Зверолов. Том 2 - Александр Валентинович Рудазов

Пилоты замерли, входя в полный синхрон с системой управления. В их глазах зарябило, и корабль-батискаф резко сменил направление и ускорился еще сильнее, описав крутой пируэт.

Стувейра жадно следила за происходящим. За панорамным окном царила чернота, рассекаемая лучами прожекторов. Ориентировались по приборам, ювелирно маневрировали среди нептунианских рыб, постепенно все дальше отталкивая одну из них от остальных.

Потом из-под днища высунулась гарпунная пушка, предназначенная для сбора образцов. Выстрел!.. и сквозь раскаленную жидкость пронесся диск-антигравитант. Он впился в бок существа, и то заметалось, теряя ориентацию в пространстве.

«Отто Лилиенталь» нагнал его, выдвигая манипуляторы. Шесть гибких тонких щупальцев с мощными гравизахватами обхватили неизвестную жизнеформу крепко, но очень осторожно — и затянули в недра корабля. В специальную шлюзовую камеру, рассчитанную на экстремальные давление и температуру.

— Есть, — осел в кресло капитан Сингх. — На Нептуне есть жизнь, и мы только что это подтвердили.

— Поздравляю, это великое открытие, — произнес Троост.

Экипаж зааплодировал.

Это действительно многое значило. В очередной кишащей жизнью экзопланете не было бы ничего особенного, их уже известно более двухсот, и это не считая тех, что открыли серраны. Но найти крупную жизнеформу прямо у себя на пороге, в одной из планет изученной как будто вдоль и поперек Солнечной системы…

— Скорее, — произнес Сингх, нетерпеливо глядя на свой визор.

У всех в допреальности сейчас было одно и то же — медленно вращающееся в шлюзовой камере нептунское животное. Сигарообразное, оно походило скорее на сильно вытянутый метеорит, чем на живое существо. Никаких признаков глаз, рта или конечностей, а шкура имеет металлический отблеск.

— Это металл, — произнес Стоянов, химик-инженер «Отто Лилиенталя». — Железо-никелевый сплав с некоторыми другими примесями. Капитан, возможно, это не животное. Возможно, что это оторвавшаяся от ядра планеты капля расплавленного металла, которая застыла, поднявшись в более холодные слои.

— Принимается в качестве рабочей гипотезы, — промедлив, кивнул Сингх. — Но это не объясняет траектории их движения. Они перемещались слишком беспорядочно для неодушевленных объектов. Хотя… вихри Нептуна бывают такими бурными и хаотичными…

Сам себя опровергнув, капитан заметно помрачнел. Но сдаваться он не собирался и велел перенести пойманный объект в лабораторию.

Давление и температура в шлюзовой камере тем временем сравнялись с корабельными. С шипением растворились внутренние двери, и внутрь влетели два дрона. Металлическая сигара лежала на полу неподвижно. Около пяти метров в длину, около метра в диаметре, она казалась просто обычным железным цилиндром, гладким и тусклым.

Лаборатория «Отто Лилиенталя» была не слишком большой, зато рассчитанной на работу в специфических условиях. Корабль-батискаф медленно поднимался, возвращаясь в верхние слои атмосферы, а в лаборатории столпились ученые в скафандрах усиленной защиты. Возможно, это и в самом деле просто металлическая капля, оторвавшаяся от ядра Нептуна, но она могла нести неизвестную опасность.

— Выглядит цельным, — глухо сказал Стоянов, проводя глубокое сканирование. — Но железо-никелевый цилиндр такого размера не может весить всего одну тонну. Даже если он пустотелый, в нем должно быть не меньше десяти.

— И анализатор не проникает глубже, чем на сантиметр, — добавил Троост. — Здесь как будто какой-то экран…

И в этот момент по сигаре пробежала трещина! Все невольно отпрянули, глядя, как кусок металла размыкается и расходится посередине! Его поверхность забурлила, принялась трансформироваться, словно огромный униор, и в самой середке образовалось круглое отверстие!

Больше ничего не произошло. Выждав немного, капитан Сингх первым шагнул вперед и сначала протянул щуп, а потом и сам заглянул внутрь.

— О боже, — сказал он. — Троост, это по вашей части.

Зверолов подошел ближе и с изумлением увидел, что цилиндр заполнен прозрачно-голубой студенистой массой, похожей на очень плотную паутину. Она ритмично пульсировала. В самой середке же было нечто вроде ядра или опухоли — тоже студенистая, склизкая масса, но густая, темная… и из ее центра тянулся отросток, на конце которого сверкал глаз.

По отношению к телу он был огромен и походил на многогранный сверкающий алмаз. В нем отражались лица Трооста и Сингха, а потом появились и Стувейра со Стояновым.

— Невероятно, — произнес Троост.

— Жизнь в чисто жидкой среде… — пробормотал Адебайо. — Без твердой поверхности… Я понимаю, бактерии, археи… может быть, какие-то черви… но это…

— Симпатичный, — сказала Стувейра. — И глаз умный. Он нас видит, интересно?

Существо шевельнулось, дрожа внутри своей паутинной оболочки. Крошечное, не больше земной кошки, оно заколыхалось и начало медленно развертывать свой глазной отросток.

— Троост, как вы считаете… — осторожно произнес капитан. — Он… оно… оно разумное?.. Это… это же… батискаф?.. это пилот батискафа?..

— Совсем недавно мы уже имели дело с животными, выглядящими как космические корабли, — сказал зверолов. — Я бы не спешил с выводами. Это может оказаться естественный панцирь.

— Железный?.. — хмыкнул Стоянов.

— Жизнь принимает самые невероятные формы. Но мне кажется, это не разумное существо. Нервная система слишком примитивная, насколько я могу судить.

И однако радикально Троост высказываться не стал. Одна из вечных проблем космозоолога — определить, не разумна ли вдруг твоя добыча. Космос буквально кишит жизнью, в том числе и разумной, но проблема в том, что разум существует во множестве вариаций.

Первый контакт почти всегда преподносит сюрпризы.

В течение нескольких следующих часов было выяснено, что в воздухе найденная жизнеформа не нуждается, а земные атмосфера и давление для нее не смертельны. Однако установить контакт не удалось — существо явно внимательно рассматривало людей и серранку, но никак не реагировало на попытки пообщаться. Оно либо не обладало разумом, либо не понимало, чего от него хотят, либо по каким-то причинам не желало контактировать.

Агрессии тоже, впрочем, не проявляло. Не дичилось, издавало мелодичные звуки, похожие на треньканье гитарной струны. Троост снова и снова сканировал существо, пытаясь понять, в какой пище оно нуждается и нуждается ли вообще.

Это первое, что нужно установить после поимки животного, а лучше — еще до поимки. Если не сделать этого сразу же — станешь невольным звероубийцей.

А за бортом становилось все прохладнее. «Отто Лилиенталь» поднимался в верхние слои этого адского океана. Температура и давление понижались, и жидкий Нептун уже вот-вот должен был смениться газообразным…

…А потом в корабль-батискаф что-то врезалось.

Это не было похоже на удар торпеды. Толчок был относительно мягок. Но с курса космолет сбился, его повлекло в сторону, а один из двигателей сообщил о незначительном повреждении.

И сразу последовал второй толчок. Теперь