Не брат я вам, хоть и Гримм. Часть 2 - Денис Владимиров

можно просить. Все из-за моего выбора жизненного пути, когда я в восемнадцать поставил батю перед фактом, что подал документы и прошел в наш ЗГНТУ. А вся их муштра, но главное, прыжки всю жизнь по чьему-то свистку — это не предел моих мечтаний.

Уже когда оказался дома, после того южноамериканского инцидента, отец сказал во время кухонных посиделок: «Тебе повезло, что засадили вам тупые криворукие обезьяны». Он выразился бы жестче и цветистее, но мама и сестры рядом дисциплинировали, в отличие от брата, который полностью был на его стороне. Глава нашего семейства прилетел сразу из Африки, только узнав о случившемся со мной от мамы.

Вновь начался бесконечный спор и доказательства его правоты:

— Вот видишь, Ира, это мирная жизнь, про которую ты мне все уши прожужжала, пытаясь заставить понять и принять его выбор. Ладно, Лешка, там я тебе пошел навстречу. Но вон он сам за ум уже взялся, жалеет, что столько времени зря потерял на всяких экономических х… Старлей… У нас! — уважительно. — А не где-то! От судьбы не уйдешь! Этот же… из нормального университета сейчас бы выпускался — Спецназа, дальше скауты у нас в Арктике! Такие перспективы были. А он глазик бармалеям подарил! Сколько сил угроблено… — поревел взгляд на меня, как артиллерийское орудие навел. — Вас выжило двое. И ведь никого из врагов вы не убили! Не отомстили. Там… Там даже не герилья недорощенная была, а наробарыги, с которыми у вашего Педручи — не любил отец любых американцев и всех так называл по имени какого-то своего постоянного соперника из их ЧВК «Белоголовых». — Он, олень и идиот, несмотря на башку размером с холодильник, зачем-то в бутылку полез. Да, именно он причина ваших бед! Дебилоид! Проложили бы вы трассу на несколько километров левее или правее, как наркобароны предложили. Это был выход из конфликтной ситуации, даже деньги они предлагали на поддержание проекта. Нет, уперся ветвистым рогом. Вот местная шпана, нанюхавшиеся кокса, сто процентов обдолбанные в ноль, вас победили, достав откуда-то из сараев еще советских Подносов… — поиграл желваками. — У них даже на дроны привертеть заряды не хватило мозгов! Мне стыдно! Неужели за какие-то четыре года у тебя все из башки вылетело, как у танка башня от прилета Фиалок улетела за три… мгм…? А все твои достижения… ты же для себя, говорил, старался, все это ожидаемо оказалось херней? Сколько стволов было у вашей охраны? Звук ты слышал. Вывод? Да он размывается… Джунгли все же. Но неужели с картами предварительно не ознакомился? И непонятно откуда могли долбить? Предполагаемые места? Почему с начала и до конца ворон ловил? На одном месте. Тебя к нему приклеили? Почему не уходил? Как пацан малолетний! Тебя с семи лет готовили… Не в коня овес, коль он конь! В пальто! Видимо, не зря ты пошел по другой стезе, один черт, никакого бы толку не вышло. Идиота кусок! Твоего друга, товарища убили! А если бы на его месте Джанго был? И мог… Хорошо хоть этотого разпиз… мгм… не взяли. Тоже остался бы без глаза или без башки! Черный, еще и одноглазый. Он хоть и долбо… мгм… клюй, но правильный. А всех ваших товарищей плохих, хороших в минус! Ты же… Этих ган… Любителей… А их нужно было брать, давить и гасить. Это все твоя чертова латынь, философия и дебильный пописикай или как там… шушу? Рестлеры МаМаАй? Настоящее боевое искусство… ВоЕны…

Я не стал возражать, как и проговаривать очевидное, что ни разу не упоминал ни про свою боевитость и вОинство, ни то, что какие-то боевые искусства превосходили их методики, направленные на одно — убивать. Как и не занимался ни ушу, ни ММА, ни кёкусинкай. Он это и без меня знал прекрасно. Не стал возмущаться, что батяня нарезал мне задачи минимум, как для Рембо. Промолчал. Все же разведка у него работала, уже и выяснил всю подноготную: кто, почему, зачем и как. Не удивился бы, если он фотографии отрезанных голов продемонстрировал. Сам всегда стоял за семью, неважно какие у нас между собой отношения, и во всех вбивал эту черту — от сестер до нас с братом.

И еще один флешбек вдогонку к первому. Они всегда шли парой. Вот что значит, когда мозги и память, пусть и чужие, но вокруг раскидало красочно и много.

…Мне четырнадцать. Проходил мимо обычных мусорных контейнеров, выставленных возле подъездов. Рядом с крайним три большие коробки, составленные небрежно друг на друг, из верхней торчал золотой кубок. И пожилой мужчина, превосходно одетый, левой рукой держался за сердце, а правой схватился за край решетчатой конструкции для сбора пластиковых бутылок. Я не прошел мимо, подошел. Спросил:

— У вас все хорошо? Может, скорую вызывать?

— Ничего не нужно, парень, ничего. Сейчас отпустит. Просто вышел воздухом подышать, увидел вот их, — чуть подрагивающим пальцем указал на коробки. — Думаешь, это мусор? Нет, дорогой, это жизнь. Вся жизнь Егора Семеновича Ерохина, заслуженного мастера спорта по тяжелой атлетике, все его достижения — вот эти никому ненужные три коробки. Пацан, три коробки. Всего. Медали, грамоты, кубки… И это на помойку. Эх, жизнь наша жестянка… Стремишься к вершинам, вроде бы достигаешь, а конец все равно один. Зачем жилы рвал, бедолага, света белого не видел? Хороший был человек. Хороший. Настоящий. Только кому это все было нужно? Ему? И что после него осталось? Ну вот я медаль одну возьму в память о нем… И все. Да, что ты понимаешь… Спорт, спорт… Все это для дяди, а сам жизнь не пожил. Не видел ее, спортзалы и железо. Все делал для кого-то… Хотя кому я это говорю. Инвалидность зато получил, немного не дотянул. Эх… — махнул рукой горестно. Постоял, подумал. — Малец, постой. Посторожи от бомжей, сейчас набегут, и все на металлолом утащат. Я машину подгоню — загрузим. Ты же из тридцать первой школы?

— Да.

— В какую смену учишься?

— Во вторую.

— Есть у вас сейчас какой-нибудь уголок с достижениями учеников? Нечто вроде аллеи памяти?

— Не знаю, — действительно, ни разу не задумывался.

— Вот и выясним. Да, перед уроками загодя зайдешь, поможешь донести коробки от ворот и до охранника на входе, и кого-нибудь мне из дирекции позовешь. Так просто, сам понимаешь, не пропустят. Подъезд вот этот, квартира двести два. Позвонишь. Домофон работает. Наград-то много. Хороший был человек. Гордиться нужно… Пока для города, области, страны достижения брал — много разных людей вокруг мелькало, все больше из администрации. Как позвоночник повредил