Фантастика 2025-191 - Жорж Бор

Пашка, закусив губу, вошёл в «отладку» и принялся там всё исследовать.

Имелось меню «черты характера», где можно было посмотреть и настроить (десять тысяч очков за пункт) огромную массу всего интересного. Приложуха предлагала сто девяносто три самых разных граф со шкалой от одного до десяти и ползунком, которым можно было прибавлять и отнимать деления. Откорректировать давали всё что угодно, от чувства юмора до раздражительности! Получалось, что, потратив баллы, личность можно было перекроить полностью! И это вам не настроение или желания, которые постоянно сбиваются! Это базовые настройки! Считай, создание нового человека!

Ещё имелось меню «склонности», и было оно, вероятно, даже и любопытнее, потому что позволяло настроить человеку пристрастия, добавить их или убрать. Тут имелась строка ввода, действующая по той же схеме, что и в других разделах: в случае корректного определения, появлялась в конце слова решётка, и его можно было превратить в один из пунктов, выбрав значение, за те же десять тысяч очков. Походу, таким Макаром реально батю отучить и от блядства, и от бутылки, и вообще…

Поверх раскрытого меню отладки Белозёрова приложуха выдала недоведённую «П».

«Дороговато для такого бати. Думать надо», – решил Пашка и полез изучать дальше.

Наличествовало в «отладке» ещё меню «впечатления», где у Белозёрова пункты уходили в бесконечность так, что и не намотаешь начало, и касались вот просто чего попало – от «х/ф "Дикий"» до «новое белое платье дочери» и «вокальные данные Сергея». Оценки (которые можно было изменить за две тысячи баллов) делились на «великолепно!», «хорошо!», «нормально!», «удовлетворительно!», «нейтрально!», «не очень!», «плохо!», «просто мрак!» (и, похоже, неведомому Сергею петь в присутствии Белозёрова не стоило).

В меню так же была строка ввода, но оказалось, что это не ввод, а поиск по слову. Добавить впечатления по желанию не давала игруха возможности даже за кучу баллов.

Зато имелось ещё в «отладке» очень любопытное меню «взаимоотношения». В нём у Белозёрова значилось неимоверное число ФИО с датами рождения, и также была возможность поиска по запросу. Для ознакомления Пашка вошёл в «Белозёрову Анну Игоревну, 18.02.1983».

Испытывал к данной особе Белозёров шестьдесят три процента любви, восемьдесят семь – привязанности, сорок пять – дружеских чувств, шестьдесят три – уважения, двадцать один – восхищения, восемьдесят – симпатии, семьдесят два – благодарности, сорок семь – доверия, тридцать семь – гордости, пятнадцать – любопытства, шестнадцать – тревоги, двадцать один – гнева, девять – страха, три – отвращения, семь – стыда, пятьдесят четыре – вины, шестьдесят два – раздражения, ноль – ненависти, сорок один – сексуального влечения, одиннадцать – безразличия и семьдесят восемь – обеспокоенности судьбой.

На последнее можно было нажать и увидеть подменю: «пожелания: позитивные» (с ценой замены на «негативные» в пятьдесят тысяч баллов).

А внизу экрана имелось соотношение ожидания/реальность, с Анной у Белозёрова отражённое как семьдесят пять на пятьдесят два.

Редактирование в этом меню стоило по семь тысяч двести баллов за любой пункт (кроме вкладки «обеспокоенности судьбой»), и нижние значения можно было изменить по отдельности оба.

Охренеть, конечно! «Отладка» такие безграничные возможности давала, хоть весь мир вокруг себя переделай… Ай да приложуха, да святится имя её!

Только зачем же, сука, так дорого?

Поступили «икс» и отзеркаленная квадратная «С».

Последней в круговом меню «отладки» значилась не ведущая дальше клавиша «удалить» ценой в сто тысяч очков. Она вызывала немало вопросов, но пояснений не имела.

Ладно, со временем и с ней разберёмся! По-любому тоже штука полезная.

Короче, открыл шестидесятый уровень настоящее, подлинное, так сказать, управление.

Только теперь становилось понятно, что запасы Пашкины по баллам – фуфло, которое вообще ничего не стоит. И надо срочно эти запасы повышать.

А ещё – налаживать «семью» из блокнотного плана по-нормальному. И уже после настройки браться за долбанный квест, чтобы поскорее получить и выполнить следующий. Вооружившись новой функцией, задание с батей, пожалуй, можно было пройти на ура, и вообще нежданно нефигово пофиксить удручающий пункт жизненного проекта. Только, блин, какими же дорогими были все плюшки «отладки»!

Когда Пашка во всём этом волнующем изобилии открывшихся возможностей пошарил, Белозёрова пропал и след, и вообще было уже шесть вечера. Он и не заметил, как залип в приложуху на несколько часов. Хотелось ссать, и что-то захавать тоже не помешало бы.

Баллы стало нужно экономить как никогда, и потому зарулил Пашка в ближайшее кафе, воспользовался сортиром по-людски и купил себе разом четыре навороченных хот-дога с двойными сосисками и кучей добавок.

После третьего приложуха обозвала свиньёй, а четвёртый он и не осилил даже, а просто в рюкзак сунул и потопал к дому, мысленно потирая руки.

Мать возилась со стиркой: их старенькая машинка плохо отжимала бельё, с него вечно лилась вода, получалось оттого постиранное тяжёлым, и надо было его на балкон волочь в тазу, предварительно выкрутив руками.

Батя в хозяйственной трудности не участвовал: он смотрел телек на кухне с каменным лицом.

Может, не поскупится Пашка и прибавит отцу жизнелюбия, чтобы пейзаж не портил?

Дали недоведённую «П».

– Ма! – позвал Пашка, зайдя в спальню предков. – Подойди на минуту!

– Ты не видишь, я занята?! – рассердилась мамка, сбиваясь с настройки.

Ну ничего, вот будут желания с настроениями соответствовать характеру персонажа, так, глядишь, и сами выставляться начнут правильно… Но на мамку пока баллы было жаль.

– Мам! – снова позвал Пашка.

Шваркнув скрученный жгутом пододеяльник в ванну, мать, с видом свирепым, всё-таки вышла в коридор, а потом сунулась в комнату.

– Присядь, – попросил Пашка, указывая на их постель.

– Павел! Я делом, вообще-то…

– Это важно, – отрезал младший сын.

Мать нехотя приземлилась на кровать. Пашка поднял телефон, открывая её меню.

– Тебе больше отдыхать надо, – объявил он и успел свести энергию в ноль раньше, чем, сбивая все закреплённые желания, гнев из матери вырвался наружу.

И едва поймал её башку, прежде чем она об угол тумбочки звезданулась.

Блин, и то не так и это…

На экране появилась ещё одна недоведённая «П».

Пашка отпихнул отрубленную мамку на спину, потом затащил на кровать её ноги, потянул, почти выровняв, и даже прикрыл батиной стороной одеяла (вышло, что свою половину она придавила намертво).

Осмотрел результат. Ну вроде далеко от обморока.

Пашка оглянулся на коридор. В теле поселилась что-то зябкое.

Неужто перепрограммируется отец в нормального?