Код волхва. Книга 3 - Алексей Даньшин

ещё мысленно прокручивал результаты побоищ. Три крупных войска. Печенеги, передовой отряд и основные силы Болеслава. Осталась небитой только пехота, которая пошла по воде на соединение со Святополком к Мозы, и там её не меньше, чем пара тысяч. И тысячи две у самого Святополка.

И с той стороны у меня никого не было. Только дозоры по двое-трое бойцов ниже по реке.

Я прикинул свои возможности и задумался.

Горемысл ведь не просто так планировал со мной встречу на стрелке Припяти и Днепра именно в ту субботу. Скорее всего, ему надо было решить вопрос с моим участием в этой войне до того, как Святополк двинется вниз по реке на Киев. А то, что я сдвинул встречу на неделю и он это, с сомнением, но всё-таки принял, означает, что дядька двинет войско точно не раньше этой субботы. Точнее, не так: он будет с войском проходить из Припяти в Днепр не раньше субботы. Не знаю, чем закончится там наша встреча с Горемыслом, но, похоже, мне после этого ещё предстоит пообщаться и с нелюбимым дядькой-братоубийцей, и с его войском.

…

След небольшого отряда, уходящего на конях из разгромленного Еленой лагеря, отыскался уже через пару часов. Четверо всего. С заводными лошадьми. Как они вышли из зоны действия звукового амулета, я так и не понял. Но, похоже, парни и правда были не простыми. И сами ушли, и Болеслава прихватили. Кто там с ними ещё был, пока не понятно, но, думаю, мы с ними со всеми как-нибудь встретимся и поговорим.

Елена, надо отдать ей должное, не рванула в погоню, а чётко следовала моим приказам.

В четверг вечером, когда мы уже встали лагерем на небольшом лугу недалеко от слияния Припяти с Днепром, она доложила мне, что наконец-то они перелопатили всех убитых и уже валятся с ног от усталости. Естественно, они не стали всех обыскивать и стаскивать трупы в одну кучу. Ограничились внешним осмотром и сбором оружия и кошелей с поясов. Наши подводы прибудут к ним только через пару дней, поэтому ещё было время поковыряться в трофеях. Но я ей сказал то же самое, что говорил Драговиру, чтобы не лезли к разлагающимся трупам. И ещё попросил лица замотать мокрыми тряпками. Я понятия не имел, спасут ли мои амулеты от инфекций. Про это вообще как-то раньше не думал, а теперь вот перебирал с Никой весь известный нам рунный код, чтобы отыскать нужные алгоритмы для защиты от вирусов и бактерий. И пока не находил.

…

…

В пятницу на связь вышел Остромир.

— Княже, может, мы уже домой табун погоним? Чего тут ещё ждать-то?

— Хорошо, — согласился я. — Только смотрите в оба. Я не уверен, что только Эржипа наши польские недруги успели соблазнить. Вполне возможно, встретитесь ещё с кем-то. Так что не расслабляйтесь там. Передовой и боковые дозоры, и замыкающих поставьте. Ну, не мне тебя учить!

— Сделаем, княже, — он заметно повеселел.

А я мысленно уже прикидывал нашу завтрашнюю встречу с Горемыслом. Раскиданные Алёшей вокруг в радиусе пары километров маяки пока молчали. Никого он заранее на место стрелки не послал. Значит, или так в себе уверен, или действительно хочет договориться.

…

Когда до рассвета ещё оставалось пару часов, и сон был самым крепким, меня разбудила Ника.

— Лодка. Один человек. Не торопится. Похоже, он.

— Расстояние?

— Полтора километра. С его скоростью перемещения по течению — шестнадцать с половиной минут.

— Ясно. Тогда начинаем.

Алёша возник рядом с моей палаткой практически бесшумно.

Гребцы спали частично в стругах, а кто-то и на траве. Шестеро несли дежурство возле костров, несмотря на то что можно было бы и им поспать. Ника бы меня предупредила о вторжении. Но расслабляться никому не стоило.

Я вышел на берег и всмотрелся в туман над рекой. Солнце ещё не показалось над горизонтом, но небо на востоке уже посветлело, и было понятно, что рассвет уже скоро.

Еле слышный скрип уключин я уловил краем уха ровно в тот момент, когда из тумана показался нос небольшой лодки. На вёслах действительно сидел один мужик, укутанный в чёрный саван. На ум пришла аналогия с Хароном на реке Стикс. Очень символично получилось.

Как мужик разбирал дорогу в таком тумане, было не понятно, но он уверенно правил к тому месту на берегу, где стояли мы с Алёшей.

Лодка уткнулась носом в пологий берег и слегка зарылась в песок. В предрассветной мгле краски были плохо различимы, но я заметил, какие бледные у него кисти рук, когда он отпустил вёсла.

Мужик поднялся, сделал несколько шагов и спрыгнул с лодки на берег одним пружинистым движением.

И сразу же ударил.

Перед глазами у меня пошли трещины, через которые в мозг вдруг хлынул поток сплошного рунного кода буквально из всего, что нас окружало. Из воды, песка, камней, камыша, лодки, травы, деревьев на берегу… даже из воздуха. Этим потоком, казалось, меня просто сносит, как цунами, вымывая из меня всю энергию и не давая даже вклиниться в разрывы между строчками кода. Разрывов просто не было.

— Это DDOS, — прошумела в голове Ника, пытаясь прорваться к моему сознанию через непрерывную лавину данных, состоящую из базовой структуры этого мира.

Алёша упал первым. Все энергетические каналы и управляющие контуры синта испытали колоссальную перегрузку и вышли из строя практически мгновенно.

Моё внутреннее ядро ещё держалось, но счёт шёл на секунды. Я с неимоверным трудом поднял руку и щелчком пальцев послал в Горемысла камень с алгоритмом «пиявки», который когда-то меня спас на дуэли с Корнеем Заболотным. Мой последний шанс. Но, едва долетев до тела врага, тот шлёпнулся на песок, так и не выполнив своего предназначения.

Ядро было пусто. Я отчётливо понимал, что это конец. На остатках энергии ядра Ники я тоже долго не протяну.

Колени у меня подломились, и я почувствовал, как падаю на песок.

…

…

Глава 28

Поток рун сперва немного утих, а потом как-то резко пошёл на спад. Похоже, у моего гостя у самого энергии далеко не бездонный колодец.

Моё внутреннее энергетическое ядро я ощущал как абсолютно пустую яму. Но сознания я не потерял, поэтому сумел повернуть голову и посмотреть в сторону мужика.

Постояв ещё пару секунд на месте, он вдруг откинул капюшон и сделал