Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

него даже не бой, а казнь. На войне часто особо выдающихся людей пытаются уничтожить, бросая весомые силы. Выходит, малец всё-таки затрахал британцев? Жаль что считай мертвец. Увы. Группа поляжет, если продолжит отбиваться. У англичан перевес в живой силе, да и в качестве бойцов. Ещё и барьер. А «седьмая» уже на пределе. Выбор очевиден. Неприятный конечно. Но единственный.

— Группа! — рявкнул Буря, отбиваясь от двух магистров. — Отходим! Прорываемся к своим! Бегом!

Алиса услышала приказ, замерла на секунду. Оторвалась от вражеского ассасина. На плече глубокий порез. Но и тому досталось, однако подлец не давал пройти до последнего. Она глянула туда, где за светящимся синим барьером обложенный Воробей готовился встретить смерть.

— Нет! — крикнула Алиса, надорвав связки. — Мы не можем его бросить! Я должна…

Буря прорвался к ней, схватил за плечо железной хваткой и потащил:

— Он не жилец! Мы ничего не сделаем! Останемся — все поляжем! Отходим!

— Но…

Валерий рявкнул ей впритык:

— Это приказ! Выполняй, или вырублю и понесу на плече!

И потянул её силой, пробиваясь сквозь толпу наёмников. Дед с кувалдой прикрывал. Остальные, отчаянно отбиваясь, следом за ним. Кирилл отстреливался эфирными техниками на последнем издыхании. Лучники отрабатывали по наитию, без прицела, дабы хоть как-то затормозить бритов. Один из них не успел отскочить от копья. Прошило ногу насквозь.

— Славик! — его подхватил товарищ.

Рядом споткнулся мечник. Тут же влетела эфирная пасть в виде питбуля и поглотила его. Развеялась, а на том и живого места нет — сплошной ожог. Будто подтаял. Другому сбоку прилетел топор. Глубоко. Мужик рухнул на колено, и сверху прилетел брошенный каплевидный щит, попав ему в затылок.

По итогу, «седьмая» всё же вырвалась из мясорубки. Их особо и не преследовали. Просто прогнали от добычи. Так что, можно сказать, повезло. Вот только каждый внутри чувствовал совсем иное. Они добежали до имперских резервов, что подтягивались на помощь.

— Всем… — тяжело дышал Валерий. — Всем стоять. Отдышитесь, придите в себя…

Семеро из десяти выжили. Запыхались, все в крови, изранены.

Алиса вырвалась из хватки Бури, обернулась, глянула на высокую эфирную стену, за которой остался Воробей. Эфирные вспышки застилали вид, ещё и грёбанный бесконечный снегопад! Видно паршиво. Вообще ничего не разглядеть!

Она сжала кинжал до боли в пальцах и выпалила дрогнувшим голосом:

— Мы его бросили! Бросили умирать…

Валерий опирался ладонями на колени, дышал тяжко, лицо красное, но каменное, без эмоций. Однако глаза… глаза выдавали — провал. Ему и самому было тошно от принятого решения, но он — командир и сделал всё, что требовалось.

— Выбора не было, — выдавил он хрипло. — Посмотри… Двоих потеряли. Остались бы — все полегли. Это правильное решение.

— Правильное, — повторила Алиса с горечью. — Да. Правильное. — она взглянула на него, в глазах всё — и злость, и понимание, и бессилие. — Он вытащил меня в первом бою. А я… я его бросила.

Кирилл стоял на четвереньках, поднял голову и посмотрел в сторону барьера, за которым скорее всего сейчас помирал Воробей. Пальцы сжали снег, челюсти стиснуты. Он подкалывал этого пацана в начале, не верил в него. А Воробей молча доказал, что надёжный. Меткий. Способный товарищ. И теперь он там, в толпе выблядков, а они ни хрена не могут сделать. Беспомощность была хуже боли, что он сейчас чувствовал, ведь и ослу было ясно — вряд ли мальчишку ждёт быстрая, лёгкая смерть.

Команда молча смотрели на барьер, где их товарищ встречал смерть.

Тем временем за эфирным барьером

Юный Воробей стоял в центре окружения. Мастера и магистры, все матёрые, все на опыте по поимке таких вот стоящих целей.

Кучерявый брюнет с пузиком, вскинул секиру на плечо:

— Ну что, птичка? Некуда лететь? Твои свалили, кинули тебя. Умно с их стороны, кстати. Мы бы всех перебили.

Худощавый хихикал:

— Сдавайся живым, паря! Тебе же лучше!

Лучник, тот самый, что первым стрелял в Александра, убрал лук, вынул из ножен меч:

— Хорош болтать, парни. Давайте прикончим его.

— Так за живого пятнадцать штук отвалят! — фыркнул худощавый.

— Живым он не сдастся, — угрюмо ответил лучник, осознавший, что пацан не так-то прост, смог увернуться от всех его стрел, ещё и под градом других выстрелов. Способный он точно. С наградой, конечно, в штабе переборщили. Столько золота за инициированного. Но это их проблемы. — Вперёд, народ. Хочу забрать бабки и свалить.

Магистр в металлическом рыцарском шлеме и кожанке, главный среди охотников, кивнул:

— Кончайте его. — Он оценивающе глянул на Сашку. — Инициированный второй ступени… не бой, а так — уборка мусора. — и взмахнул двуручником, от чего загудел ветер. — Последние слова, птенчик?

Юноша опустил арбалет. Болтов всего пять. На такую толпу не хватит. Да и без толку он сейчас в ближнем бою, когда обложили со всех сторон. Так что повесил арбалет на плечо. Вынул кинжалы. Первый с чёрной кожаной рукоятью и кривым клинком. Второй молочного цвета — из кости моржа. Оба заточены до бритвы, оба эфирные, лёгкие, идеально сбалансированные.

Принять стойку. Ноги чуть шире плеч, живот втянут, голову чуть вниз, прикрыв шею, вес на передних подушечках стоп, готовность к взрывному рывку в любую сторону. И посмотрел на врагов. На их самодовольные улыбки. На жадность в глазах. На убеждённость, что уже победили.

После чего ответил вялым голосом:

— Одно слово.

Магистр в шлеме ухмыльнулся белозубой лыбой:

— И какое же?

— Ошибка.

— Ошибка? — тот нахмурился.

— Верно. Думать, что я — лёгкая добыча.

Кучерявый заржал:

— Ох*еть! Он ещё угрожает! Инициированный угрожает магистрам! У тебя крыша съехала, птичка?

Остальные охотники хохотнули. Пока кругом шла битва, они чувствовали себя на этом островке богами, вершителями судеб. Мальчишку может спасти только архимагистр. Или с десятка полтора магистров. Вот только, кто бросит ради пацана такие силы? Никто. Да и нет их — все связаны боем. Итак едва держатся. И наёмники прекрасно понимали данный расклад.

— Поехала, ещё вчера, — тихо засмеялся Воробей. Его плечи затряслись. Но он сдерживал смех. Понимал: пора. Хватит игр. Либо он раскроется, либо умрёт. Выбор прост.

Магистр в рыцарском шлеме с двуручником, сдвинул брови. То ли ему показалось, то ли нет, но