Боевой 1918 год. Длинные вёрсты. Комбриг - Владислав Николаевич Конюшевский

Да, кстати, про автоматы. В тот же день, как мы их затрофеили, я гордо продемонстрировал новинку бойцам. Но народ вначале не совсем понял, что ему показывают. Если это такой маленький ручной пулемет, то почему патрон пистолетный? Если это пистолет, то почему настолько несуразно огромный? Про автоматическую винтовку Федорова люди если и слыхали, то краем уха, а уж про концепцию пистолета-пулемета вообще никто был не в курсе. Пришлось объяснять.

Бойцы загорелись, но после начала практических испытаний резко потухли. А все из-за того, что данное чудо-оружие подклинивало. Да что там «подклинивало»! Оно откровенно клинило! Я сначала даже сам не понял, в чем дело. Ладно, допустим, что конструкция еще не совсем отработана и остались «детские болезни». Но ведь не настолько, чтобы такое убогое дерьмо в войска посылать стали! А потом выяснилось – для того, чтобы улиточные магазины занимали меньше места в телеге, их просто вынули из ящиков и положили в мешок. С остаточной трухой, пылью и прочим мусором. При этом сами автоматы оставили в ящиках. А так как на испытания «улитку» принесли в руках (предварительно протерев, чтобы командир не испачкался), то я даже предположить не мог, что с этой капризной вещью могли так обращаться.

В общем, пока разбирал, чистил и смазывал магазин (та еще морока), краем уха ловил разговоры, что демонстрируемое оружие как-то не очень. Нежное чересчур. Грязи сильно боится. То ли дело «мосинка» – простая, надежная. Хоть в болото ее роняй, а потом стрельнул, и вся грязь сама вылетела. А эта автоматическая хреновина откажет в самый неподходящий момент, и всё – привет маме! Да и дальность в сто метров, это вообще ни о чем. Слушая подобные реплики, я лишь злобствовал про себя: вот тоже мне – снайперы хреновы! Вы и на сто метров через раз мажете, а туда же! Ведь объяснял, что это оружие для ближнего боя. Но нет – дальность им подавай! Ретрограды хреновы…

Но нашлись и энтузиасты, с которыми я провел пару занятий, а сейчас свел их в штурмовое отделение автоматчиков. Вот они, кстати, в грузовике и едут. У каждого автомат, четыре гранаты-колотушки, запасной магазин (их по две штуки шло, к каждому изделию Хуго Шмайссера) и несколько пачек патронов в специальной сумке. Понятно, что во время боя толком не перезарядишься, но если приспичит, то и не так раскорячишься… А остальные автоматы разошлись по командному составу.

* * *

К городку мы приблизились в начале шестого. Не прямо к окраине, а так – остановились километрах в трех, скрываясь за невысоким, но длинным холмом. В компании взводных, верхами выдвинулись вперед, чтобы осмотреться. Ну что сказать – город небольшой. Чем-то похож на поселок городского типа моего времени. Ближе к нам располагаются домики, практически деревенские. А дальше видны двух- и даже трехэтажные кирпичные здания. Церковь хорошо просматривается. Пожарная каланча. Сверяясь с тем, что нам начертили сельские помощники, сориентировались на местности и распределили цели атак.

К слову сказать – на въезде в город обнаружился пост из трех человек. И службу они тащили совершенно расслабленно. Сидели за столом под большим навесом и даже на выезжающий шарабан не отреагировали, лишь лениво проводив его взглядом. К сожалению, этот шарабан вместе с двумя пассажирами свернул в сторону, не доезжая до нас. Так бы хоть у людей обстановку в городе узнали. С другой стороны – чего там узнавать? Все что надо нам известно.

Прикинув по времени, что разведка уже начала рвать связь, вернулись назад, где я раздал последние указания. Ну а после этого завел мотоцикл и, подмигнув сидящему в коляске Федору, первым стал выруливать к дороге. Грузовик двигался следом, а уже за ним выстраивалась батальонная колонна. От основных сил мы оторвались почти на километр, чтобы немцы на посту не начали паниковать. Сама грунтовка просматривалась довольно хорошо, поэтому их надо гасить побыстрее, пока остальных наших гавриков не увидели. Вдруг они живут настолько богато, что протянули полевой телефон? А сейчас, по логике, немцы должны узнать свою технику и не особо суетиться.

В принципе, так и произошло. Постовые нас увидели издалека, но тревоги никак не проявили. Единственно, что все трое вылезли из-под навеса и встали на обочине. Там я их тремя выстрелами и свалил. Практически не останавливаясь. И так же, не останавливаясь, сразу покатил к центру, где находился местный узел связи.

У идущих следом свои цели. Одни должны взять здешнего коменданта. Другие захватить вокзал. Часть людей сразу уйдет к складам, а основные силы направятся на атаку казармы. Ну и еще два отделения пробегутся по постам на въездах-выездах.

Почему я ехал на местную почту, а не к тем же казармам? Да потому что существовал маленький шанс, что у разведки пойдет что-то не так. Или не те столбы спилят, или что-то помешает им это сделать. И какой-нибудь шустрый вражина сумеет дать паническое сообщение. Поэтому я ехал сюда, а Трофимов имел задачу кровь из носу с ходу взять здание вокзала с тамошним телеграфом. Ну а Михайловский с Васильевым ребята хваткие и с оставшимися силами фрицев должны справиться самостоятельно.

В общем, катил я себе по Дьяково, поглядывая по сторонам и отмечая, что город еще не подозревает о захвате. Патрулей нет. По улицам люди ходят, детишки бегают. Доехав до перекрестка, решил уточнить дорогу у какого-то солидного господина в котелке и с тростью:

– Уважаемый, не подскажете, как до телеграфа добраться?

Господин остановился и, вместо ответа, стал удивленно на нас пялиться. До этого он лишь мельком глянул в сторону транспорта – ну едут себе немцы и едут. А сейчас у горожанина произошел некоторый разрыв шаблона – в грузовике точно немцы сидят. Но вот на мотоцикле перед ними кто-то в немецкой каске, непонятной форме и говорит по-русски. Но мужик быстро взял себя в руки, произнеся:

– Прямо по этой улице, до площади. C левой стороны будет здание купеческого собрания, а чуть дальше – здание почты. Там и телеграф расположен.

– Благодарю.

И мы поехали дальше. Почту нашли сразу. Да там промахнуться бы не и получилось. Большая вывеска с надписью четко позиционировала объект. А возле ступеней входа стояли два немца. Не караульные. Они просто стояли и трындели с каким-то парнем в студенческой фуражке. На подъехавший кортеж глянули удивленно, но потом (видимо, увидав пулевые отверстия