Надеюсь, увидимся еще не скоро - Габриэль Коста

Я знаю тебя намного дольше и точно так же, как и семьдесят три года назад, не жалею ни капли, что защитил дорогих себе людей. Однако в этот раз, – он моргнул, и это уже давалось с трудом, – в этот раз я не только сохранил свое сердце, его не коснулась пуля… Главное, я не один. Прости, что не смог стать твоим будущим.

Минджу заплакала еще громче. Она все не могла понять, почему звук скорой помощи не приближался. Где все эти люди, когда они так нужны? До нее доходил смысл слов Джихвана даже через разрывающееся сердце. Случилось все так, как задумывалось. Иного исхода в их истории и быть не могло. Стечения обстоятельств и допущения начальства вновь привели к гибели Джихвана. В своей попытке защитить Минджу он не позаботился о себе. На какой-то жалкий месяц он вновь почувствовал себя живым. Ему подарили ничтожно мало времени. А может, и преподали урок: то, что произошло, исправить не в силах ни жнецы, ни начальство, ни сам Бог. Он смотрел на нее, а она, не веря своим глазам, наблюдала, как его глаза, грудь и руки загораются перламутровым светом. Тут и там начали появляться одуванчики. Их семена летали в воздухе. Джихван поднял на нее глаза.

–Мин-Мин, время пришло, – сказал он ровным голосом. – Ты должна знать. Я любил и буду любить только тебя. Впервые за столько лет я почувствовал себя счастливым. И еще больше радости мне приносит мысль о том, что я спас тебя. Но… мое время истекло. Прости меня, Мин-Мин…

Откуда-то вдруг заговорил знакомый спокойныйголос, и Минджу тоже услышала его:

– Согласно правилам жнецов – любой, кто пожертвовал своей жизнью, чтобы спасти чужую, имеет право стать работником отдела перевода душ, называемых иначе жнецами. Джихван, согласен ли ты стать… Согласен ли ты вновь стать жнецом смерти?

– Согласен. Остальное можешь не пояснять.

Минджу моргнула, и тело Джихвана исчезло. Она не могла поверить своим глазам, однако, когда начала осматриваться по сторонам, заметила жнеца. К сожалению, на нем уже не было его повседневой одежды, не было и отвратительного красного пятна на груди, но знакомый черный похоронный костюм ее тоже не радовал. Она вспомнила, когда впервые увидела его, – ровно с таким же выражением лица. Того Джихвана от этого отличало лишь одно – любовь, что отражалась в его глазах. А значит, он еще не забыл ее. Рядом с ним стоял темнокожий мужчина в зеленом костюме и со шляпой на голове. Он смотрел перед собой, прямо на Джихвана, который не мог отвести взгляда от Минджу, но вынужден был это сделать, когда большая ладонь легла ему на плечо. Мужчина выдохнул и покачал головой.

– Прости, Джихван. Таковы правила. – Он говорил низким, хриплым, но успокаивающим голосом. – Мы дали тебе еще немного времени. Ты заслужил его.

Джихван благодарно кивнул, когда Минджу хотелось разразиться проклятиями.

– Минута жизни с дорогим человеком стоила того, чтобы умереть второй раз. – Он улыбнулся.

– Тогда тебе нужно выполнять свою работу. Не задерживайся. Мы ждем тебя для… разговора, – сказал мужчина и растворился в зеленом свете.

– Ты в порядке? – Джихван повернулся к Минджу и подошел ближе, усевшись на корточки. – Вроде не ранена.

– Джихван! Ты умер! – Она вопила, не в силах сдерживать эмоции.

– Я знаю, не кричи. Не уверен, что другие меня могут увидеть. Люди собираются на звуки стрельбы. Скоро здесь будет толпа. – Он улыбнулся и погладил ее по голове. – Раз ты еще видишь меня… то… В любом случае сейчас у нас нет времени разговаривать. Мне надо выполнять свою работу.

– Работу? Какую… Я не понимаю, – шептала детектив.

– Мин-Мин, ты убила человека, – сказал он прямо. – А любого, кто погиб от чужих рук… переводит жнец.

И вместе с его словами очертания души убийцы появились за его спиной. По всей видимости, его любимыми цветами являлись одуванчики. Однако, словно издеваясь, вместо желтых ярких цветов все вокруг поросло уже старыми, почти мертвыми растениями, парашюты от которых разлетались во все стороны. И, что бы ни думали люди, в смерти даже такого отвратительного человека есть своя красота. Джихвану не хотелось говорить, да и душа не испытывала желания. Скорее всего, пока сам жнец умирал второй раз и разговаривал с зеленым светом в обличье человека, она теряла память. Этот маньяк хотел узнать, есть ли что-то за границами жизни, и узнал. Ценой этому стали жизни многих невинных людей, в том числе и самого Джихвана. Ухватившись за воздух и вновь раздвинув картинку, как занавес в театре, жнец лишь одним движением руки указал душе путь к вратам. Несмотря на потерянную память, тот смотрел с тем же самым безумием. Единственное одолжение, которое сделала ему душа, – это наконец исчезла.

– Что? – прошептал Джихван.

Обычно после того, как душа отправлялась в новое путешествие, врата исчезали сами по себе. А тут… продолжали сиять перед ним. На нос Джихвану упал лепесток хризантемы, и его глаза расширились от очередного осознания. Сила – что выше его начальства – предлагала ему закончить путь. Он же видел лепестки хризантем… За пройденный непростой путь ему дали возможность закончить все здесь и сейчас, перестать терпеть боль. Его сердце дважды разорвали: первый – когда пуля пронзила его насквозь семьдесят три года назад; второй – когда он осознал, что совместного будущего у них с Минджу не будет. Вот он, стоит в своем знакомом и ненавистном костюме, а любовь все так же его переполняет. До всей этой ситуации он почти ничего не испытывал. Он поднял ногу, но неожиданно его обняли со спины. Джихван охнул и посмотрел на руки Минджу.

– Прошу тебя, не уходи. Я не знаю, что точно произошло, но прошу, не уходи в эти врата. Ты говорил: так заканчивается путь каждой души. Но тогда мы не сможем увидеться уже никогда. – Она рыдала и держала его изо всех сил. Перед ним была не детектив, а простая влюбившаяся девушка. – Не уходи.

– Хорошо.

И вместе с его ледяным голосом врата раскололись на тысячу осколков и растворились в воздухе.

– Но, Минджу, того, что случилось, – не отменить. Ты должна смириться с этим фактом. Я не могу даже предположить, о чем будет разговор с начальством. Я прыгнул под пулю. Считается ли это вмешательством в дела смертных или нет? А вдруг это и есть наказание? Зеленый свет