Красный Корпус IV - Илья Романов

— Ты не охренела, сука⁈ — сделал он шаг вперёд, буквально нависнув над девушкой, но та его не боялась. — Я сказал моей будешь, значит будешь!

К моему столику всё чаще стали оборачиваться остальные клиенты, да и музыка потише стала играть.

А я сидел, пил пиво и смотрел. Семейные конфликты — дело личное, лезть туда, крайним останешься. Конечно то, что он оскорбил девушку мне не по нраву, но и та особо за языком не следит. А дальше… посмотрим, что будет дальше.

Эта парочка всё набирала обороты и крыла друг друга матами. Напряжение в воздухе можно было хоть ножом резать. Екатерина уже готовилась его подносом по башке долбануть, а Игорь, как звали мужика, едва сдерживался и ещё сильнее сжимал кулаки.

Я заметил, как бармен, ну или трактирщик, внимательно наблюдал и точно был готов вмешаться. Да и остальные люди тоже, что мне понравилось. Было бы хуже, увидь я здесь полное равнодушие и безразличие. Тот же Бивень пусть и заливал в себя пиво в три горла, но глаза неотрывно следили за Игорем. Это его человек и ему за него отвечать.

Но семейную драму прервали. Дверь таверны распахнулась и внутрь зашёл Саша.

Раздался пронзительный звук струн гитары, музыка стихла окончательно, как и разговоры. Вся таверна будто замерла в ожидании.

Перун медленно, очень выразительно обвёл взглядом помещение и некоторые мужики, встречаясь с ним глазами, аж трезвели в моменте.

Но вот он заметил меня, широко улыбнулся и двинулся к моему столику в абсолютной тишине, отчего было хорошо слышно скрип половиц.

Екатерина и Игорь явно подумали, что он идёт к ним и разногласия между ними, как ветром сдуло. Девушка осторожно, натянуто и виновато улыбнулась, а мужик вместе со своими прихлебалами сделал шаг назад и выставил ладони вперёд в мирном жесте.

— Перун, я это, всё нормально! Не знал, что придёшь! Выпьешь с нами⁉ Мы только из рейда, Бивень проставляется! Угостим тебя, всё за наш счёт! — тараторил он, как из пулемёта, а лицо его покрылось потом.

— М-м? — остановился Саша и несколько раз моргнул, вглядевшись в лицо мужика. — А ты кто?

— И-игорь…

— Нет, И-игорь, — подавил зевок Перун. — Пить я с вами не буду, — посмотрел он на меня, увидел пустую тарелку в руках Екатерины и кружку пива на моём столе. — Командир, а мне пожрать ты заказал?

Десятки глаз в полном шоке уставились на меня, а Игорь и вовсе икнул, медленно-медленно бочком убираясь подальше. Девушка почему-то побледнела, да и бармен напрягся.

— Так это правда?… Перун команду нашёл?…

— Я думал слухи…

— Охренеть…

Такие шепотки звучали отовсюду, но я не обращал внимания.

— Ты сказал, что задержишься, — пожал я плечами, а мой негромкий голос было хорошо слышно в этой тишине. — Откуда мне знать, сколько тебя ждать? Остынет ведь!

— И то верно, — хмыкнул Саша и уселся напротив меня, а затем посмотрел на девушку. — Кать, мне как обычно.

— Х-хорошо! — пискнула она и убежала.

Перун ещё раз оглядел людей, недовольно скривился и гаркнул:

— Чё вылупились⁈ Дайте пожрать нормально!

Таверна вновь ожила, как по щелчку пальцев. Все сразу же потеряли к нам интерес, хоть и косились и продолжали шептаться.

— А ты здесь популярен, — усмехнулся я.

— Да была пара эпизодов, — поскрёб он щеку пальцем. — Потом как-нибудь расскажу. Что ты там пьёшь? Тёмное? Неплохой выбор! Закончил со своими планами?

— Да, — кивнул я. — Сейчас поедим и возвращаемся. На той стороне дел ещё воз и маленькая тележка.

— Привыкай, командир, — хмыкнул он.

Заказ Саше принесли практически сразу, будто его и ждали, а вместо одной кружки пива сразу три. Тот накинулся на еду, будто всё это время на голодном пайке сидел.

А я сидел, хлебал тёмное, смотрел на него и, отслеживая реакцию местных, думал… Что там за эпизоды такие, раз он всех рейдеров в таверне своим появлением до трясучки напугал?

Глава 28

Столица Российской Империи…

Хрустальный дворец…

Вечерние сумерки сгустились над Москвой, жизнь в которой не останавливалась ни на миг. В этот день, согласно установленной ещё прежними императорами традиции, новобранцы Красного Корпуса официально заканчивали своё обучение и обязательную службу. Перед каждым из них вставал выбор, продолжать служить на благо Российской Империи в составе Корпуса или покинуть его и уйти с теми знаниями, что они приобрели.

Но всё это дело будущих дней, сейчас же для молодых людей Хрустальный дворец распахнул свои двери. Сегодня их день, когда стоило блеснуть перед глазами благородных гостей праздника, показать себя, наладить нужные знакомства или просто отдохнуть, ведь учёба прошла, а дальше был только выбор.

Приглашённые музыканты играли классические мелодии, под которые люди в центре зала крутились в танцах. Вышколенная прислуга разносила напитки, а длинные столы вдоль стен изобиловали закусками, дабы унять лёгкий голод гостей.

В этот вечер практически весь благородный цвет нации присутствовал в Хрустальном дворце. Пусть не все из них были главы своих родов, а другие родственники. Кто-то и вовсе послал бастардов, но это мало кого волновало. Сегодня у Красного Корпуса праздник и каждый из гостей не желал упускать момент.

Машина с гербом графского рода Демидовых остановилась у главного входа. Сурового вида гвардеец вышел из машины сопровождения, открыл дверь и подал руку, помогая своей юной госпоже выйти наружу.

— Спасибо, Николай, — лучезарно улыбнулась Варвара Демидова.

Юная девушка пригладила несуществующие складки на тёмно-синем платье, причудливые линии узоров на котором у подола будто бы пульсировали, отчего низ платья словно бы источал туманную дымку. Длинные перчатки, закрывающие руки почти до самых плеч, идеально гармонировали с нарядом, а грозовые сапфиры в серёжках и ожерелье, дополняли образ хозяйки. Весь внешний вид Варвары кричал о богатстве рода, а её юная красота ещё не распустившегося цветка не оставила равнодушным любого юношу, что видел её.

Она не могла заявится на сегодняшний бал без кавалера, в отличии от мужчин, у женщин в этом плане было всё гораздо строже. Только с родственником, либо же с будущим женихом. Вот только в этот вечер такие условности род Демидовых мало интересовали. Да, нарушение традиций, но на это закроют глаза. То, что не позволено слабому, позволено сильному. Особенно, если он приближенный императора.

Поэтому Варя не сдержала улыбку, когда к