Отборная няня для сорванцов (и) Генерала-Дракона - Ева Кофей

Держать в поле зрения претендента на ту же должность — неплохая идея.

Прошло несколько минут. Музыки стало больше. Она играла отовсюду, разная, но при этом сочетающаяся друг с другом. Словно каждая группа составляла из нот пазл одной большой церемониальной композиции. Часть существ не выглядела чопорно, они скорее больше походили на ряженых. Пёстрые наряды, маски, попытка представителей одной из рас изобразить другую. По воздуху распространилась фиолетовая дымка. С каждым шагом день цветения всё больше напоминал карнавал.

Магия разрешала веселиться.

Впрочем, нет, не так. Она это требовала.

Я шла за Цукером. Он продолжал переть вперёд, словно танк. Мне даже показалось, что мужчина решил вернуться в поместье чёрных драконов пешком.

Но в какой-то момент Цукер всё же остановился. Развернулся и с силой прижал меня к стене.

Убийственный взгляд не предвещал ничего хорошего.

— Ты что издеваешься надо мной? — рыкнув, но вовсе не так, как делали драконы, заорал Цукер.

— Что? — от такого напора я даже не успела испугаться, просто растерялась.

— Я пытался быть с тобой вежливым, несмотря ни на что, — процедил он, — но ты… Просто. Не-вы-но-си-ма!

Он ударил кулаком о стену рядом со мной. Но не ради того, чтобы напугать. Он был в отчаянии. И как будто бы понял, что я это прекрасно поняла.

Чистая ярость, агрессия и несдержанность оборвались так же резко, как и появились. Он стал собранным, мрачным и холодным.

Я едва не закатила глаза.

Как же достали местные мужики с их тонкой душевной организацией! Как будто мне легко.

— Я вообще ничего не поняла, — сказала честно.

Честно говоря, если бы Цукер после этого решил просто взять и уйти, я бы даже не стала его останавливать. Не стала бы ничего спрашивать или продолжать следить за ним.

Слишком это всё было странно и страшно.

Но Цукер остался на месте, продолжил сверлить меня взглядом, хоть и отошёл подальше.

— Глупо было рассчитывать на то, что ты мне можешь что-то сказать, — проговорил он. — Я не должен был тебя пугать.

— Что нужно сказать? — протянула, поправляя волосы и платье. — Вообще-то, это я хотела попросить помощи. Вы ведь все знаете, как эти праздники обычно проходят, что нужно делать. А я нет. Мне никто ничего не сказал. Опять.

Я досадовала искренне, но Цукер с каждым словом всё больше мрачнел.

Он мне почему-то не верил.

— Хочешь, чтобы я сказал, что нужно делать? Правда что ли? Никто ничего не сказал, Лана? Совсем никто, да?

Я выгнула бровь в ответ. Это намёк на что?

— Ну, тогда я тебе и скажу… Три основные вещи, которые стоило бы сделать: лицезрение цветения эфесов, сжигание лент в пламени гласа драконов и… Как думаешь, что?

— Распитие церемониальных напитков, ритуальные танцы? — предположила я.

Но судя по выражению лица мужчина, ответ был неверным.

— Хватит притворяться. Я понимаю, ты не обязана ничего говорить. Но строить из себя дурочку ни к чему. Это мерзко выглядит. Третье испытание начинается в семь вечера, так? Семь — это важное для Роршааха число. Великих родов всего семь. Семь дней недели. Семь главных богов.

Я нахмурилась, пытаясь понять, к чему он вёл.

Цукер с иронией в голосе помог мне найти связь:

— До семи и следует праздновать, Лана. Минимум. Пить, есть, танцевать, петь, выигрывать в конкурсах. Всё что угодно. Дальше разрешается отправиться решать свои дела, благословение в кармане.

— Хочешь сказать, что…

Цукер ухмыльнулся и кивнул.

— Кевлара дала невозможное поручение. Мы нарушим его, если в семь ещё будем в городе, потому что тогда не вернёмся вовремя. А если уйдём раньше…

— Нарушим наказ о традициях, — поняла я и даже почувствовала, как кровь отлила от лица.

— Древняя магия не могла ничего сказать просто так. Это загадка. Это условие, без которого мы не сможем продолжать проходить испытания. И ты, конечно же, знаешь ответ. Я идиот, что заговорил с тобой. Не стоило так унижаться перед любовницей генерала… — Цукер поморщился. — Если кевлара считает помощь драгара Рокэ законной, пусть так. Я беспокоюсь лишь о детях.

— Ты относишься ко мне так, потому что драгар воспользовался своим правом выдвинуть свою кандидатуру?

— Хватит меня за дурака держать. Все знают, что вы ночи вместе проводите. Он это даже не пытается скрыть. Но, конечно, не моё дело об этом рассуждать.

— Меня бы уже исключили, если бы что-то подобное действительно происходило. Какова бы ни была природа наших с драгаром отношений, это никак не связано с отбором нянь. В том смысле, что он придерживается правил и никогда не даёт мне подсказок, которые могли бы повлиять на ход событий. Я не знала даже трёх правил празднования. Могла бы сейчас уехать в поместье, если бы не решила следить за тобой.

Цукер слегка помотал головой.

Для него моя речь звучала, наверное, как настоящая фантастика.

Хотя оборотнем-медведем здесь был он.

Он обвинял меня, был уверен в своих выводах. И всё равно надеялся на то, что я проявлю жалость и расскажу, в чём загвоздка. Поэтому не уходил. Но я не знала.

— Неважно, — протянул он. — Я найду решение. Ещё есть время. В отборах нет ничего невозможного, если ты достоин.

— Клянусь, что сказала правду. Я не могу ничего рассказать. Но… Мы могли бы объединить усилия. Правильный ответ о том, как поступить, непременно найдётся.

Судя по выражению лица Цукера, на несколько мгновений он засомневался в себе. Но этого было слишком мало. Мужчина развернулся и собрался уходить.

— Не стоит за мной ходить. Не хочу, чтобы кто-то увидел, что я говорю с тобой.

У меня дёрнулся угол губ. Ему так противно из-за того, что я якобы была любовницей Девила. Но насчёт Ядаяны никаких сомнений не было.

Интересно, что бы Цукер подумал, если бы он нашёл решение, а я нет?

Если бы он попал на третье испытание и понял, что я так до него и не дошла?

Тогда поверил бы мне?

Вопрос риторический. Нужно было понять, как исполнить два противоречащих приказа кевлары и не сойти при этом с ума.

— Лана? — рядом послышался знакомый голос.

Улыбка появилась сама собой.

Глава 44

— Это она? — спросила прехорошенькая, рыженькая, кудрявая девочка в жёлтом праздничном платье.

— Да, моя няня! — сказал Томас.

Он подошёл ко мне не один, а ещё с несколькими детьми, кто-то из них даже был на отборе, просто не у меня.

— Привет,