Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

сразу после коронации брата, меня насильно выдали замуж за его сподвижника Ланского, а потому я была полностью исключена из семейных вопросов. Знала только, что состояние младшего брата ухудшилось и его поместили на лечение.

Покуда мы разговаривали, наш летун, как и машина сопровождения, быстро пошли на посадку прямиком на только что нанесённые кресты разметки, которые уже медленно размывал мелкий дождь. Сказать по правде, я поначалу даже не понял, какой смысл в подобном позиционировании места посадки, потому как, по моей памяти, агент «Шипов» как лихо взлетел, так и не менее ловко сел возле Тимирязевки.

Только потом до меня дошло, что тогда, два года назад, мы приземлились на фактически пустую ровную улицу, а сейчас пространство под нами ограничено, так что можно легко повредить летун или вообще кого-нибудь зашибить. Более того, если высунуть голову из летуна и посмотреть вниз, то из кабины просто не видно, что там происходит. Поэтому Зиновий пользовался расположенным перед ним этаким зеркальцем, которое он поднял из приборной панели над рулём. И уж не знаю, как это там работало, но на нём сейчас как раз и было видно медленно приближающийся белый крест.

Касание, и окончательное приземление аппарата произошло очень мягко. Здесь, судя по всему, Громовым дали ну очень жаркий бой, последствия которого мы видели сверху. Впрочем, из-за дождя и покрытых жёлто-рыжей листвой деревьев, только сейчас я заметил два ряда мёртвых тел, аккуратно уложенных на уже пожухлом газоне.

Одни были в тёмно-синей форме гвардейцев клана Громовых, а вот вторые, выложенные чуть поодаль, сразу привлекали внимание ярко-красными мундирами парадной одежды княжеских гвардейцев. Впрочем, так одеты были не все покойники, а только часть, другие же носили при жизни не обычную одежду, а странные мужские платья, которые я видел у некоторых представителей азиатских полисов во время недавнего рокового аукциона.

Но привлекли мое внимание не они, а мертвецы, с ног до головы одетые в чёрное. И вроде ничего здесь такого нет, я сам постоянно хожу в чёрной чародейской форме, будь то академическая или клановая. Вот только фасончик одёжки на трупах вовсе не походил на наши отечественные бушлаты, но при этом показался мне издалека каким-то знакомым.

Выбравшись из летуна и подав руку Ольге Васильевне, я ответил на пожатие вначале подошедшего к машине Александра Олафовича, а затем и Никиты, который выглядел довольно бодрым, но сильно потрёпанным. Левая рука у него была полностью забинтована и покоилась на перевязи, а лоб и правая половина лица туго замотаны марлевой повязкой, на которой видны были пятна крови.

— Что с тобой? — спросил я его, когда после взаимных приветствий глава Громофвых и Ольга Васильевна начали о чём-то переговариваться.

— Да… здесь та ещё бездна была… — отмахнулся парень. — А так, в руку железку метательную загнали, подрезав сухожилия. Так что сейчас она просто не рабочая, но это ладно. Дома починят чаровники. А вот с рожей… Это меня чуть позже посмертным проклятием зацепило. И это уже, боюсь, навсегда. Глаз, во всяком случае, не просто не видит, а сто процентов мёртвый. Придётся удалять…

— Э! Плохо, — покачал я головой. — Как же ты так…

— Да, один из этих уродов, — Никита махнул рукой в сторону трупов в чёрном, — как его добили, вдруг резко весь вздулся, и из всех щелей газ из себя какой-то выпустил. Егор… — он махнул рукой уже в сторону мёртвых Громовых, — вообще увернуться не смог, а я едва отскочил, но всё же задело, — он тяжело вздохнул. — Половина лица мгновенно омертвела.

— Подожди, — нахмурился я, кое-что вспоминая. — Ну-ка…

Не говоря больше ни слова, я, повернувшись, зашагал к трупам, и Никита, проводив меня взглядом единственного глаза, последовал за мной. Неудивительно, что одёжка этих «чёрных» показалась мне какой-то знакомой. В памяти сразу всплыл единственный выход за Стену на патрулирование и такие вот гаврики казанянской наружности, посыпавшиеся внезапно с ветвей деревьев и атаковавшие нашу учебную группу.

Если бы не рука прикрытия, которую тогда тайно организовали наши кланы, там бы нас всех из себя таких перспективных и порешили. Даже Марфа Александровна вряд ли смогла бы выжить… Хотя, скорее всего, кого-нибудь да забрала бы с собой.

— Ольга Васильевна, Александр Олафовичь, — крикнул я, привлекая к себе внимание старших. — Подойдите, пожалуйста!

— Что такое? — кня’жина и глава Громовых, переглянувшись, выполнили мою просьбу, после чего блондинка, посмотрев на трупы, с удивлением произнесл: — О! Шиноби⁈

— Шиноби? — мы все посмотрели на неё, ожидая пояснения, после чего мне вдруг вспомнилось, что свою «Мисахику» я как раз скопировал из воспоминаний предка, который называл себя как-то очень похоже.

— Да, если судить по одёжке, это одарённые с японских островов. Они у них там делятся на «шиноби», или по-другому «ниндзя» и «омёдзё». Первые те же наши чародеи, хоть и со своим колоритом, а вот вторые, сплав наших чаровников с кудесниками и европейских магов. Хотя клан и полис я по внешнему виду уже не определю… — потирая подбородок, объяснила женщина, после чего развела руками. — Я моложе твоего возраста была, Антон, когда меня этим премудростям учили. Сейчас помню только самое общее.

— Пофиг на клан, — покачал я головой. — Важно, что такие вот гаврики во время моего последнего выхода за стену организовали на мою учебную группу нападение. Их тогда тайно организованный нашими кланами охранный отряд всех положил. А иначе бы…

— Вот даже как, — нахмурился Громов, тяжёлым взглядом уставившись на трупы. — Их и вот тех вот… — сужчина махнул руку в сторону мужчин в платье, — целый небоскрёб был. Уж не знаю, как они в полис просочились, — глава Громовых вновь посмотрел на меня. — И надо сказать, ребята они были сильные и хорошо обученные. Я не говорю про наши потери, хоть они и немалые, они были бы в разы больше, если бы нас здесь ждали. Но главное, если бы наш патруль не перехватил неподалёку сбежавшую из небоскрёба медсестричку, мы так и не обратили бы внимания на эту группу. И страшно представить себе, что бы она могла сотворить, внезапно напав на нас в критический момент.

— А почему нас не позвали? — вздёрнув брови, спросил я, а потом пояснил: — Я вовсе не сомневаюсь в доблести ваших людей, просто вдвоём нагрузка на клан была бы куда меньше.

— Знал