Вор из Маравеля - Эхо

упрямый кораблик, повстречавшийся с серьёзным противником и умудрившийся при этом выжить. А сейчас он еле-еле полз куда-то на юг, покачиваясь от полученных ран и с трудом ловя ветер своими кое-как заштопанными парусами. На пиратов, латающих паруса чуть ли не у себя на коленях, стоило посмотреть. Угрюмые, почти взбешённые, тычущие ножиками и оставляющие прорези на более или менее одинаковом расстоянии друг от друга. А как бесился тот пират, чьи штаны почти целиком распустили на толстую, грубую нить? Новые, говорит, штаны, а не прожили и месяца.

Тем не менее, они шли. Не слишком быстро, но Пуэрто-Дорадо уже пропал из виду. В географии архипелага юноша откровенно «плавал» и даже не подозревал, куда они идут. На Эстрелла-Мар? Но разве не говорили, что пираты не суются к столице? Или куда-то рядом, откуда можно попасть в столицу? Может быть, спросить у Рауля? Он же здесь капитан. Заодно и про интересующий его вопрос расспросить.

Капитан, как и положено, находился у штурвала. Рядом с ним, опёршись на ограждение, стоял Эстебан. Братья обсуждали какую-то мелочь, поэтому Наво счёл возможным подойти и спросить.

— Эм… Капитан, не занят? – спросил вор, немного оробев и чуть не назвав его по привычке «Раулем». Всё же раньше была ситуация, что не располагала к долгим расшаркиваниям. Однако, всё оказалось куда проще.

— Да зови Раулем, как все, - отмахнулся он. — Меня даже собственные ушлёпки иногда забывают капитаном звать. Главное, что они помнят, кто на этом корабле главный! Так чё ты там хотел?

— А, да. Мы куда плывём-то? – наконец, спросил Наво, пристроившись по другую сторону от штурвала к ограждению и всмотревшись прямо по курсу. Было видно… Море. Только море. Но иногда справа или слева можно было заметить далёкие острова.

— Ну, точно не на Эстрелла-Мар, - немного подумав, ответил капитан. — Скорее всего пойдём в Убежище. А, точно, ты же не знаешь, что это такое. Чтобы тебе было проще, это тайное место, куда знают дорогу только пираты. Оно находится в очень опасном месте, куда не попасть, если не знать правильный путь. Просто разобьёшься о скалы, сгубив всех, кто с тобой пришёл. Течение там просто какое-то скотское.

— И что там? – заинтересовался вор. У него тоже были всякие убежища и лёжки, в которых он отсиживался, когда его искали. В последний раз, правда, поймали, но ведь раньше они работали.

— Ничего такого, чего не было бы на самом обычном острове. Жители, в массе своей бывшие пираты. Кабаки. Весёлые девки. Верфь, где можно подлатать нашего «Сорванца». Правда, делать придётся самим. Денег у нас нет, Лобара, я спрашивал, обчистили под чистую, забрав ваше золото, так что мы сейчас нищенствуем. И либо мы кого-то ограбим, и тогда наш корабль починят мастера, либо идём пустые, и тогда чиниться придётся своими силами.

— А это вообще возможно? – с сомнением спросил Наво, глядя на разбитый корабль. Вырванные борта, через которые заливалась вода. То и дело пираты выбегали на палубу с вёдрами, выплёскивая её в море. Кучи щепы, обломков досок, обрывков канатов. Но всё это ладно – просто мусор. Но вот что они будут делать с мачтой, которая едва не развалилась надвое? Рауль, конечно же, заметил его взгляд.

— Не смотри так. Сам знаю, что шансов самостоятельно починиться у нас нет. Вот поэтому я и виляю по морю, ищу какого-нибудь купца, чтобы обобрать его. Даже если он везёт один только ром, то это уже сказочное везение. Пираты выпивку любят и с удовольствием примут её в качестве оплаты. Только вот привозить надо ящиками. За одну-две бутылки нам даже спасибо не скажут.

— Каковы шансы?

На вопрос Рауль не ответил, молча обведя пустое море рукой. И это при том, что они вышли на маршрут, который должен был быть весьма оживлённым.

— Тогда… ответишь на другой вопрос? Он про Гильермо.

— Про старика? Спрашивай. Хотя я уже примерно представляю, о чём ты спросишь.

— Каким образом он тебе дед, если ты сам уже взрослый, да и Эстебан тоже? – приободрённый Наво тут же задал вопрос в лоб. Сначала Эстебан с Раулем переглянулись, а потом единодушно заржали, но вора это не смутило, и он продолжил гнуть свою линию. — Да тут у любого вопрос возник бы! Он уже помереть должен был давно, если он вам дед!

— Тито… Или Наво… Как тебя там правильно звать-то? А то ты мне, видно, ненастоящим именем назвался в первый раз, - начал Эстебан и тут же продолжил, сменив тему. — Видишь ли, точный возраст нашего с Раулем деда не знаем даже мы. Ходит даже упорный слух, что старику перевалило за сотню и что он старейший человек на Пуэрто-Дорадо.

— А некоторые идиоты даже сочинили шутку про нашего живчика! – вставил свою медяшку Рауль, подкрутив усы. — Говорят, что сначала Бог-Солнце создал Гильермо. Так сказать, чтобы опробовать свои силы и потренироваться. А уж потом принялся за всё остальное! Но повторять такое в присутствии монахов не советую. Ожогами не обойдёшься. Сожгут нахрен и не спросят, что за пургу ты им рассказал.

— Да я и не собирался… Но всё же? Неужели никто даже не представляет? И ещё… Он говорил про «бабку». То есть жена его живёт столько же?

— Не, не жена. Жена давно уже умерла. Мы тогда ещё даже не родились. «Бабкой» он зовёт… Готов? Нашу с Раулем собаку!

— Чего? Собаку? Ту самую? – выпучил глаза Наво, припомнив здоровенную псину, охранявшую покой Эстебана. — Она с вас пылинки сдувает, он сказал. Это… Это как вообще?

— Да это просто фигура речи, - усмехнулся Эстебан. — Просто Бабка у нас собака умная и с огромным сердцем. Вот и носится за нами. То за одним, то за другим. Да и вообще к людям по-доброму. Косточку там принесёт или одеяло, или рядом ляжет, чтобы согреть. Ты не смотри, что она огромная, как медведь.

— Голова пухнет, - честно признался вор. — А чего он её Бабкой-то зовёт?

— Говорит, что характером на его жену похожа. Сердобольная вроде была. Вот он и вспомнил её. А что до возраста, то лично у меня мнение, что он просто очень рано