Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

объявить Черемисиным войну. Так что она вполне могла просто захватить весе местные паровики и сжечь к уроборосовой матери сам ангар… Но она бы так поступила только в крайнем случае, который, собственно, так и не наступил, потому как представитель противоположенной стороны внезапно взял, да и умер.

То же, как она решила данную ситуацию, по мнению Марфы Александровны, будет сродни живительному подзатыльнику, который должен напомнить Черемисиным, с кем стоит шутить, а с кем нет. Оставляя им шанс пойти на примирение с Бажовыми и извиниться, прежде чем они действительно серьёзно пострадают из-за своих действий.

Перемахнув через перила, женщина спрыгнула с балкончика второго этажа, где, собственно, и располагалась администрация, прямо на пол ангара. Отдав пару распоряжений охранявшим персонал чародеям, подбежала к головной машине колонны, медленно выезжающей их широко распахнутых ворот, после чего, вскочив на подножку, женщина ловко забралась внутрь кабины. Шофёр, обычный человек, видимо, из наёмных рабочих, а не клановых простецов, дёрнулся, когда Марфа Александровна плюхнулась в соседнее пассажирское кресло, а затем вежливо поздоровался и поспешил отвернуться.

Кавалькада из грузовых паровиков, сопровождаемая по обе стороны чародейским конвоем, выехала с территории черемисинской механизированной базы и, быстро набирая скорость, помчалась на север к стене полиса. Война в этих местах если и велась, то была не особо интенсивной. В основном местные кланы, занятые пищевой промышленностью, дружно объявляли нейтралитет, не желая окончательно ссориться ни с той, ни с другой стороной конфликта. Однако добиться от них сотрудничества в предоставлении техники было трудно.

Впрочем, то, что кланы не воевали, не означало того, что они наплевательски относились к собственным территориям и не следили за ними. Не раз и не два на всём пути отряд Бажовых вынужден был останавливаться, дабы решить вопрос прохода через спешно возведённые блокпосты. А пару раз, видимо, испугавшись большого количества бойцов в сопровождении транспорта, незваных гостей на границах поджидали готовые к бою и взвинченные клановые войска. И в этих случаях только опыт Марьи Александровны и нежелание местных командиров конфликтовать с крупным кланом Бажовых и, соответственно, со всеми ольгинцами, помогло предотвратить никому не нужную бойню.

* * *

— Что? — Глава Черемисиных аж вскочил, услышав срочные новости, принесённые ему. — Они убили Олега, после чего забрали обещанные машины и их шофёров и просто уехали?

— Именно так, — кивнул принёсший неприятное известие молодой человек в круглых очках с тонкой оправой, сжимавший под мышкой толстую кожаную папку для документов. — Оставшимся работникам базы было велено передать вам, что это первое и последнее предупреждение от Бажовых нашему клану.

— По какому поводу… — мужчина словно бы почувствовав что-то неладное, на мгновение замолчал, затем, пожевав губами, продолжил: — По какому поводу дано это предупреждение, известно?

— Да, — кивнул секретарь, поправляя очки. — Они сообщили, что Олег Юрьевич внезапно поднял стоимость аренды паровиков в несколько раз, что для них было совершенно неприемлемо, и попытался надавить на Бажовых авторитетом нашего клана.

— Идиот! — рыкнул глава клана, со злости саданув кулаком по столу, отчего лежащие на нём вещи подпрыгнули, а стопка рабочих документов так и вовсе разлетелась по всему полу. — Жадный глупый дурак! Ещё мой дед в подобных условиях поступил точно так же, как Бажовы. Клянусь, если бы он не умер, я бы собственноручно открутил ему голову! Выяснили, сам он такой умный, или присоветовал кто?

— Я уже распорядился провести расследование… — без особого выражения ответил помощник.

Мужчина плюхнулся в кресло и ещё какое-то время ругался, в то время как стоявший перед ним парень пусть и сохранял совершенно беспристрастное выражение лица и показное спокойствие, на самом деле тихо паниковал. Сам он был обычным простецом, которому просто посчастливилось родиться в таком клане, как Черемисины, и взлететь почти на самый верх благодаря своим талантам, а не наличию или отсутствию активной живицы в организме.

Клан Черемисиных в начале этого века под руководством как раз деда нынешнего главы модернизировался и постепенно переходил от классической военной мощи на, как тогда казалось, более перспективные рельсы экономического и политического доминирования в Москве. Ну а так как стихией клана была жизнь, а основными ударными силами всегда служили чаровники, которые в прошлом могли конкурировать в искусстве с теми же Сердцезаровыми или Костиными, областью развития будущего клана было выбрано именно животноводство, а следом уже и другое подземное сельское хозяйство.

Постепенно год за годом превращаясь из сборища чародеев в торговцев и фермеров, Черемисины ещё при отце нынешнего Главы, с целью стимулировать производство официально уровняли своих внутри клановых не одарённых с одарёнными. Позволив простецам быть не просто рабочей силой, а развиваться и расти в соответствии со своими знаниями, предпочтениями и талантами.

Так что такой выдающийся молодой специалист, ставший секретарём самого главы, можно сказать, плыл по жизни, не зная препятствий. В начавшейся же в полисе гражданской войне парень, всю жизнь находящийся под плотной опекой уважаемого и богатого клана, изначально видел в первую очередь возможность заработать, а следовательно, ещё сильнее упрочить своё положение.

Благо пример того, как это можно сделать, был у него фактически перед глазами. Сам клан, следуя простейшей логике, взвинтил отпускные цены на всю свою продукцию, так что старейшины и сам глава получали по пять-десять процентов дополнительной стоимости от каждого килограмма проданного в полисе мяса, а также свежих овощей и ещё больше от торговли мясной продукцией.

А так как почти весь бумагооборот проходил именно через его руки, и главой клана не контролировался, то парень вовсе не стеснялся приписывать к каждой отпускной сумме несколько процентов, которые потом оседали в его кармане. Ведь покупатели, которые могли нынче позволить себе подобные траты, на выставленные счета тоже особо не обращали внимания.

Это теперь были не бесчисленные колбасные и мясные лавки разных уровней Москвы, куда раньше напрямую поставлялся товар. Их эра ушла, сменившись в дни войны эпохой так называемых сетевых контор, которые за бесценок скупали пытающихся свести концы с концами и отбиться от поборов бандитов и наёмников лавочников, вместе с их персоналом и торговыми площадями. И за каждой такой конторой обычно стоял богатый промышленник или финансист, которые пока ещё, в силу новизны своего дела, особо не смотрели на отпускные цены продукции, покуда они не становились действительно возмутительными.

Ведь такая торговля, когда на прилавке в одном и том же уже привычном заведении есть и колбаса, и мясо, и хлеб, а в другом углу можно, не выходя их