"Пожиратель солнца". Компиляция. Книги 1-7 - Кристофер Руоккио

Высокий сьельсин наклонил голову – среди его соплеменников этот жест расценивался как угроза, но для людей это был всего лишь кивок.

– Это значит «дар».

Сириани снова отвернулся и прошел вдоль барельефа, после чего остановился и протянул руку к скоплению знаков ударитану вокруг символа планеты Эуэ:

– На Эуэ мы стали сьельсинами, «несущими волю богов». – Он заметил мое замешательство и пояснил: – «Сьельсин» – тоже древнее слово.

– Урбейн, кажется, считает, что люди могут стать сьельсинами, – сказал я и добавил, почувствовав, что моя формулировка может быть неточна: – Стать «несущими волю богов».

– Урбейн тот еще голый червяк, – сверкнул зубами Сириани. – Он думает, что, превратив свое тело в подобие нашего, сможет заслужить нашу благосклонность… Впрочем, это действительно так, – махнул рукой Пророк. – Урбейн верит, что людям можно открыть истину и что со временем ваш народ будет служить Caihanarin и поможет приблизить конец. Я в этом не уверен. В вас слишком много лжи. И вы слабы.

– Слабы? – Я выпрямился насколько мог, несмотря на сведенные мышцы и покалеченное плечо. – Мы сотни лет даем вам отпор.

Пророк посмотрел на меня едва ли не с жалостью. Я давно был знаком со сьельсинами, но выражения их лиц трудно считать.

– Так вот чем вы, по-вашему, занимаетесь? – Сириани Дораяика пошел вокруг меня, как при нашей первой встрече. – Мы еще не закончили выставлять декорации, а ваше Содружество уже на нашей стороне.

– Это не «мое» Содружество.

– Однако твое присутствие там означало, что вы в нем нуждаетесь, что ваш император в отчаянии.

У меня вырвалось короткое «а-а-а», и я опустил взгляд к своим голым израненным ногам. До меня дошло, к чему была эта прогулка по княжеским гротам и сопутствующая историческая лекция.

– Великий князь, о таких вещах обычно спрашивают во время пыток. Не после, – заметил я, прикрыв глаза.

Мое тело ныло от воспоминаний о боли, что пришлось вынести, каждая рана и мозоль возмущались моему упрямству.

Под сводами пещеры разнесся высокий нечеловеческий смех.

– Милорд, да ты смельчак! – Сириани приблизился, сложив руки перед собой. – Но ты расскажешь мне все, что я захочу. Нам известно, что твой император покинул свой дом. Я хочу знать, где он сейчас.

– Тогда спросите кого-нибудь другого, – ответил я без обиняков. – Я даже не знаю, какой сейчас год.

Белая рука князя поднялась и влепила мне такую пощечину, что я плюхнулся в мелкий водоем. Светящиеся рыбы бросились врассыпную, подальше от меня. Мне стоило больших усилий приподняться на локте – мешали кандалы на запястьях.

– Держишь меня за простака? – огрызнулся князь, нависая надо мной, упершись когтистыми ногами в неровные камни. – Не лги! Я знаю, что тебе известен его маршрут. Мне нужен полный список планет, которые твой император собирался посетить. Названия, номера, координаты.

Мне удалось подняться на колени и согнуться. Я зажмурился от тупой боли, мои длинные спутанные волосы упали на лицо, закрыв от меня стоявшее напротив чудовище.

– Сородич, я ведь могу сделать еще больнее, – разносился вокруг высокий ледяной голос. – Рассказывай все, что знаешь.

– Не знаю я маршрута.

Это было не совсем так. Я знал отдельные координаты и номера звезд и планет системы Несса, в частности Гододина, Авлоса и еще нескольких. Но маршрут императора включал более тридцати, а навигатор из меня был так себе. С тех пор как мы покинули Несс, прошло уже много времени, и планы могли измениться. Я мог назвать лишь несколько планет: Несс, Ванахейм, Сираганон, Баланрот, Перфугиум.

– Не знаю.

Пророк присел рядом:

– Я же говорил, что в вас много лжи. Utannashi, мне нужны названия, и я их получу.

– Утаннаши… – повторил я. – Лжец.

– Отрицаешь? – спросил Сириани, и его зловонное дыхание ударило мне в ноздри.

– Араната Отиоло звал меня Oimn Belu, – слабо усмехнулся я в ответ.

– «Темный», – прошипел Сириани. – Не думал, что Отиоло был способен на такие эпитеты.

Пророк схватил меня за волосы и поставил на ноги, заставив посмотреть ему в глаза.

– Я надеялся, телесные наказания выбьют из тебя ложь. Ошибся. Нужно еще поработать.

Он отпустил меня, едва не вырвав клок волос, и я поник. Кожу на голове засаднило.

Сириани развернулся, бренча свисающими с рогов и пальцев украшениями, и поднял два пальца. Должно быть, за нами следили невидимые камеры, потому что из расщелины в скале через считаные секунды появились скахари в доспехах и размалеванных боевых масках. Увидев их кривые белые сабли, я невольно напрягся. Я мог лишь гадать, какие новые чудовищные пытки мне предстояли, но держался твердо, когда воины схватили меня.

– Qattaa! – скомандовал Сириани, и скахари застыли. – Последний вопрос, сородич, – обратился ко мне Пророк, перейдя на стандартный, после чего взял паузу, как будто ожидая, что я перебью или попрошу уточнить. – Как ты выжил на Беренике?

Солдаты крепко держали меня, и, хотя я отвел взгляд, один из них снова схватил меня за волосы и заставил смотреть прямо и обнажить горло. Не дождавшись моего ответа, другой ударил меня плашмя саблей, оставив на животе отпечаток и тонкий кровоподтек там, где лезвие все-таки задело кожу.

– А вы не знаете? – выдохнул я.

Князь Сириани Дораяика изучал меня с нечеловеческой сосредоточенностью, щуря глаза под прикрытыми веками.

– Среди вашего народа ходят легенды, что ты колдун и творишь чудеса.

Я постарался как можно выразительнее пожать плечами:

– Может, вопреки вашим убеждениям сила Утаннаша все-таки истинна.

Пророк снова приблизился и положил когтистые руки мне на плечи.

– Сила моих богов воплощена во всем, что ты видишь вокруг, – улыбнулся он, показав зубы, и окинул взглядом грот. – Мы сами – доказательство их силы. Эта планета Дхаран-Тун – доказательство их силы. А ты способен только на фокусы.

– Я обратил вашу победу в поражение. Неплохой фокус.

Не меняя выражения лица, Князь князей вцепился прозрачными когтями мне в плечи. Брызнула кровь. Я заметил в глазах Пророка перемену настроения, почувствовал злость. Досаду. Мой враг испытал бы истинное счастье, растерзав меня на месте. Но он без предупреждения отпустил меня.

– Ты все дерзишь! – прошипел он и, развернувшись, сполоснул окровавленные пальцы в ближайшем пруду.

К моему ужасу, рыбы бросились к рукам Сириани, и вода вмиг стала чище. Стражники не двигались. Сириани не дал им новых команд.

– Твоя смерть не доставит мне радости, – сказал Пророк, медленно погружая руки еще глубже в воду. – Ты, как мне кажется, единственное существо в этой Iugannan – по-вашему, в этой вселенной, – что способно понять меня…

Сириани поднял сложенные ладони из воды вместе с