Фантастика 2025-101 - Михаил Иванович Казьмин

Ну ничего. Наконец-то сейчас начнутся уроки! Сегодня у ребят первой стоит физкультура, потом Лабиринт. И то, и другое, как Настя узнала, генерал продумывал в том числе самолично.

А значит его это должно увлечь и форсмажоров не предвидится.

Так ведь, да? Настя всем сердцем на это надеется!

— А вот тут у нас проходит физическое развитие первой, образцовой нашей группы! Эм… Да и у остальных, вообще-то, тоже, да. — обвела ручкой бетонный куб девушка. — Снаружи он непримечателен, но вот внутри всё оборудовано по первому слову магической техники! Пройдёмте, Ваше Сиятельство.

— Хорошее здание. — вдруг выдал внятно генерал.

— Да? А почему, если не секрет? — скокетничала Настя. Старичкам должно быть такое приятно.

Дашков с совершенно непроницаемым лицом обернулся к ней и чётко проговорил:

— Такое и попадание ракеты может выдержать. И струю плазмы частично погасит. Хорошее здание, мнэ…

Это несколько выбило Настю из колеи, так что внутрь они вошли в тишине. Там как раз в два ряда выстроились ученики первой группы. Именно к ним решили заглянуть в первую очередь.

А этот тип тут что делает? Настя прищурилась, исподлобья разглядывая учителя этикета этих ребят, того унылого немца.

Этот же вопрос она повторила вслух, как только ребята хором отдали генералу воинское приветствие. Что разумно — это всё-таки военизированное учреждение.

— Я должен проследить за тем, чтобы всё прошло как надо, юная леди. — своим обычным холодным голосом ответил немец. — Всё-таки, это моя зона ответственности.

Насте это не понравилось. Её ни о чём таком не предупреждали, да и физкультурник ребят явно удивлён. Но все постарались сделать вид, что так и надо.

Генералу начали рассказывать о том, что тут за тренажёры, как и кто на чём занимается — а дети тут же показывали всё в действии.

И Настя уже свято уверилась, что всё проходит безупречно — Дашков ожил на глазах, интересовался каждым устройством, восхищался тем, как ловко некоторые ребята (Конечно же и её любимый Костя тоже!) парят в кинетическом бассейне…

Когда урок уже подходил к концу, а ребята сделали очередной игровой перерыв на догонялки (нарезали круги вокруг своего преподавателя — это у них традиционная забава), а Костя Осинский просто сел, полуприкрыв глаза, и о чём-то задумался, к генералу подошёл немец.

Тихо так, буднично. Да никто уже и не помнил, что он не покинул класс, а всё это время оставался тут. Сам Дашков в это время как раз приблизился к Косте.

— Мальчик, а мальчик! — глухо позвал Осинского Дашков. — А ты чего со всеми не играешь? Тебя обижают? Ты скажи, мои сынки всех тут… э-эх!

Костя открыл глаза и непонимающе уставился на Дашкова. Словно удивлялся, что тот всё ещё здесь…

А затем вдруг вскочил с места — легко, быстро, как пружина. И бросился к ногам генерала!

— Осторожно!!! — крикнул малыш.

И именно в этот момент Настя поняла, что к генералу подошёл и немец. Подошёл сзади, без малейшего шума. И тоже бросился — а воздух аж вскипел от убийственных намерений, которые фон Рихтер перестал скрывать.

Глава 21

Отдать все силы

Я почувствовал Скверну ещё до того, как в уши ударила напряжённая музыка боя. До того, как наш учитель Этикета раскрыл свою убийственную ауру!

Внимание. Резкое повышение концентрации враждебной силы в эфире. Нахождение здесь смертельно опасно!

Было ли у меня время подумать? Ха! Тень бледного мужчины в костюме уже летела к генеральской спине!

И я поступил так, как стоит поступать, почуяв поблизости мразь.

Резко, одним толчком, я вскочил на ноги — в этом скачке, наверное, слились все годы, что я совершенствовал своё маленькое тело. От Разумного Усилия в колыбельке до регулярных занятий до седьмого пота на физкультуре.

— Осторожно!!! — крикнул я, и тут же сам бросился к мощным ногам генерала.

Я бы не успел закрыть его собой при всём желании. А и успел бы — ну насадили бы на клинок меня, а не его. Толку-то?

А вот то, что я не успею схватить генерала за ногу и телепортировать подальше, я понял, уже почти падая на него! Так что сначала его надо защитить!

Желательно так, чтобы потом суметь и портировать.

Ваше желание исполнится. Сотворяю Иллюзию Обмана.

Есть! Если бы убийца оказался убогим профаном, эти чары на него бы не подействовали — он бы просто по инерции продолжил заготовленный удар.

Но мой рассчёт как обычно верен — устранить целого боевого генерала и местного Архимага не послали бы криворукого дебила.

И всё сработало как надо! Фон Рихтер узрел иллюзию — безупречную иллюзию того, что его обманули. Генерал вдруг исчез перед ним, вспышкой появился где-то сбоку…

Туда-то и обернулся враг, промедлив с атакой на Дашкова какое-то мгновение.

Мне хватило и его!

Я уже почувствовал, как раскаляется воздух, как нагревает эфир пробудившаяся генеральская аура, но всё ещё видел — медленно. Уже слишком медленно, немец рассеял мою иллюзию за секунду.

За секунду, за которую я с разбега влетел в ноги Дашкова, схватил его — и вложил всю свою собственную ману, а заодно и ману родительского амулета, в телепортацию.

Никаких обращений к Заклинанию! Оно пригодится, если придётся-таки ещё и своих защищать. Не зря же я все эти годы прокачивал Источник и каналы⁈

Нет, не зря! Нас с Дашковым окутала вспышка. Тот, явно не ожидавший такого от ребёнка, сосредоточившийся на убийце, не сопротивлялся.

И я сумел портироваться прямым скачком! Наконец-то не провалом через предмет, а прямым разрывом пространства!

Взрыв! — и мы с генералом обрушиваемся на один из тренажёров, тут же разнося вдребезги его чародейский механизм. Теперь аура генерала без шуток может кого-нибудь убить!

Надеюсь, в пылу боя этот дементный дед не начнёт с меня!

Не начал. Когда я ещё одним пружинистым прыжком вскочил на ноги, судорожно проверяя целостность каналов в теле, Дашков уже обратил свой пылающий взор на фон Рихтера, ошалело застывшего в трёх метрах от нас!

Ха! Я ещё и три метра сразу смог преодолеть! Скоро точно в столовку смогу портироваться, хе-хе.

— Легит агг-Сот Заган-сар…

Закончить свой речитатив несостоявшийся убийца не успел. Шипящие злые слова, льющиеся изо рта немца, мгновенно потонули в рёве пламени.

Воздух перед генералом просто вспыхнул, обратился в слепящую плазму, испарил кусок пола — и тонким, но чудовищно концентрированным визжащим лучом устремился