Дом с секретом и дверь в мечту. Часть 2 - Ольга Станиславовна Назарова

«банкета» – как Иван смылся к машине, а Илья выслушивал кучу весьма обидных слов от Марины, которая в ярости наговорила так много, что даже самоуверенность младшего брата не выдержала…

Обратно Бескрайнов полетел сам – хотелось подумать да проветриться. Он поднялся повыше, чтобы поймать настоящий свежий ветер, лениво взмахивал крыльями, а сам смотрел вниз и вспоминал, как в бытность свою наёмником презирал всех без исключения людей. Вообще всех!

– Насмотррелся на таких, вот и пррезиррал! – вздохнул он. – Хоррошо, что я сейчас пррилечу домой!

Он даже глаза прикрыл от того, как звучала эта несложная, но такая нужная и бесценная для него фраза: «Прилечу домой».

Конечно, вернулся он раньше Ивана – напрямик-то всегда быстрее.

А когда влетел в окно, то изумлённо уставился на маленького рыжего лисёнка, который свернулся на диване, не обращая внимания на Муринку, которая прыгала по его хвосту.

Глава 71. Разговоры у костра

– Ру-рик, Ру-ри-шек! – скандировала Муринка, на что лисёнок не обращал ни малейшего внимания.

Правда, когда приставучее создание промаршировало по его спине и перешло к ощупыванию ушей, он по-взрослому тяжело вздохнул, тряхнул головой, отчего норушная мелочь съехала с его затылка, и аккуратно придержал её лапой.

Причём всё это абсолютно беззвучно.

– Ну, Руриииик! – пропищала возмущённая Муринка и опять полезла на лисий хвост.

Лисёнок покосился на мучительницу, снова вздохнул и лёг плашмя, прикрывая мордочку лапой.

– Восьмой раз! – прокомментировала Тишуна перемещения младшенькой. – У него не терпение, а просто терпеньище!

– У него двое старших братьев и двое сестёр, – объяснила Рууха. – Он у нас лисёночек закалённый.

Татьяна сняла упорную Муринку с хвоста Рурика и пересадила к себе на колени, вручив сушку. Это лакомство Муринка любила нежно и трепетно, так что на время оставила попытки расшевелить гостя, переключившись на еду.

Крамеш в принципе понимал, что для детёныша, что для птенца-воронёнка, что для лисёнка, такое поведение ненормально. Правда… правда, его детство было настолько странным, что он решил – не ему об этом судить, поэтому только перьями пошуршал, умащивая поудобнее крылья.

Ему очень хотелось позабавить Таню рассказом о том, как он поработал посланцем Вселенной, но он решил не торопиться – ясно же, что тут и так интересного хватает.

Рууха не торопилась – подкладывала вкусные кусочке то Тане, то Лёлику, то лисёнку, сетовала, что Тян и Карина загорелись срочным изготовлением отвара на воде, которую она привезла на пробу, и утащили Врана с собой – для переноски здоровенной фляги с водой, да так и не попробовали дивный куриный рулет, даже Крамеша уговорила поесть, хотя он и не был голодным. Короче, по привычке закармливала всех вкусным, не забывая поддакивать Терентию, вещавшему о преимуществах кур по сравнению с воробьями.

– Есть нечего, одни перья и доставучий характер! – изрекал Терентий, не отрываясь глядя на здоровенную курицу, зажаренную Руухой по фирменному рецепту – моментально с помощью лисьего огня.

– Не то, что куры… Вот кура, особенно вооон та кура – это да! Это и размер, и запах, и вкус, и…

– И убери лапы, а то сейчас лопнешь! – назидательно останавливала его Рууха.

Правда, через некоторое время она спохватилась, заторопилась, чтобы уложить уставшего с дороги Рурика спать, кивнула внуку, тот ответил понимающим взглядом и удалился вместе с лисёнком, Терентия уволок из кухни Вран, с демонстративным усилием закинувший его на плечо – он абсолютно чётко понял, что Руухе очень нужно поговорить с Таней.

Крамеш тоже не стал задерживаться, отправившись к себе на чердак, он и завтра Таню позабавит, до утра его история точно не испортится!

Спящую на Таниных руках Муринку унёс Тишинор, Тишуна заторопилась за ним, прихватив недогрызенную сестрёнкой сушку – потом ведь расстроится.

В кухне остались только Рууха, Таня и Шушана.

– Вот теперь и посекретничать можно! – Рууха сделала характерный жест правой рукой, и Таня быстренько выставила на стол блюдо с толстыми и высокими бортами, куда огнёвка аккуратно поместила вспыхнувший в руке огненный сгусток.

– Как у костра… – тихонько сказала Таня.

– Да, так и есть. Я так и хотела, потому что рассказ будет необычный, а у живого огня такие легче раскрываются.

В ярких глазах Руухи отражалось пламя, и словно исчезла, отступила назад, истаяла привычная кухонная обстановка, зато приветственно покачнулись еловые лапы новогодней ёлки.

– Ты знаешь что-нибудь про лес-перевёртыш? – негромко спросила Рууха.

– Нет. Первый раз слышу!

– Ну, положим, не первый. У вас даже в книгах такое описывается – шёл человек, шёл, а потом ррраз… и лес вокруг совсем незнакомый. Читала такое?

Таня прищурилась, повспоминала:

– Да, было такое! Читала. Но я думала, что это леший.

– Нет. Внезапно изменить всё вокруг они не могут. Эти отвлекают чем-то, заманивают, путают тропки, крутят на месте. Могут ещё лес поднять, если на пустоши… А вот так, чтобы внезапно полностью всё вокруг поменять, был лес один, а стал совершенно, абсолютно другой – это только перевёртыш.

– И часто такие леса бывают? – осторожно уточнила Таня.

– Нет, это редкость. Вообще-то это такая небольшая игра с пространством.

– Как междустенье? – полюбопытствовала норушь.

– Именно, но управляет этим не леший, а сам лес. Он не очень-то гостеприимный, если честно, из животных кого-то пускает и привечает, кого-то только терпит, а кому-то не открывается. С людьми… по-разному. Иной ходит там без всякого урона для себя, грибы-ягоды собирает, ничего плохого не происходит, а кто-то с поседевшей головой выходит… Или не выходит, если вежества не разумеет. А не разумеют его сейчас многие, так что хорошо, что леса-перевёртыши сейчас редкость.

– Интересно, а у нас они есть? Ну, поблизости? – задумчиво спросила Таня.

– Есть, конечно, как же не быть. Урочище Шушмор, например. Оно от Москвы-то недалеко. Так там лес настоящий перевёртыш.

Таня переглянулась с Шушаной – обе чудесно помнили, как Соколовский про Шушмор говорил.

Шушана грозно нахмурилась, собираясь кое-что высказать легкомысленному актёру, если он опять заговорит про Танин визит в урочище, но не объяснит толком, что это за штука, и чем это может быть опасным!

– Деревья там опять же интересные… – продолжила Рууха, – Рубить крайне не рекомендуется, но если уж кто-то рискнул и у него получилось, то странные из этих деревьев вещи получаются… непростые, так скажем. Но речь сейчас не об этом, а о том, что