Любовь всей моей смерти. Том 2 - Дэпаранг

в самом деле уже давно не собирались все вместе – авторитет их руководителя заметно ослаб, и взгляды подчиненных, направленные на него, были гораздо более расслабленны, чем прежде. Напряжение в комнате исчезло, и Кёнхван начал усердно думать, с чего бы ему снова начать.

– Сейчас вам будет передан приказ его величества. Будьте предельно внимательны! – громко крикнула Вольчжин, молча наблюдавшая за ситуацией, ударив по столу.

Атмосфера из рассеянной вмиг превратилась в спокойную и сосредоточенную. Кёнхван, приятно удивленный и благодарный тому, что она заступилась за него, передал Вольчжин свои чувства одними глазами. Когда Кёнхван подмигнул ей, губы ее слегка дрогнули. В ситуации, когда она, что бы ни случилось, должна была быть предельно серьезна, уголки губ совершенно ее не слушались, поэтому Вольчжин изо всех сил старалась удержать их на месте. В глубине души находя это зрелище забавным, Кёнхван незаметно усмехнулся.

Все взгляды вновь устремились на него, и после глубокого вздоха он продолжил:

– Местоположение сбежавшего Тэхёка установлено. Как мы и думали, он остановился в мире живых.

Как только речь зашла о Тэхёке, глаза всех присутствующих тут же потемнели. То тут, то там начал раздаваться кашель, а чувства их можно было понять по повисшей холодной атмосфере.

– Как вы уже знаете, есть один человек, на которого этот гад нацелился. Если мы начнем масштабные действия, Тэхёк это заметит, поэтому завтра с рассветом мы по одному будем перемещаться в мир живых и занимать там каждый свою позицию. Мы с Вольчжин планируем присоединиться последними и сопровождать его величество.

При упоминании Чжиху в комнате вдруг стало очень оживленно. Со всех сторон послышались громкие голоса, вопрошающие о Чжиху и особенно о его местоположении.

– Тишина! – После громкого предупреждения Кёнхван добавил: – Информация ни в коем случае не должна выйти за пределы этого круга лиц. Это воля его величества. Особенно нельзя ни о чем болтать в присутствии других сановников любого ранга. Вы меня поняли?

– Почему этим занимается именно наш отдел проводников душ? – Один человек из группы поднял руку и задал вопрос.

Кёнхван без колебаний перевел на него взгляд и ответил:

– Нет ни одного отдела, который мог бы посещать мир живых так же свободно, как мы. Даже если бы мы носились по миру живых как угорелые, не было бы никого, кто смог бы нам препятствовать. Никто бы даже не подумал об этом. Кроме того, нет никаких причин нас в чем-то подозревать. Разумеется, как я только что сказал, если много проводников одновременно переместится, то это будет подозрительно. Поэтому каждый должен сам позаботиться о себе и уйти в мир живых в нужный момент времени.

– Не будет ли перебором, если мы все пойдем туда и все время будем ждать наготове? Мы ведь даже не знаем, где находится его величество, не так ли?

– Верно. Чуть что, всегда вызывают нас, а если что-то пойдет не так, выговор сделают тоже только нам!

– Я согласен. Не лучше ли будет поручить это дело царской гвардии?

– Послушайте…

Сонхон, спокойно слушавший их разговоры, на мгновение открыл было рот, чтобы вмешаться, но его быстро перебил Кёнхван. Тот тихо прошептал ему, что с этим он сам разберется.

– Я ведь воспитывал вас не как тех, кто ставит собственную безопасность превыше безопасности всего государства! Разве не это сейчас является самым главным?

Слова Кёнхвана мигом изменили ситуацию, при которой вот-вот должен был возникнуть внутренний конфликт. Пусть в обычное время он все время вел себя как заядлый гуляка, начальник всегда остается начальником. Он всего лишь сказал несколько слов, но все тут же замолчали, не в силах даже подумать о том, чтобы что-то возразить. Возможно, из-за того, что он слишком часто становился свидетелем его любви к низким шуткам, Сонхон все никак не мог привыкнуть к такому необычному поведению и озадаченно почесывал затылок.

«Ну, похоже, все-таки не совсем зря на него уходит зарплата».

Сонхон, пусть и ненадолго, но забыл о своем недоверии к Кёнхвану. Он положил подбородок на свои руки и, окончательно приняв роль зрителя, смотрел, как тот во всех подробностях передает проводникам оставшиеся указания. Казалось, он даже понял, почему Чжиху доверил столь важное дело в первую очередь Кёнхвану, а не ему. От этого пострадала его гордость, но ему ничего не оставалось, кроме как признать свое поражение.

Сонхон узнал обо всем от Кёнхвана, только гораздо позже, когда все уже было в самом разгаре. Поначалу ему было сильно печально от мысли о том, что Чжиху доверяет Кёнхвану больше, чем ему, но теперь он понимал, что, похоже, понапрасну так переживал. Как он и сказал, сейчас важно совсем другое. Сонхон на мгновение прикрыл уши и прокрутил в голове все, что заранее придумал Чжиху.

Начиная с того момента, когда Тэхёк, безупречно скрывающийся в тени, был вытащен на поверхность, и вплоть до настоящего момента… Он не знал, было ли это действительно намеренно подстроено или же это чистейшая удача, но в нынешней ситуации это был гениальный ход. Сонхон не мог даже мысленно опровергнуть тот факт, что Чжиху, советником которого он являлся, был еще более гениальным тактиком, чем он сам. И теперь, когда он попробовал объединить серию различных событий воедино, вывод напрашивался только один. Человек, который находился в центре всех событий. Сонхон покачал головой, вспоминая ее прекрасное лицо.

«А она та еще сердцеедка», – пробормотал он про себя слова, которые ни за что не мог сказать вслух. Ночь постепенно становилась все глубже, оставаясь позади, и Сонхон снова и снова отчаянно желал, чтобы она уже побыстрее закончилась.

– Да уж, пути жизни неисповедимы.

Сонхон обернулся, почувствовав, как кто-то похлопывает его по плечу. Там, опираясь одной стороной на костыль, стоял Хасон. Он уже слышал о том, что с ним произошло, так что он не был удивлен, но, увидев его вживую, своими собственными глазами, Сонхон неосознанно цокнул, сочувствуя ему всей душой. Подумав о том, что, какие бы слова утешения он ему ни сказал, Хасон расценит их как притворство, Сонхон так и не разлепил своих плотно сомкнутых губ. Увидев, что он не знает, как себя повести, Хасон взял инициативу в свои руки и улыбнулся как ни в чем не бывало:

– Я пришел сюда, чтобы заранее произвести хорошее впечатление на того, кто ответственен за внутренние дела государства, но разве это будет иметь хоть какой-то смысл, если вы не уделяете мне должного внимания? Прошлое осталось в прошлом, и впредь тебе придется каждый раз исправно выплачивать мне пенсию, понял?

Хасон легко и открыто пошутил. Разумеется,