Фантастика 2025-101 - Михаил Иванович Казьмин

— Уплотнить пространство!!! — прокричал я своим детским писклявым голоском.

Два простых слова. Но на то высшая магия и высшая — это пик сложности, заключённой в самые простые формы. И сейчас я обратился к вершине известной мне пространственной магии. К лучшему из заклинаний, которые я мог сейчас применить…

И остаться в живых. Хоть с каким-нибудь шансом.

На этот раз никакого голоса в голове. Никаких дополнительных костылей — заклинание, отвечающее за интерфейс, я тоже отключил. Сделал всё, чтобы ничего не нагружало меня, ничего не ослабляло мощь Заклинания!

И прежде, чем меня с головой поглотил настоящий шторм маны, проходящей через тело, я успел схватить генерала за ногу, засунув руку прямо в огонь. И прокричать ему:

— Не дайте моему телу разрушиться!!!

Сейчас уже не до ненужной конспирации. Козырь выброшен на стол.

А потом наступила тьма. Лишь успев увидеть быстрый кивок генерала, я тут же лишился зрения. Лишился вообще всего, кроме жизненно важных функций!

Даже боли почти лишился — выжгло большую часть нервных окончаний. Просто раз — и оказался в пустоте без чувств.

Ибо через всё моё маленькое тело полилось настоящее море маны. Она изливалась во все стороны, вливалась в само пространство — базовое свойство вообще всех вещей наряду со временем.

И пространство это становилось всё плотнее. Не воздух, не вещество — само пространство застывало так, что перемещение в нём невероятно затруднялось.

В том числе перемещение маны. Перемещение взорвавшейся через секунду Тьмы.

…Я не видел, что произошло. Вообще не чувствовал — разве что душа ощутила чудовищное буйство в эфире, от которого меня чуть не скомкало, как лист бумаги.

И в какой-то момент я понял: не справляюсь! Понял, что сам я выживу, и, наверное, выживут те, кто совсем рядом. Но тут же вспомнил, что Сашка и другие, вообще-то, довольно далеко от меня.

Они ведь все играли в догонялки, а я сидел особняком.

Я не сдался. Не опустил рук! Я попытался вновь обратиться к резервам Заклинания, зачерпнуть из бездны ещё маны, больше, быстрее!

Но тут плеча кто-то коснулся. Чья-то холодная, но мягкая ладонь.

А затем среди абсолютной тьмы и пустоты, в которой я пребывал, появилась фигура. Высокий бледный мужчина в небесно-голубом халате, по которому искрятся молнии.

А у его ног лежала большая кошка из чистого снега и льда!

— Здравствуй, чужестранец. — улыбнулся мне Сын Неба. — Твоё чудесное дитя тут сообщило мне, что у тебя беда?

— Как?‥ — выдохнул я одной лишь мыслью. Лицо моё вряд ли сейчас представляет что-нибудь кроме спёкшейся корки.

— Ты и сам легко найдёшь ответ. Дети всегда остаются связаны с родителями. Особенно мы, духи. А, благодаря твоей жертве, Снегокошка спаслась и обратилась в чистого духа мороза.

— Ты спас меня, Повелитель. — вырвался из пасти кошки женский голос, ледяной, как морозная пурга, но удивительно нежный. — А теперь я привела того, кто поможет тебе.

Сын Неба лишь скупо кивнул. И я почувствовал, как почти разорванные каналы и узлы маны восстанавливаются, срастаются, оживают! Как вновь струится по ним сила, поддерживая Уплотнение Пространства!

Не давая Тьме разрушить чары и погубить всех вокруг!

Я не видел, что там произошло. Не видел, как безумно закричал неведомый демон. Как дым взорвался, обратившись мириадами чёрных вспышек…

И как эти вспышки замедлились, словно в кино, расцветая чернильными цветами в десятки раз медленней, чем должны были.

Не видел, как заскочил в спортзал учитель Мирон, приведённый Леной Ибисовой, а следом и мой собственный отец. Ведь без его силы уплотнённое мной пространство было не преодолеть.

Как отец своей силой выдёргивал застывших ребят из зала, чуть не ставшего для них могилой, как открывал минипортал Мирон, и отправлял всех туда.

И как, вытащив всех, отец бросился к нам с генералом, разгоняя тьму, калечась сам и прикрывая меня кинетическим щитом.

Всё это мне расскажут потом, когда я вновь приду в себя и смогу видеть и слышать.

А пока я смотрел вслед Сыну Неба и Снегокошке, медленно уходящим в чёрную пустоту. И всеми силами разгонял по исцелённым каналам новую порцию маны, вновь разрушая себя, но вместе с тем — спасая.

— Мы ещё встретимся! — не спросил, но пообещал я вслед духам. — У меня полно вопросов и деловых предложений!

Сын Неба обернулся, качнув густой гривой волос.

— Непременно встретимся, великий из магов. Я наконец понял, кто ты есть, кем ты был. И теперь я вполне доволен своим подарком тебе. Он будет очень полезен… если ты и дальше останешься собой.

— Что ты имеешь ввиду⁈

— Не поддавайся быстрой силе, Архимаг. — ответил Сын Неба. — Ты можешь стать божеством хоть со дня на день. Но, поверь моему опыту, то будет безумный, дикий бог, утративший самого себя в потоке безграничной силы.

— Я никогда не искал быстрой и дешёвой силы, дух! — зло выплюнул я. — Я знаю цену Истине!

— И я её знаю. — спокойно ответил он. — Но я не был готов в своё время её заплатить. Ты готов, маг?

Я сумрачно кивнул. Да. Поиск Истины о мире, о магии и о себе, применение найденного в деле — вот тот смысл, который всегда толкал меня вперёд.

То, ради чего я умер, бросив всё, и родился здесь заново.

— Хорошо. Я рассчитываю на тебя. Подрасти и наберись сил… И смотри, не переплати потом.

И оба духа исчезли. Лишь Снегокошка напоследок обернулась, ласково промурчав:

— Я тоже мр-р-буду ждать встр-речи, Повелитель… Мяу!

Я вновь остался в пустоте. Но уже чувствовал — буйство эфира стихает. Я не предотвратил взрыв Тьмы — это было бы выше моих сил. Но я замедлил его до предела, дав шанс спастись всем, кому только мог.

Сознание начало ускользать. Дурацкий день. Вот как знал, что Этикет этот ваш нам и нахрен не нужОн!

* * *

Алексей Дашков хрипло вздохнул. Пора уже сбавить обороты, угроза миновала.

Пламя, бушующее вокруг могучего мага, потухло. Но не всё. Тело маленького мальчика — э-э, кажется, его зовут Костя? Да, точно Костя.

Его хрупкое искалеченное тельце лежало у генерала на руках. Тело, в котором при всём желании уже не могла удержаться никакая жизнь.

И, тем-не-менее, жизнь там есть! Да ещё какая! Генерал со смесью восторга, восхищения… и лёгкой паники