телам, покрытым татуировками. В руках стражники держали пустые деревянные ведра, с которых капала вода. Похоже, его только что окатили, чтобы привести в чувство. Лица обоих скрывались за черными звериными масками.

Сладкая и желанная боль на мгновение отступила. Взгляд сфокусировался на окружающей обстановке.