Восхождение Морна. Том 10 - Сергей Леонидович Орлов

Вика видела при дворе лучших боевых магов Империи. Видела архимагов на смотрах, видела, как её собственный наставник одним ударом валил каменную стену. Но такой невероятной мощи она не видела никогда…

И всё это было в нём. В том самом мальчишке, которого она с первого дня держала за пустое место.

Перья прошивали пепельную стену снова и снова. Проходили её насквозь, разворачивались где-то под сводами и заходили опять, и с каждым заходом пепла становилось меньше. Он вспыхивал, оседал, таял, и вот уже там, где секунду назад стояла глухая громада от пола до потолка, не осталось ничего. Только редкие искры ещё гасли в воздухе.

А Вика всё стояла у входа и вдруг поняла, что не знает про Артёма ровным счётом ничего.

— Так вот зачем ты это сделал, отец… — прошептала она одними губами. — По крайней мере, теперь мне всё стало понятно…

Глава 21

Погасший храм

Само собой, водички мне никто не подал.

Зоряна с Искрой синхронно изобразили, что этот вопрос немного не по их части, и, в общем, я их понимал. Просить у двух огненных сущностей стакан воды — затея того же полёта, что просить грозовую тучу полить грядку. Может, оно ей и раз плюнуть, да только у неё явно свои виды на этот счёт.

Ну и ладно. Обойдусь.

Держали меня крепко, под локти, с двух сторон, и только на этой хватке моё тело пока и стояло. Ноги подламывались, спина ныла, а где-то на самом дне стыл тот колодезный холод, что остался в теле после воздействия пепла. Пепельная магия, к слову, оказалась самой поганой из всего, с чем меня до сих пор сводила судьба. Одно касание — и ты будто разом и живой, и уже наполовину покойник: тело ещё твоё, а внутри уже кто-то деловито отключает твои органы.

Жуть, короче.

Я бы, честно говоря, куда охотнее обошёлся стандартными ранами: разбитое лицо, отбитые почки, пара гематом в полщеки и много-много пролитой крови. Это хотя бы понятно и привычно. Но нет, обычных противников мне почему-то принципиально не поставляют — видимо, где-то наверху решили, что это было бы для меня слишком просто.

Хорошо хоть голова работала как надо, и это уже кое-что. А работать ей было над чем. Надо было понять, что вообще случилось со мной, что случилось с Тихоном, что стряслось с моим родовым пламенем, какого лешего сюда занесло Зоряну с Искрой — и почему мне всё настойчивее кажется, что в этот храм меня попросту заманили.

И проще было потянуть за ту ниточку, которая стояла прямо рядом со мной.

— За нами ведь не было никакой погони? — я повернулся к Зоряне. — Поэтому на тех двоих в лесу и не действовала никакая магия?

Зоряна испуганно глянула на Искру, потом опустила голову и залилась краской.

— П-прости… — пролепетала она. — Нам нужно было, чтобы вы свернули в лес, а как ещё вас туда завернуть, я не придумала. Вот и пришлось немножко припугнуть… — она вдруг встрепенулась и ткнула пальцем в Искру. — Это всё она посоветовала!

Искра закатила глаза и сложила руки на груди.

— Ну что за молодёжь пошла. Язык за зубами подержать — никак?

Зоряна смутилась ещё сильнее.

— Я врать никогда не умела. Прости…

Я вздохнул.

Вообще-то по-хорошему на эту парочку стоило крепко разозлиться. Одна вписала меня в мутную историю с пророчеством и выбором между Огнём и Пеплом. Вторая отправила прямиком в лапы жреца, который оказался далеко не деревенским дурачком, — и даже словом не обмолвилась, кого мне тут стоит опасаться.

Иными словами: подстава на подставе, и подставой погоняет.

— А сразу сказать, что жрец — это Тихон, нельзя было?

Зоряна растерянно покачала головой.

— Так я же говорила, что совсем не помню последние несколько дней своей жизни. Да и остальное… — она нахмурилась, — как-то обрывками. Мутно. Ясно отложилось только то, что было мне… дорого. Что я чувствовала. А имена и лица — всё как-то расплылось.

— Да чего ты перед ним лебезишь, — фыркнула Искра. — Подумаешь, жрец. В мои годы мы таких на завтрак ели.

— Меня не интересуют ваши кулинарные предпочтения, — сказал я. — А вот подставлять моих людей в следующий раз не советую. Иначе мы с вами очень крепко поссоримся, и я лично отправлю вашего бога Огня в далёкое пешее путешествие по известному маршруту.

Повисла пауза. Зоряна тихо ахнула и покосилась куда-то вверх, будто ждала, что за такие мне немедленно прилетит откуда-то с потолка.

Но не прилетело.

Искра смерила меня долгим взглядом — так тренер смотрит на дохляка, который пришёл в зал первый раз и сразу навесил на штангу больше, чем весит сам, — и вдруг ухмыльнулась.

— Ты ему определенно понравишься…

А Зоряна тем временем отпустила мой локоть и пошла вглубь зала. Меня качнуло ей вслед — без её руки тело держалось куда хуже, чем мне казалось, — но я устоял и просто смотрел ей в спину.

Шла она к чаше. Точнее, к тому, что от неё осталось: к чёрной оплавленной воронке посреди зала. Шла медленно, не оглядываясь, и мне почему-то не хотелось её окликать. Бывают такие моменты: смотришь человеку в спину и почему-то понимаешь, что сейчас ему лучше не мешать.

Перед воронкой она опустилась на колени, села лицом к чаше и медленно повела ладонями по оплавленному камню — будто прикоснулась к чему-то родному.

И тут по её рукам побежал настоящий живой огонь — сначала вспыхнули кончики пальцев, потом кисти, потом пламя поползло выше, к плечам, и вся Зоряна медленно разгоралась изнутри, будто под кожей у неё кто-то раздувал и раздувал угли.

— Какого чёрта, — я качнулся вперёд.

— Подожди. — Искра поймала меня за плечо, и хватка у неё оказалась неожиданно крепкой для сущности, у которой вроде бы и тела-то физического нет. — Просто смотри.

А смотреть было на что.

Зоряна разгоралась всё жарче, рыжий огонь наливался белизной, слепил всё сильнее, и я поймал себя на том, что жмурюсь, а глаз всё равно не отвожу. А потом резко и беззвучно полыхнуло. Так, что в зале на миг пропали