Гость из будущего. Том 5 - Владислав Викторович Порошин

— Явились на концерт после разгрузки товарняка? — прошипел я, отлично понимая из-за чего наши коллеги не в форме.

Тут из мужской гримёрки выскочила актриса Виктория Лепко. Она сегодня работала администратором и отвечала за различные организационные вопросы, такие как очередность выхода артистов на сцену, за чай, кофе, минералку, сок и последующую автограф-сессию.

— Трещалов уже открыл глаза, — сообщила она мне и Кочаряну. — Я ему нашатыркой натёрла виски, и ему кажется немного легче. А вот у Лёвки Прыгунова ноль реакции.

— Значит сегодня выступим без Володьки и без Лёвки, — по-философски заметил Высоцкий. — А они в следующий раз отработают за двоих. Это хорошие парни, я их знаю.

— Может быть им ещё и деньги заплатить, а Володя? — возмутился Крамаров.

— Давайте этот вопрос решим коллегиально, голосованием, — ответил Саве Высоцкий.

— Потом помитингуем, проголосуем и устроим политинформацию, — прорычал я.

— Правильно, давайте сейчас сосредоточимся на концерте, — поддакнул Олег Видов. — У меня отчего мандраж.

— Может тогда по коньячку? — хмыкнул Высоцкий. — Викусенька, дорогая, организуй, — обратился он к актрисе Лепко.

— Аха, сейчас всё брошу и побегу в ликёро-водочный, — хмыкнула Виктория Лепко. — Феллини, как начнём программу? Кто первый, кто второй, кто третий?

— Значит, дорогие товарищи артисты, поступим так, — проворчал я. — Про коньяк пока забыли. Два тела уже самоорганизовались на базе алкогольной зависимости. А концерт начнём следующим образом: занавес открывается, и Высоцкий у микрофона с гитарой наперевес исполняет «Утреннюю гимнастику», а мы шеренгой выходим на сцену как диванные спортсмены и начинаем приседать, прыгать на месте и так далее.

— А что, это мысль, ха-ха! — обрадовался Сава Крамаров. — Это будет смешно.

— И я с вами? — спросил Левон Кочарян.

— Обязательно, — кивнул я. — У нас на афише заявлен фильм «Увольнение на берег», вот ты и расскажешь, как проходили съёмки.

— Что дальше? — спросила Виктория Лепко, делая пометки в блокноте.

— Народ посмеётся, похлопает, я же подойду к микрофону и представлю каждого артиста по отдельности, — ответил я. — Затем у нас встык сольный номер Крамарова. Пусть зрители ещё немножечко поржут. Как говорит Леонид Гайдай: «Люди так тяжело живут, пусть хоть немного посмеются».

— Про что мне их смешить? Про раков или про бюрократов? — хохотнул Крамаров.

— Начнём, пожалуй, с раков, бюрократы пойдут на закуску, — буркнул я. — Далее я и Олег Видов скажем два слова про детектив, который шагает по планете, и которому рады взрослые и дети. И споём песню «О чём плачут гитары».

— А мы? — из женской гримёрки одновременно появились Нонна и Марианна.

— Потом выступят наши милые и самые красивые барышни в мире, — кивнул я девушкам. — Тоже пару слов о детективе и песня «Любовь настала». Остальную программу скорректируем по ходу дела. Сначала посмотрим, как на песни и шутки будет реагировать публика, которая собралась в зале.

В эту секунду прозвучал первый звонок.

— Ни пуха ни пера! — пророкотал Высоцкий.

— К чёрту! — хором рявкнули мы.

* * *

Актовый зал ДК «Железнодорожников», который чем-то напоминал древний амфитеатр, лично мне понравился сразу. Во-первых, 700 мест, а это более чем приличная вместимость. Во-вторых, просторная сцена полукругом выдавалась немного вперёд, что несколько ломало незримую черту между артистами и зрителями. Кроме того, зрительские кресла стояли под таким углом, что каждый человек прекрасно видел всё происходящее на сценическом помосте. И не важно куда был куплен билет: в партер или на балкон. И всё это создавало уютную домашнюю атмосферу.

«Вдох глубокий, руки шире, / Не спешите, три-четыре», — хрипел Высоцкий у микрофона, пока ещё в одиночестве находясь на сцене. Мы же выстроились в правой кулисе и ждали окончания первого куплета. Олега Видова отчего-то немного потряхивало, и эта нервная дрожь передавалась всем подряд. Даже я стал немного нервничать и сомневаться в удачности концерта. И вдруг из служебного коридорчика нарисовались две взлохмаченные личности с раскрасневшимися довольными лицами.

— Феллини, мы в форме, — пробормотал актёр Трещалов, обдав нас перегаром. — Всё окей.

— Чтобы я хоть раз проспал концерт, да никогда, — хмыкнул Прыгунов.

— Мальчики, вы совсем того? — покрутила у виска Марианна Вертинская. — Выпили, так идите спать.

— Не хорошо, старики, поступаете, — пробасил Лёва Кочарян. — Так не делается.

— Пошли-пошли-пошли, — затараторила Виктория Лепко, когда Высоцкий на сцене закончил первый куплет.

И Сава Крамаров, который первым стоял в шеренге, пошагал под свет театральных софитов. Он высоко поднимал колени и улыбался как самый настоящий Петрушка. За ним так же бодро двинулась Нонна. Она была одета в брючный костюм и тоже легко поднимала колени. Однако за Нонной на сцену поспешила Марианна. Актриса приехала на концерт в длинном платье в пол и вместо физкультурного задорного шага мелко семенила ногами. Далее принялись маршировать Олег Видов и Левон Кочарян.

— На сегодня для вас, товарищи бойцы с алкоголем, концерт окончен, — прошипел я на Трещалова и Прыгунова и, нарисовав улыбку в 32 зуба, пошагал на сцену.

'Очень вырос в целом мире / Гриппа вирус — три-четыре! / Ширится, растёт заболевание.

Если хилый — сразу в гроб! / Сохранить здоровье чтоб — / Применяйте, люди, обтирания', — хрипел Высоцкий, а мы в это время под гогот переполненного зала изображали как обтираем друг друга снегом.

И тут первые ряды буквально согнулись пополам. Так как на сцену неровной походкой выбежали Владимир Трещалов и Лев Прыгунов. Эти тоже стали «обтираться снегом», как вдруг Прыгунов, пошатнувшись, чуть не рухнул на деревянный настил. Он в последний момент успел схватиться за штаны своего товарища и теперь эта парочка изображала перевёрнутую букву «Ч». Причём Трещалов пытался вернуть Прыгунова обратно в вертикальное положение, но это ему никак не удавалось.

— Ха-ха-ха! — захохотал прямо в микрофон Высоцкий. — Извините, товарищи, произошла небольшая техническая накладка.

Затем Владимир Семёнович выдохнул и, снова ударив по струнам, запел:

Если вы уже устали —

Сели-встали, сели-встали.

Не страшны вам Арктика с Антарктикой.

Главный академик Иоффе

Доказал: коньяк и кофе

Вам заменит спорта профилактика

Само собой мы под эти песенные строчки дружно принялись приседать. Один раз присели и Трещалов с Прыгуновым. Присесть-то они присели, а встать уже не смогли. И теперь перевёрнутая буква «Ч»