"Фантастика 2026-190". Компиляция. Книги 1-12 - Роман Лукич Антропов

ли её хоть один мужчина чувствовать себя настолько пристыженной. Пару минут назад Месомена облапала его с явными намерениями, но он и слова не сказал. Даже улыбнулся. Пандея же хотела лишь поправить поталь…

– Извини, – выдавила она, убрала руку из его хватки и кое-как поправила всё кистью.

– Ты неплохо справилась, – похвалила Месомена, оглядев Иво.

Дея нашла в себе силы для кивка и отступила к столу. Там она оставила опустевшую ёмкость и ненавистную теперь кисть. После такой выставки полгода минимум ноги её не будет на семейных праздниках.

Пандея бегло осмотрела моделей, некоторые выглядели расслабленными, другие напряжёнными, Мениск едва заметно улыбался гостям, пока Иво глядел на всё со скучающим видом. Торсы мужчин покрывала сверкающая поталь, делая их идеальными, особенными. Свет зарева преломлялся и отражался при лёгком развороте тел, а тонкие трещины на фольге придавали их образу дороговизны и изысканности.

Месомена что-то рассказывала гостям, продолжая перформанс, но Пандея не слушала, обуреваемая обидой и злостью.

Без рук.

Никогда ещё от мужчины она не получала подобного отказа. Вдвойне было больно от того, что она не имела в виду ничего дурного, просто старалась хорошо выполнить работу.

Месомена болтала про красоту и то, что скрывается под ней. Про неоднозначность, про боль. Пандея встрепенулась, сосредоточила расфокусированный взгляд на одном из парней-моделей: тот захрипел. Выглядел он неважно. Ему нехорошо?

– …никогда не знаешь, какую боль может скрывать или приносить красота, – пояснила Месомена.

Боль? Что она…

«– Ты портишь концепцию! Ты мой брат и близнец. Двойной смысл о причинении боли близкому и словно мне самой.

– О чём вы? Какая ещё боль?

– Ничего особенного, дело в потали. Никогда не знаешь, из чего она».

Пандея постаралась сохранить вежливо-спокойное выражение лица, несмотря на ужас в душе. Её взгляд метнулся к модели, который, внезапно кашлянув, провёл рукой по своей груди. Серебряная поталь начала осыпаться, открыв его кожу со слабым ожогом.

Гости взволнованно перешёптывались, но аплодировали, пока Месомена рассказывала, с какой выдержкой модели вытерпели нанесение потали, хотя, по её словам, часть была с примесью человеческих металлов, а какая-то поталь полностью из местных материалов.

Пандея похолодела, глянув на Мениска и Иво, но те стояли, расслабленно слушая Месомену, Ник даже подмигнул Дее. Похоже, им повезло и их поталь была из Палагеды. Пандея мысленно обругала сестру несколько десятков раз. Месомена подошла к первой модели, предлагая выяснить, кому что выпало.

Она взяла чистую кисть и широким движением от груди до низа живота смахнула сверкающие хлопья с первого мужчины. Его кожа была чистой. Вторым оказался тот самый со следами отравления.

– К завтрашнему дню отметины пройдут. Это сплав, но не чистая человеческая поталь, – заверила Месомена и поблагодарила его за стойкость. Мужчина поцеловал её руку и в сопровождении помощницы отправился смывать ядовитые хлопья.

Третьему и четвёртому тоже повезло, они отошли в сторону, позволяя себя сфотографировать имеющимся критикам. Пятому не повезло, мужчина стоически терпел явное желание почесаться, его пальцы то и дело сжимались в кулаки. Месомена искренне поблагодарила и его.

Пандея мрачнела, стараясь не думать, будет ли она с ними спать, чтобы отблагодарить вдвойне. Похоже, никто не знал, на что подписывался.

Шестым был Мениск. Его кожа осталась чистой. Он приобнял Месомену, добавив хлопьев на её и так перепачканное платье, и улыбнулся гостям. Заметив расслабленность Иво, сестра без лишних прелюдий смахнула фольгу с груди и живота Иво, открыв почерневшую кожу. Та была минимум в два раза темнее прошлых моделей. Гости шокированно ахнули, даже Месомена растерялась, не готовая к такому.

– Человеческая поталь.

Пандея прикрыла рот рукой, мысленно прокляв саму себя. Она её выбрала.

– Боги, вот это сила воли, – с восхищённым вздохом пробормотала Месомена. – Поталь с примесью ощущается не сразу, но человеческая – с пары мазков, и вы ничего не сказали.

Выражение лица Иво оставалось отстранённо-нечитаемым, словно ничего особенного не произошло. Всё его тело, наверное, горит. Такие объёмы не смертельны и не сильно опасны для здоровья, но должны нестерпимо жечь и зудеть. Как-то к предплечью Пандеи по неаккуратности прилип целый лист человеческой потали. Он пробыл на коже не дольше тридцати секунд, но жгло нещадно, на протяжении трёх часов после её преследовало желание расчесать себе руку. Кожа была горячей и чувствительной.

Как долго Иво в этой потали? Уже несколько минут?

– От меня ещё нужна какая-то помощь или мы закончили?

Ровный вопрос Иво заставил всех умолкнуть. Мениск смотрел на соседа с нескрываемым любопытством, судя по всему, знакомый с ощущениями.

– Мы… ох, нет, мы закончили. Вы… ваша помощь была неоценима, спасибо, – забормотала Месомена.

– Вам лучше отойти.

Иво дождался, пока Месомена и Мениск растерянно отступят на пару шагов, а потом расслабленно голыми руками начал смахивать с себя поталь. Крупные хлопья осыпались на пол, открывая всё больше черноты и ожогов на его коже. Его ладони тоже покрылись тёмными пятнами, но Иво не обращал внимания, стряхивая то, что можно было смахнуть.

– Теперь с меня ничего не упадёт по дороге, – объяснил он.

– Пандея, – позвала вышедшая вперёд Немея. – Помоги, пожалуйста, и покажи, где можно смыть остальное. Месомена, тебе надо рассказать концепцию журналистам.

Пандея смутно помнила, как подхватила обувь Иво, сопроводила его, Кассию и Кая через крытый коридор в соседнее здание отеля. Кассия явно беспокоилась за Иво. Тот ей пару раз улыбнулся, заверяя, что ничего страшнее зуда не чувствует. Пандея знала, как именно ощущается этот зуд, но предпочла промолчать. Иво убедил Кая и Кассию подождать в баре на первом этаже. Остальной путь вдвоём – в лифте и по коридору до номера – Иво уже не притворялся. Он по-прежнему казался спокойным, но без какой-либо улыбки или доброжелательности в глазах, жилка на его подбородке пару раз дёрнулась, когда Пандея с беспокойством посмотрела на него. Открыла рот, извинилась, опять закрыла, не получив ответа. Она извинилась не меньше пяти раз, но